Главная Междисциплинарные исследования Экономическая история Джут в казахской степи

Джут в казахской степи

06 Февраля 2014
1074
0

ДЖУТ В КАЗАХСКОЙ СТЕПИ

Данная статья посвящена анализу проявления такого исключительного природного явления как джут в казахской степи. Будут изучены содержание самого термина джут, объективные природные условия его возникновения, степень воздействия на скотоводческое хозяйство, система жизнеобеспечения казахов-кочевников и адаптационные возможности кочевого социума по преодолению последствий джута.

Кочевников часто называют людьми, вписанными в природу. Основное условие выживания которых – максимальное приспособление и адаптация к существующим природно-климатическим реалиям. При этом условия жизни кочевников, где бы они не проживали, весьма сложны. Природа то давала прокорм их стадам, то обрекала на голодную гибель и животных, и человека.

Под степью понимается не только тип природной зоны, но и место обитания кочевников различного происхождения – «степняков», объединённых уникальным опытом освоения таких природных пространств как степь, полупустыня и пустыня. Что интересно, в устаревшем значении русского языка слово «степь» означало пустыню.

В научной литературе слово «степь» встречается в 54 значениях. Так например, «Геоботанический словарь» Гребенщикова О.С. содержит около 2660 терминов. Слово степь в его словаре имеет 23 категории [1]. Этот четырехъязычный «Геоботанический словарь» является первой в мире попыткой составления пособия такого рода. Он включает термины по геоботанике (фитоценологии), названия главнейших растительных формаций и сообществ земного шара, а также некоторые термины по смежным дисциплинам – экологии растений, почвоведению, климатологии, геоморфологии, фитогеографии и прикладным отраслям.

Степь в физической географии – равнина, поросшая травянистой растительностью, в умеренных и субтропических зонах северного и южного полушария. Это безлесное, бедное влагой и обычно ровное пространство с травянистой растительностью в зоне сухого климата. Характерной особенностью степей является практически полное отсутствие деревьев (не считая искусственных насаждений и лесополос вдоль водоёмов). Степная полоса протянулась с запада на восток в Евразии и с севера на юг в Северной Америке. Встречаются также степи в Южной Америке и в Австралии.

Особенно распространены степи в Центральной Евразии, на территории Российской Федерации, Казахстана, Украины, а также в Монголии. Климат степных регионов как правило находится в диапазоне от умеренно континентального до континентального и характеризуется очень жарким летом и холодной зимой.

Природно-климатические условия Казахстана определяются его расположением в центральной части Евразии в поясе умеренных широт, особенностями рельефа и гидрографическим режимом, объёмом солнечной радиации и количеством атмосферных осадков. Казахстан внутриконтинентальная страна, равноудаленная ото всех океанов, характеризуется резко континентальным режимом климатических условий, что выражается в резких суточных, сезонных и годичных колебаниях температуры воздуха. Континентальность климата нарастает в запада на восток. Среди отличительных особенностей климата Казахстана является его резко выраженная аридность и неравномерное сезонное распределение атмосферных осадков.

В целом географические условия Казахстан можно характеризовать повышенной солнечной радиацией, засушливостью, резко выраженной аридностью, континентальностью, посезонной дифференциацией климата, бедностью водных и почвенных ресурсов, дефицитом атмосферных осадков, скудным растительным покровом, колебаниями его урожайности, посезонно-зональными особенностями вегетации, низкой кормовой продуктивностью пастбищного травостоя. «Вследствие этого данная зона представляет собой очень хрупкую экосистему, обладающую повышенной чувствительностью к внешним воздействиям и хозяйственной деятельности человека», подчеркивает Н.Э. Масанов в своей монографии Кочевая цивилизация казахов: основы жизнедеятельности номадного общества [2, C.55].

Хрупкость экосистемы приводила к возникновению различных стрессовых ситуаций для системы жизнедеятельности кочевников. И джуты были самыми опасными из них.

В различных словарях можно прочитать следующее определение слова «джут»: «Голодовка скота в среднеазиатских республиках (Узбекистан, Туркменистан, Таджикистан, Каракалпакия), Киргизии, Казахстане, вызываемая особыми метеорологическими явлениями при необеспеченности хозяйства кормовыми запасами. Наиболее частый зимний джут происходит от образования на поверхности пастбищ ледяной коры, которую сельскохозяйственные животные, особенно овцы, не в состоянии разбивать ногами и потому гибнут от бескормицы. Реже джут бывает вследствие обильного снегопада и слишком толстого снежного покрова.

