Если нация не знает своей истории, если страна теряет свою историю, то после нее они сами могут легко исчезнуть.
Миржакып Дулатов

Арестованный «казахский календарь на 1923 год»

1534
Арестованный «казахский календарь на 1923 год» - e-history.kz

В известной песне поется: «…С чего начинается Родина? С картинки в твоем «Букваре». Уместным было бы добавить: с памятных дат в календаре. История национального календаря уводит в события вековой давности. Календарь, как продукт национальной полиграфии, впервые увидел свет в Оренбурге в канун 1923 года. Об этом, ставшем редким, издании знают разве что специалисты.

«Календарная» тема в СССР была популярной. Госзаказ в некотором роде был нацелен на унификацию мышления граждан. Масштабирование календарных выпусков на 1923 год при советском режиме выразилось в издании прокоммунистических альманахов в регионах, по образцу Москвы. Так, «Всеобщий календарь на 1923 год» увидел свет в Петрограде, который отличался относительным демократизмом, публикуя знаменательные и праздничные даты адептов разных вероисповеданий.

 

На фото автора № 1: Обложка Календаря.

 

«Календарная» тема в СССР была популярной. Госзаказ в некотором роде был нацелен на унификацию мышления граждан. Масштабирование календарных выпусков на 1923 год при советском режиме выразилось в издании прокоммунистических альманахов в регионах, по образцу Москвы. Так, «Всеобщий календарь на 1923 год» увидел свет в Петрограде, который отличался относительным демократизмом, публикуя знаменательные и праздничные даты адептов разных вероисповеданий.

Традиция фиксировать череду предстоящих событий, а также знаменательных дат существует в графической традиции человечества издревле. Понятие «календарь» у казахов было опосредовано такими понятиями, как «мушел», или 12-летний цикл, и «маусым», то есть 4 сезона года. Использовались также в быту насечки на дереве, вышивка на рукодельных коврах. Грамотные персоны пользовались персидским календарем Омара Хайяма, а также книгой Улугбека на так называемом чагатайском языке. В 18-19 веках в ходу была книга «Рузнаме и Дарендауи», на языке турков-осман. С 1870 года в Казани издавался альманах под названием «Гәрелік» на татарском языке, им также пользовалось казахское население. В 1877 году в Казани вышел татарский «Календарь» Каюма Насыри, который был выполнен арабской гарнитурой, пользовался спросом и переиздавался несколько раз. С 1889 по 1899 годы в Санкт-Петербурге выходил «Мусульманский календарь» Шахабуддина Талифи. До революции календарь на казахском языке увидел свет в 1897 году в Оренбурге, в типографии Бреслина. Он назывался «Календарь для киргизов – Қазақ үшін календарь», выполнен кириллицей. Данное издание-сборник составил и выпустил Тургайский областной статкомитет, фамилии составителей не указаны. В двух частях календаря 1897 года приводились сведения о населении и хозяйстве области, был приложен табель-календарь. 

В контексте истории государства обращает на себя внимание тот факт, что в 1922 году в Оренбурге был издан единственный в своем роде «Киргизский (Казахский. – Авт.) календарь на 1923 год» (далее – Календарь), на казахском языке, арабской гарнитурой (төте жазу). На его обложке указано на казахском языке - «Қазақ календарі». Специалистам удалось провести верификацию и анализ содержания Казахского календаря на 1923 год открыто и на системной основе только сейчас, в условиях суверенного государства. Забегая вперед, отметим, что контент-анализ содержания Календаря позволил раскрыть истинную позицию интеллигенции Алаш в вопросах национальной идентичности.

Внедрение метрических инноваций в СССР было требованием времени. Календари служили систематизации сведений по различным категориям данных и призваны были формировать новое мышление, советских граждан. Формирование новой советской идентичности посредством периодических изданий в РСФСР, затем в рамках СССР осуществлялось повсеместно, и календари занимали в иерархии периодических изданий не последнее место. Так, в 1922 году советские календари для коммунистов были запущены в производство в Москве, тиражом в 50 тысяч экз. Параллельно с этим в Петрограде был издан «Театрально-музыкальный календарь-справочник на 1923 год», который продолжил традиции ранее издававшихся календарей арт-специализации. Казахские интеллектуалы посчитали нужным подхватить идею и разработать собственные проекты, с примерно той же структурой и содержанием. За реализацию обновленной идеи Календаря взялись казахские публицисты с большим опытом, такие как Ахмет Байтурсынов и его единомышленники. 

