Территориальная преемственность Улуса Джучи и Казахского ханства

Географическая преемственность между Улусом Джучи и Казахским ханством является первым и наиболее очевидным доказательством их неразрывной связи. Уже после смерти Джучи в 1227 году, когда его владения были разделены между наследниками, именно территория современного Казахстана стала ключевой частью улуса старшего сына Чингисхана. Степные пространства от Иртыша до низовий Волги, охватывающие Центральный и Западный Казахстан, вошли в состав Улуса Джучи, формируя его устойчивое территориальное ядро. Семиречье и долина Сырдарьи первоначально находились в сфере влияния улусов Чагатая и Угедея. Однако политическая динамика XIII–XIV веков постепенно изменила эту расстановку: значительная часть этих земель была включена в пространство джучидской державы. 

Следующим важным этапом стало внутреннее перераспределение власти внутри самой Золотой Орды. Ее разделение на «крылья» закрепило административно-политическую специфику отдельных регионов. Правое крыло - Улус Бату - охватывало Поволжье, Крым и Причерноморье. В то же время восточное, или левое крыло, располагалось преимущественно на землях современного Казахстана и в источниках именовалось Ак Ордой (Кок Ордой). Именно территория Ак Орды в XIV веке простиралась от Алтая и Иртыша на востоке до бассейнов Яика (Урала) и Волги на западе, а на юге достигала Сырдарьи и Аральского моря. Эти границы почти полностью совпадают с ареалом расселения казахских племен в последующие столетия. (Более того, политические границы Казахского ханства в период его расцвета при ханах Касыме и Хакназаре фактически воспроизводили восточные владения Золотой Орды).

Особенно показательно, что переход земель от Ак Орды к Казахскому ханству не сопровождался сменой населения или радикальной трансформацией хозяйственного уклада. Кочевые маршруты, пастбища и водопои, сложившиеся еще в эпоху джучидов, продолжали функционировать без существенных изменений. Это обеспечило не только демографическую, но и экономическую преемственность.

Наконец, символическую и практическую преемственность подтверждает судьба городских центров. Столицей Ак Орды со второй половины XIV века был Сыганак, впоследствии ставший одной из резиденций казахских ханов. Подобная «территориальная эстафета» проявилась и в судьбе других городов - Отрара, Саурана и Жаркента, которые сохранили свое значение как экономические и административные центры и в казахский период. 

Золотоордынский этап в этногенезе казахов

Школьные учебники часто акцентируют внимание на монгольском компоненте в составе Золотой Орды, формируя впечатление, будто население этого государства было этнически чуждым местной степной среде. Однако в действительности этнический состав Улуса Джучи был преимущественно тюркским. Монгольское меньшинство, представлявшее военную и административную верхушку, сравнительно быстро растворилось в массе тюркских родов. Уже к середине XIV века источники фиксируют население Орды преимущественно под политонимами или обобщающим названием «кыпчаки».

Именно на этой тюркской основе формировалась дальнейшая этническая история степи. Казахи являются наиболее прямыми потомками населения Улуса Джучи, прежде всего его восточной части — Ак Орды. Племена, составлявшие ее костяк - кыпчаки, коныраты, алшины, канлы, кереи, уйсуны, найманы, - это те же родовые объединения, которые входят в состав трех жузов. В золотоордынский период произошло окончательное слияние древних автохтонных племен Степи с группами, пришедшими в XIII веке, что привело к формированию единого антропологического и культурного типа. Генетические и этнографические исследования подтверждают, что этническое ядро казахского народа сложилось как минимум в эту эпоху, тогда как создание Казахского ханства в XV веке стало политическим оформлением уже существовавшего единства.

Этническая консолидация сопровождалась формированием общей культурной и языковой среды. Государственным языком Улуса Джучи был кыпчакский, ставший прямой основой современного казахского языка. В тот же период в степи окончательно утвердился ислам суннитского толка, который стал важным маркером идентичности. Первым из джучидов принял ислам хан Берке, а при хане Узбеке в XIV веке эта религия получила официальный статус. Ислам поспособствовал развитию письменной традиции, появлению литературы на тюркском языке и формированию общих этических норм, впоследствии закрепившихся в казахских обычаях и правовых представлениях.

Наряду с культурной трансформацией сохранялась и институциональная преемственность. Социальная структура, сложившаяся в эпоху Монгольской империи и Золотой Орды, получила продолжение в Казахском ханстве. Деление общества на «аксүйек» и «карасүйек» отражало устоявшуюся систему иерархии. Управление племенами через биев, практика курултаев для решения общенациональных вопросов - все эти институты функционировали еще в ордынский период и были восприняты казахским обществом без радикальных изменений. 

Легитимность и эволюция власти в степной традиции

Политическая система степных государств Средневековья держалась на незыблемом принципе харизматической власти рода Чингисхана. Любой легитимный правитель в Великой степи должен был принадлежать к династии джучидов. Казахские ханы не были исключением: Керей и Жанибек являлись прямыми потомками Урус-хана, который, в свою очередь, вел свою родословную от Орда-Еджена, старшего сына Джучи. Эта генеалогическая линия является ключом к пониманию того, почему Казахское ханство считало себя правопреемником Золотой Орды.   

