![О колебании уровня озера Балхаш в начале ХХ столетия О колебании уровня озера Балхаш в начале ХХ столетия - e-history.kz](/storage/tmp/resize/news/1200_0_2ImEYtOA41uXXXv2vsbaOPNNDqnvoWN5mcsOPJ1f.jpg)
Уровень озера Балхаш всегда был подвержен периодическим колебаниям, которые советские исследователи конца 1920-ых – начала 1930-ых объясняли прямой зависимостью от многолетних изменений количества осадков в области тянь-шанских притоков озера, главным образом, реки Или. Так, предполагалось по разным данным, что с 50-х до 90-х годов XIX столетия горизонт воды находился в состоянии падения. Затем, вдруг, этот процесс сменился повышением, продолжавшимся до 1911 года. После этого наступает новое понижение, закончившееся в 1931 году, когда линия уреза опять обнаружила тенденцию к подъему. В данной небольшой статье портал Qazaqstan Tarihy приводит неопубликованную цифру размера убыли вод озера за период депрессии, сравнив ее с другими имеющимися на этот счет данными.
В 1933 году неким исследователем Н.С. Смирновым был выполнен замер репера Гидрографической экспедиции Управления южно-сибирской железной дороги (Южносиб) на мысе Каратас в северо-восточном углу Балхаша. Выяснилось, что здесь уровень озера снизился в течение 8 лет (14 августа 1921 - 1 сентября 1929) на 1,19 м. К полученной цифре можно прибавить данные за непосредственно предшествующий период. П.А. Дмитриев, участник изысканий Южносиба, в своих рапортах сообщал, что Гидрографической экспедицией была произведена нивелировка репера, установленного на Каратасе Семипалатинским географическим обществом. Ею установлено, что в продолжение 8 лет (1913-1921) произошло обмеление озера на 1,13 м. Таким образом, за 16 лет (1913-1929), обнимающих почти полностью период временного усыхания, уровень Балхаша понизился на 2,32 м. Если принять его более или менее равномерным, то норма ежегодной убыли составит около 15 см.
Сравним эту цифру с имеющимися другими данными. Исключив главомерные определения на основе береговых признаков усыхания, воспользуемся точными количественными моментами. Даются следующие показания, отмеченные преимущественно инструментально: Меффертом 0,304 м (1910-1913), Аносовым 0,457 м (1912-1913), Русаковым 0,65 м (1912-1925), Домрачевым 1,5-2 м (1903-1929), Романенко 1,85 м (1903-1929), Сергиевым около 4 м (1912-1928), Сарычевым от 0,2 до 0,6 м ежегодно (1920-е годы), Яковлевым более 2 м (1903-1929). Обзор этой пестрой серии цифр убеждает, что некоторые несоизмеримы, охватывая разновременные промежутки наблюдений, но часть их согласована между собой и в то же время сходится с нашим показанием. Это говорит, таким образом, в пользу приближения к истинному выражению размера явления. Расхождение с показаниями, обнимающими тот же или близкий период времени (например, данные Русакова, по которым получается в три раза меньшая норма годовой убыли), дает основание к заключению, что здесь могла произойти ошибка на почве случайности. Именно, при определении разностей условных отметок реперов исследователями не учитываются сезонные колебания уровня. Между тем, несомненно, существуют различия в высоте положения горизонта, скажем, весной в летнее время, которые зависят соотношения между размерами испарения и притоком вод извне. По старым, может быть, не совсем точным данным (Фишер), такие колебания между уровнем в период половодья и зимою достигают 1,4 м. Точно также непостоянства уровня весьма сильно зависят от ветров, которые, упорно действуя в одном направлении, способны заметно повышать или понижать уровень в соответствующей части озера. Амплитуда таких колебаний, по кратковременным наблюдениям, достигает 1,2 м, а по иным данным (Сарычев) еще больше - до 2 м. Далее совершенно неизвестен режим сейш. Вполне вероятно допускать элемент неточности при определении разности условных отметок реперов, не привязанных к абсолютным высотам, так как на фоне всякого рода вторичных сезонных колебаний легко стушевываются действительные многолетние изменения в состоянии уровня. При производстве нивелировки 1 сентября 1929 года, желая парализовать влияние ветров, пришлось выжидать долгое время, прежде чем уровень восстановился в норме, близкой к штилевому положению. Во всех остальных случаях поправок на сезонные пульсации уровня нет.
Сопоставление реперных показаний с гипсометрией не дает удовлетворительного ответа. Откидывая явно ошибочную отметку 1876 г. в 274 м (Мирошниченко), возьмем два более поздних измерения: 343,7 м в 1894 г. (Шмидт) и 339,85 м в 1928 г. (определение Турксиба). Разность их отвечает абсолютному понижению уровня за период 34 лет (1894-1928) в 3,85 м. Такой вывод странен, заставляя предполагать возможность некоторой ошибки, поскольку он противоречит факту имевшего место в первую половину этого периода (до 1911) резкого повышения уровня, установленного не только разными наблюдательскими показаниями, но и совершенно объективно (Корнеев, Мефферт, Аносов). С очевидностью подтверждает более высокий горизонт в то время также размер акватории, который с 22 789 кв. км (1903) подвергся очень резкому сокращению до современных 17 315 кв. км (1929). Если абсолютное превышение было действительным, тогда, учитывая последующий подъем (1894-1911), должна бы получиться разность уровней с конца этого подъема и до настоящего времени (1911-1929) гораздо большая, чем ее отмечают все реперные данные. Так как отметка Турксиба надежная, то неточность можно предполагать в нивелировке 1894 года. В противном случае подвергается сомнению справедливость целиком всех данных реперных показаний.
Как бы то ни было, разноречивость данных о колебании уровня Балхаша требовало постановки систематических наблюдений, поскольку с грандиозной стройкой на побережьях озера вопрос этот приобретал большое практическое значение.