Отечественная историография темы календарей, что любопытно, состоит из единственной фамилии. Первым к теме обратился математик, кандидат физико-математических наук М.У.Искаков. В ходе подготовки диссертационного исследования, в начале 1960 годов М. Искаков обнаружил вышеупомянутый «Казахский календарь на 1923 год» и упомянул о нем весьма лапидарно. Причинами сдержанной характеристики был официальный запрет на упоминание в печати имен интеллигенции Алаш, жертв репрессий. В книге «Халык календары» (1980 год), спустя 20 лет, М. Искакову позволили опубликовать лишь титульный лист Календаря на 1923 год. 

Только Независимый этап Казахской Республики дал возможность вернуть культурное наследие казахского народа. Как же зародилась идея интегрировать в одном календаре задачи и идейные «столпы»?

Унификация мышления и образа жизни советских граждан достигалась путем масштабирования проектов, не лишенных идеологического подтекста.

На территории Казахстана до 1917 года издавались так называемые Памятные книжки, или справочного характера издания, которые по формату схожи с типовыми календарями той эпохи. Сосланный в Восточный Казахстан народоволец Н.Я.Коншин (1864 - 1937) увлекался краеведением и редактировал «Памятные книжки Семипалатинской области» с 1897 по 1902 годы. В конце девятнадцатого столетия он опубликовал интересные историко-этнографические очерки о казахах, а в одной из «Памятных книжек» 1901 года увидел свет исторический очерк Алихана Букейханова «Из переписки хана Средней киргизской орды Букея и его потомков». В издании Коншина на 1902 год печаталось продолжение этого очерка, где приводилась переписка российской пограничной администрации с казахскими султанами и биями накануне восстания Кенесары Касымова. 

Одной из просветительских задач календарей было приобщение масс к определенного рода знаниям, распространение сведений, которые могли способствовать организации массовых мероприятий (празднований и т.п.), продвижению литературных произведений (реклама новых книг). Для владельцев издательств выпуск календарей был делом прибыльным, при условии получения цензурного допуска. О календарях в домах российской знати можно узнать из художественных произведений 19 века. Календари выписывали, листали, узнавали новости: светские, биржевые, политические и проч. Календари, в сущности, относились к жанру периодических изданий. Издавали их на год вперед: к примеру, в конце 1913 года принято было печатать календарь на следующий, 1914 год. В связи с материальными затруднениями в ходе Первой мировой войны, печатать адрес-календари  оказалось накладно.

 

На фото автора № 2. Содержание Календаря.

 

Кто же составлял потребительскую аудиторию календарей? Госслужащие, предприниматели, учителя и учащиеся учебных заведений и т.п. Ситуация по республике в 1920 году осложнилась угрозой голода. В первой половине 1921 года КазЦИК принял Положение «О мерах помощи в укреплении и развитии казахского и крестьянского хозяйств», где было сказано: «Губительные следствия империалистической войны и затем гражданской – отразились на скотоводческих и земледельческих хозяйствах казахского и крестьянского населения республики». В этом документе за подписью секретаря КазЦИК С.Садвокасова, предупреждалось об опасности джута: «Неурожай 1920 года уже губительно отразился на состоянии скотоводческого хозяйства и положения с продовольствием вообще. Ожидаемые по некоторым указаниям науки, засуха и недород хлеба и трав в 1920 году грозят дальнейшим ухудшением».

Разразившийся голод 1921 года и ликвидация его последствий, миграционные потоки семей и детей-сирот в Ташкент и в другие локации, дефицит кадров просвещенцев, другие объективные причины создавали барьеры на пути к современному образованию. Однако, несмотря на вызовы, начатая Казнаркомпросом работа велась системно. О «некотором оживлении в усилении издательской деятельности, создании форм казахского языка, установлении терминов» говорилось на заседании секретариата президиума КазЦИК. 