Наконец летний джут вызывается необычайно быстрым и сильным выгоранием пастбищ. В борьбе с джутом необходимы плановая заготовка сена с естественных сенокосов и полевое травосеяние» [3]. Существует и такое определение слова «джут»: «Массовая гибель скота на зимних пастбищах из-за невозможности использовать растительность в качестве корма во время или после стихийных бедствий» [4].

Если мы обратимся к эмоциональным характеристикам слова «степь», можно найти весьма показательные прилагательные отражающие целый ряд восприятий человеком степи, значительная часть из которых будет иметь оттенок пессимизма, грусти или размышления о бренности бытия и хрупкости жизни.

О протяженности, характере рельефа: безбрежная, безграничная, бездорожная, бесконечная, бескрайняя, беспредельная, волнистая, глубокая, необозримая, необъятная, неоглядная, нескончаемая, огромная, открытая, плоская, просторная, раздольная, ровная, холмистая, широкая.

О впечатлении и психологическом восприятии: беззвучная, безмолвная, безотрадная, безрадостная, бесприютная, благодатная, богатырская, былинная, веселая, вольная, враждебная, дремлющая, дремотная, мирная, молчаливая, мрачная, немая, неслышная, печальная, привольная, родная, сказочная, скучная, смирная, суровая, тихая, тоскливая, тревожная, угрюмая, унылая, хмурая. Запудренная, застуженная, косматая, смирная, сытая, тусклая. Горная, злаковая, ковыльная, кустарниковая, луговая, песчаная, полынная, целинная, черноземная и т. п.

О климате, цвете, запахе; о наличии воды, растительности, животного мира; о пригодности для жизни человека: безводная, безжизненная, безлесная, безлюдная, бестравная, буранная, бурая, глухая, голая, голодная, голубая, горючая (устар.), густая, девственная, дикая, душная, дымчатая, желтая, заповедная, заснеженная, засушливая, зеленая, знойная, золотая, золотисто-бурая, коричневая, лиловая, мертвая, мокрая, нагая (устар.), пахучая, плодородная, полумертвая, пустынная, пышная, розовая, рыжая, светлая, сухая, темная, туманная, хлебородная, холодная, цветущая, черная [5].

Прямой перевод казахского слово «жұт» – пожиратель (на русском языке – «джут») и означает массовый падёж скота от бескормицы [6].

Степь и джут объединяются в одно слово «година» - голодная, горькая, грозная, злая, истерическая, лихая, мрачная, недобрая, невеселая, незабываемая, нелегкая, несчастная, памятная, смутная, страшная, суровая, темная, черная, траурная, трудная, тяжелая, тяжкая [7].

Среди вариантов использования в казахском языке слова «жұт» можно назвать следующие:

·  жұт жылы қыста жаңбыр жауып, мұз болады – джуты вызываются гололедицей из-за дождей зимой

·  ақ сүйек жұт – сильнейший джут (когда погибает весь скот)

·  қоянның жұты – джут, произошедший в год зайца

·  жұтқа жаға жыртқызбау – не допускать падежа скота во время джута

·  жұтқа ұшырау – подвергаться джуту

В казахском языке существует много пословиц, связанных с этими трагическими обстоятельствами в истории народа:

·  Бай – до первого джута, батыр – до первой пули

·  У джута семь родственников – жұт жеты агайынды» (имелись в виду летняя засуха, выгорание растительности, ранняя зима, выпадение глубокого снега, зимние дожди, образование ледяной корки и др. неблагоприятные природные факторы).

  Историк Зардыхан Киянатулы в работе «Жылаган жылдар шежiресi» отмечает, что данная пословица означает, что у «джута семь братьев: снег, мороз, сильный буран (пурга), отсутствие загонов, безводье, голод, а также лень» [8]. Другое толкование этой народной пословицы «Беда не приходит одна», имелось в виду, что после тяжелых джутов наступали повсеместные эпидемии людей, повальные болезни животных, голод, нужда и т.д.