Династическая цепочка, зафиксированная в таких трудах, как «Муизз ал-ансаб», демонстрирует непрерывность власти в восточной части Великой степи. От Орда-Еджена власть переходила к его потомкам, которые постепенно укрепляли автономию своего улуса от центральной власти в Сарае.

Урус-хан, правивший в 1360-1370-х годах, занимает в этой иерархии особое место. В исторической памяти казахов он часто воспринимается как реальный основатель их государственности. Именно при нем Ак Орда стала фактически независимым государством со всеми атрибутами суверенитета: собственной монетой, столицей в Сыганаке и мощной армией. Когда Керей и Жанибек в середине XV века вступили в борьбу с Шайбанидом Абулхаиром, они не создавали что-то новое, они возвращали себе трон своих отцов - Урус-хана и Барака. Их борьба была не мятежом, а реставрацией власти законной династии Ак Орды над племенами Казахстана.   

Политико-правовая традиция также демонстрирует глубокую преемственность. В основе правовой системы Золотой Орды лежала Великая Яса Чингисхана, представлявшая собой кодификацию кочевого права. В Казахском ханстве эти нормы трансформировались в «Светлый путь хана Касыма» и позже в «Жеты Жаргы» Тауке-хана. Однако основные принципы - военная организация общества, коллективная ответственность рода, институт биев как судей и хранителей адата - остались неизменными со времен джучидов. Государственное устройство Казахского ханства было упрощенной, но более устойчивой версией золотоордынской модели, адаптированной к условиям послекризисной степи.   

Ак-Орда как этап формирования Казахского ханства

Для того чтобы понять, каким образом Золотая Орда трансформировалась в Казахское ханство, необходимо обратиться к истории Ак Орды. В XIII–XV веках именно это государственное образование стало пространством, где формировались основы будущей казахской государственности. Если Золотая Орда представляла собой обширную империю, объединявшую разные регионы и народы, то Ак Орда была более компактной и этнически однородной структурой. Именно эта концентрация родственных племенных объединений создала условия для постепенного оформления самостоятельной политической традиции.

Этнический состав Ак Орды практически совпадал с составом племен, позднее вошедших в Казахское ханство. Одновременно с этнической консолидацией к общности усиливались и политические тенденции к обособлению. Уже в начале XIV века Ак Орда начала дистанцироваться от столицы в Сарае. Мубарак-ходжа в 1320-х годах заявил о своей независимости, начав чеканку собственной монеты в Сыганаке в 1327–1328 годах. Этот шаг стал не просто символизмом, а демонстрацией появления нового центра власти в степи.

Ключевую роль в этом процессе играл Сыганак. Его значение выходило далеко за рамки административной функции: город был одновременно политическим, экономическим и духовным центром региона. Археологические исследования городища выявили мавзолеи и мечети XIV–XV веков, которые по архитектурным формам и технике исполнения - использованию глазурованного кирпича и характерным композициям - стали предшественниками позднейших казахских мемориальных сооружений. Через Сыганак проходили торговые потоки, здесь кочевники обменивали скот на ремесленные изделия, здесь принимались стратегические решения. Именно поэтому за обладание городом велась упорная борьба между джучидами, тимуридами и шайбанидами. Для Керея и Жанибека возвращение Сыганака означало не просто контроль над важным пунктом, а восстановление династической и политической преемственности.

Однако к XV веку общая ситуация в степи резко изменилась. Кризис Золотой Орды, вызванный внутренними усобицами, а также разрушительными походами Тамерлана, привел к распаду единого пространства на ряд самостоятельных ханств — Крымское, Казанское, Сибирское, Ногайскую Орду и Государство Абулхаира. Последнее, часто называемое «Государством кочевых узбеков», заняло территорию бывшей Ак Орды и стало временным барьером на пути ее политического возрождения. Абулхаир-хан, представитель ветви Шайбанидов, стремился к жесткой централизации власти, что вступало в противоречие с традициями степной аристократии и вызвало нарастающее недовольство.

Именно в этом контексте следует рассматривать откочевку султанов Керея и Жанибека в 1459–1460 годах в Могулистан. Этот шаг не был стихийным бегством, а представлял собой продуманный политический маневр, направленный на сохранение автономии и традиционного порядка, сложившегося в Ак Орде. Вокруг них объединились племена, не желавшие подчиняться власти Шайбанидов. Таким образом, формирование Казахского ханства стало логическим продолжением предшествующих процессов — попыткой восстановить утраченную политическую структуру в новых исторических условиях.

В этом свете Золотая Орда предстает не внешней и чуждой силой, а историческим пространством, в котором складывались земля, язык, вера и политическая традиция казахского народа. Казахское ханство не противопоставляло себя ордынскому наследию, а развивало его, адаптируя к изменившимся реалиям. Осмысление Золотой Орды как этапа казахской государственности позволяет увидеть историю не как цепь разрывов и катастроф, а как последовательный и внутренне связанный процесс становления степной цивилизации.

Таким образом, Золотая Орда была важнейшим этапом формирования казахской государственности. Именно в ее рамках сложились основные территориальные границы, этническое ядро, династическая традиция и правовые нормы, которые позже получили развитие в Казахском ханстве. Поэтому образование ханства в XV веке стало не внезапным началом, а закономерным итогом длительного исторического процесса, берущего начало в золотоордынскую эпоху.