Известно, что деятель Алаш, автор публикаций по физике и астрономии, Файзулла Галимжанов издал плакатного формата «Стенной календарь на 1923 год» в Ташкенте, куда перебрался из Оренбурга с семьей.


 

На фото автора № 3. 

Объявление в Календаре о новых книгах Казгосиздата.

 

Идея издания другого Казахского календаря-альманаха на 1923 год, с индикаторами национальной идентичности, принадлежала группе национальной интеллигенции, группировавшейся, как выше сказано, вокруг ученого, руководителя Академического центра при Наркомпросе Ахмета Байтурсынова. Следует отметить плеяду патриотов, состоявшую из активных организаторов комсомола и коммунистов (Ергали Алдонгаров, Абдрахман Байдильдин, Абдолла Асылбеков, Смагул Садвокасов, др.) и - бывших алашевцев, которые продолжали трудиться на ниве просвещения (Ахмет Байтурсынов, Миржакып Дулатов, Аспандияр Кенжин, Ельдес Омаров и др). Их участие в составлении Календаря объясняется тем, что Е.Омаров, например, был членом комиссии по изданию учебников, его перу принадлежат первые учебники физики, алгебры, тригонометрии и геометрии на казахском языке. Садвокасов Смагул, несмотря на молодость (1900 г.р.), имел опыт организации молодежной периодики (газета «Өртен») и осведомлен, будучи секретарем КазЦИКа (1921), уполномоченным (1921), заместителем наркома земледелия (1922). Авторами пропагандистских материалов были: А.Айтиев, С. Мендешев, Е. Алдонгаров, под псевдонимом «Кедей баласы» Б. Майлин, А.Кенжин, С.Садвокасов.

Календарь на 1923 год по формату отличался от современных: в нем печатались постановления КазЦИКа, методические и врачебные рекомендации (Сеитов), советы от ветеринаров по борьбе с заболеваниями скота, записки агронома (Сириус), меры по профилактике джута. Размещены были статьи на тему освобождения женщин Востока. Стоит ли удивляться, что составители календаря основную площадь Календаря отвели материалам, полезным для казахских хозяйств, тогда как нормативные акты печатались попутно, как бы между прочим. Показательно, что даже перечень руководителей советского государства был размещен не в начале Казахского календаря. Иными словами, его составители не придавали номенклатуре первостепенного значения. 

На последних страницах Календаря на 1923 год опубликован перечень вышедших в Казгосиздате пьес и книг на казахском языке. Эти издания можно было приобрести в магазинах «Знание – Білім». В том перечне указываются пьесы: М.Ауэзова «Қорғансыздың күні» и «Енлік – Кебек», Ж.Аймауытова «Сылан қыз», учебники А.Байтурсынова «Әліппе», М.Жумабаева «Педагогика», книга Г. Асылбекова «Біздің де күніміз туды»,  поэмы С.Сейфуллина «Қызыл сұнқарлар», «Асау тұлпар», «Бақыт жолында», учебник М.Дулатова «Есеп құралы» и его пьеса «Балқия» и др.

Выпуск первого казахского календаря должен был стать не единовременной акцией, напротив, - плодом кропотливой работы редакторов и авторов. Национальная печать выполняла свою миссию по распространению знаний, адаптации казахского населения к переменам. В текстах Календаря в духе времени прослеживается тенденция подражания центральной советской печати. Заголовки отражают парадигму 1920 годов. К примеру, статья С.Садвокасова «Таптар куресі деген не нәрсе?» разъясняла суть марксовой концепции классовой борьбы. Находка Календаря позволила обнаружить эту, ранее неизвестную статью 1922 года С. Садвокасова. Вторая статья С.Садвокасова называется «Күнбатыс һәм Күншығыстың бостандық жолында күрестерінің тарихы» и посвящена теме общего и особенного в освободительной борьбе народов Запада и Востока. Смагул максимально адаптировал содержание статьи к казахской лексике, так, для обозначения понятия «капиталист, буржуазия» им используется привычное слово «бай». Соответственно, слово «аристократия» периода феодализма, им переводится как «ак суйектер». Данная статья Садвокасова была продублирована на страницах газеты «Жас казах» в 1923 году, тогда как находка Календаря позволяет идентифицировать ее написание не позднее 1922 года.