Подобные пословицы можно встретить и у других кочевников Евразии. Например, киргизская пословица «Без бурана не бывает джута, без сплетни не бывает тяжбы» – Кажалаң болбой, жут болбонт, кара озгой болбой, доо болбойт» [9].

К объективным природные условиям возникновения джута ученые относят следующие:

1) резкие заморозки и выпадение снега при начавшейся ранней весне, когда погибает не только трава, но и семена будущих растений, следствием чего будет бедный травостой летом и скот не сможет получить достаточного корма. Однако, животные в зимовку могут войти жирными и готовыми, если пойдут дожди до конца августа и хорошо подымется поздний травостой;

2) отсутствие дождей в конце мая и палящее солнце, которое уничтожит растительность и животным придется мигрировать в поисках пищи на огромные расстояния, что приведет к потере веса и плохому приросту молодняка.Летние беды на этом могут закончиться, так как животные выросли, набрали вес и жир и способны сами добыть себе корм под снегом. Но тут вступает третье условие, которое может привести к джуту;

3) сильный снегопад и безветренная погода, что сделает снежную корку толстой и животным будет тяжело добыть себе корм;

4) резкое возвращение тепла в зимний период и образование твердой ледяной корки, которая также не позволит животным самостоятельно прокормиться.

Если все эти условия совпадут, наступает джут.Кочевники не могут при этих обстоятельствах противостоять силам стихии и предотвратить надвинувшееся бедствие – массовую гибель поголовья. Говоря другими словами, джут – это гибель домашних животных. При этом необходимо сразу оговориться, что само слово постепенно приобрело глубоко метафорический смысл и стало обозначать массовую гибель людей. Например, данный термин применяется к ситуации периода коллективизации 1930-х годов.

Кроме того, актуальным является изучение общих закономерностей процесса взаимодействия природно-географических и социально-экономических факторов в условиях кочевого общества. В первую очередь это касается изучения вопроса переселенческой политики Российской империи и массового изъятия пастбищных земель в Переселенческий фонд. Политика переселения крестьян, сопровождавшаяся массовым выселением казахов с плодородных земель, вела к разрушению традиционного скотоводческого хозяйства. Свидетельством этого является сокращение поголовья казахского скота при относительно постоянном росте численности населения.

Долгое время в исторической науке считалось, что основной причиной упадка кочевого скотоводства были джуты. Однако джут редко охватывал абсолютно все области, и тогда казахи одной области при начавшемся джуте могли перейти со своими стадами в более благоприятные местности. В конце XIX - начале XX в. кочевые казахи уже не имели права свободно передвигаться по традиционным маршрутам кочевания, поскольку реформой 1867-1868 гг. земли Казахстана были объявлены государственной собственностью. В результате переселенческой политики с 1870-1896 гг. в области Казахстана прибыло крестьян-переселенцев: в Акмолинскую область - 144.180 чел., в Семиреченскую - 92.842, в Семипалатинскую - 39.763, в Уральскую - 60.867 [10, C.65]. Наиболее значительный приток переселенцев наблюдался в период 1903-1914 гг., что было напрямую связано с реализацией Столыпинской аграрной реформы. За 9 лет численность европейского населения составила около 714395 человек. Всего за период с 1896 по 1914 г. в области Казахстана переселилось 2027263 человека [10, C.70]. Все пришлое аграрное население наделялось земельными участками, устройство которых существенно изменило пути кочевий казахов-кочевников.

«Кочевые пути также не обеспечивались; нередко зимовки были совершенно разобщены от джайляу, и казахам приходилось совершать окружной, обходной путь для того, чтобы, минуя переселенческие поселки, попадать на джайляу. Казахи постепенно вытеснялись в глубь степей на худшие земли, подальше от культурных центров, железных дорог и водных артерий», подчеркивал С. Асфендияров [11, C.187]. «Жуты участились в последние два десятилетия. Население ставит это в прямую зависимость от сокращения летовок на севере и зимовок на юге. Благодаря первому, в силу стеснения в выпасах со стороны оседлого казахского и переселенческого населения, скот в летнее время не успевает нажироваться в достаточной мере для того, чтобы перенести условия зимнего тебеня» [12, C.172].