Раритет обнаружен автором этих строк в фондах Редких книг Национальной библиотеки Республики Казахстан, в Алматы. В хранилище имеется 2 экземпляра, один из них неполный, отсутствуют последние страницы. Формат издания, как выше отмечалось, представлял собой альманах-ежегодник. Задачи Календаря 1922 года, созданного группой патриотов под эгидой А.Байтурсынова, заключались в актуализации национально-культурной идентичности. Интересно, что политические убеждения авторов разделов Календаря не стали камнем преткновения, т.е. и коммунисты, и бывшие Алаш деятели были равноценными составителями. Сам формат альманаха, в котором выполнен казахский Календарь, выбран удачно: стало возможным печатать полноценные тексты. 

Передовая казахская передовая интеллигенция понимала свою роль в условиях советского режима, в принятии действенных мер по сохранению национально-культурной идентичности. Первый казахский советский календарь на 1923 год явился оригинальным изданием на «төте жазу», которое содержало статьи, написанные активом Алаш. Национальный проект Календаря формально был реализован в рамках общесоюзного формата календарей на 1923 год, - так, в нем впервые был напечатан казахский перевод «Интернационала».

«Казахский календарь на 1923 год» имеет специфику: в нем явственно проступают индикаторы национально-культурной идентичности. Так, день 22 марта в нем обозначен как «Наурыз – қазақша жыл басы» (Новый год), выходными днями указаны праздники «Ораза айт» и «Құрбан айт». Статьи в Календаре (всего их 31) отличаются целевой направленностью; среди других информаций дан краткий очерк истории казахского народа

Примечательно, что издание Календаря было приурочено к предполагаемому обретению Казахской республикой союзного статуса. Календарь на 1923 год задумывался как своеобразный «беташар» - символ нового года в союзном статусе Казахского государства. Историческое значение первого казахского Календаря непреходяще: национальный язык, ценности, традиции «узнаваемы» в содержании этого уникального печатного издания. Календарь на 1923 год относится к разряду просветительских изданий с целевой аудиторией. Новаторский подход в идентификации праздничных дней (пятница – «жұма») впервые был предпринят, как отражение верований, этно-традиций и календарного цикла, с учетом хозяйственно-культурного типа и географической специфики. Национальные и духовные ценности в Календаре декларированы однозначно. - Реальность оказалась несколько иной (Казахстан оставался автономией), союзного статуса пришлось ждать целых тринадцать лет. В последующем календарь такого формата уже не издавался. Практически, Календарь был «арестован» на длительный срок… 

Реанимировав Казахский календарь на 1923 год и вернув в информационное поле, отечественные ученые способствуют восстановлению имен и заслуг деятелей Алаш интеллигенции, формально не входившей в номенклатуру КазЦИКа. Находка позволила верифицировать авторство ряда статей и датировать их более точно. Повторюсь, Календарь был плодом коллаборации местных коммунистов, ответработников и – беспартийных казахских деятелей.

«Календарь», как письменный источник эпохи, отдаленной от нас столетием, отражает роль передовой национальной интеллигенции в продвижении и упрочении государственной идентичности.  Элита нации в начале 1920 годов проводила масштабные по замыслу и уникальные по реализации, проекты культурно-просветительского характера. Формально «советские», социальные проекты, предпринятые в те годы: ликбез, культпросвет, агитпроп, издание Календаря на 1923 год  и другие были плодом творческой реализации идеи сохранения национально-культурной идентичности. В этом заключается особая ценность найденного источника, который ныне внедрен в научный оборот. 

Возвращение Календаря сопровождается работами в рамках Госкомиссии по полной реабилитации жертв репрессий, в том числе его составителей. 

Календари коллективной памяти оживают, чтобы служить напоминанием о вехах и вызовах национальной идентичности.

 

Муканова Гюльнар,

кандидат исторических наук,

ведущий научный сотрудник Института 

истории и этнологии им. Ч.Ч.Валиханова, Алматы

Автор:
Опросы
Как вы оцениваете уровень преподавания истории в школах?