Таким образом, казахи при надвигающемся джуте теперь не могли свободно отгонять свой скот в более благоприятные местности, поскольку кругом были либо образованные крестьянские поселения, либо «десятиверстная полоса», за которую нельзя было переступать кочевникам, либо скотопрогонные пути. Радиус кочевания был ограничен до минимума. Государство сохраняло политику невмешательства в систему кочевого животноводства и оно постепенно разрушалось, переживая очень тяжелый процесс перехода в новые формы полукочевого и «джатачного» хозяйства. Однако этот вопрос требует специального изучения и выходит за рамки нашего доклада. Поэтому мы ограничимся лишь постановкой данной проблемы.

Изучить вопросы, связанные с историей джута на территории казахской степи в новое время помогут архивные материалы и документы, содержащиеся в Центральном Государственном архиве Республики Казахстан. Большую работу в этом плане проделала казахстанская исследовательница Атушева Салтанат Бисенбаевна. Она собрала и систематизировала архивные материалы по изучаемой теме и защитила в 2000 году кандидатскую диссертацию на тему «Джуты в Казахстане в конце XIX- начале XX вв.» [13].

Значительный фактический материал о падеже скота, засухах, болезнях животных, а также различные донесения и рапорты чиновников в вышестоящие инстанции о бедствиях, постигших тот или иной уезд, о принимаемых в связи с этим мерах содержит 44 фонд ЦГА РК «Семиреченское областное правление военного министерства». Ведомости о количестве павшего и оставшегося скота после джутов, статистические отчеты, сведения о состоянии здоровья населения содержатся в фондах 41 «Верненское уездное управление» и 25 фонде «Тургайское областное правление». Различные сведения о скотоводстве, о последствиях буранов, засух, о смертности среди населения имеются в фонде 369 «Акмолинское областное правление». Статистические данные о хозяйстве казахов, данные переписи 1897 г. содержатся в 460 фонде «Семипалатинский областной статистический комитет». Материалы санитарно-исполнительных комиссий по борьбе с чумой, тифом и другими болезнями содержит 40 фонд «Мангышлакское уездное управление МВД». Значительный объем источников издан в сборниках документов и материалов: «Прошлое Казахстана в источниках и материалах», «Материалы по истории Казахской ССР», «Материалы по истории политического строя Казахстана», «Казахско-русские отношения в XVIII-XIX вв.».

Многообразный фактический материал также содержится в ряде исторических, этнографических, статистических, географических исследований. Богатый этнографический материал описательного характера содержится в трудах русских ученых, путешественников, чиновников, военных: П.И. Рычкова, П.С. Палласа, И.Г. Георги, Я. Гавердовского, А.И. Левшина, Г.Н. Потанина, Р. Карутца, Н. Коншина, А. Диваева, А. Добромыслова, А. Алентова, В. Герна. Разнообразный материал содержат труды представителей казахской интеллигенции: Ч.Ч. Валиханова, М.-С. Бабаджанова, И. Алтынсарина, Б.Даулбаева, А.Джантюрина, М.Чорманова, А.Байтурсынова, А. Букейханова, М. Дулатова, Т. Шонанова, Т. Сейдалина и многих других.

Разнообразный статистический и этнографический материал охватывают «Материалы по киргизскому землепользованию», собранные под руководством Ф.А. Щербины по двенадцати уездам Акмолинской, Семипалатинской, Тургайской областей, а также «Материалы по обследованию туземного и русского старожильческого хозяйства и землепользования в Семиреченской области» в 4-х томах, собранных под руководством П. П. Румянцева.

Важные сведения и статистические данные содержатся в ежегодных отчетах генерал-губернаторов, приложением которых служили «Обзоры областей за 1883-1909 гг.», а также «Памятные книжки», издававшиеся в конце 90-х г. XIX в. областными статкомитетами. Каждый документ требует к себе критического отношения и комплексного использования источников.

Значительный вклад в изучение истории казахского народа с древнейших времен до национального восстания 1916 г. внес видный ученый С. Д. Асфендиаров. В работе «История Казахстана» автор рассматривает колониальную политику царизма, аграрный вопрос. В частности, он пишет: «Переселенческая политика царизма нанесла чрезвычайно большой ущерб казахскому государству. Основными чертами, характеризующими царскую переселенческую политику являются: 1) изъятие лучших, наиболее ценных угодий вместе с водными источниками; 2) полное игнорирование нужд казахского населения, порождавшее земельную путаницу и нарушавшее естественный и привычный цикл кочевок; 3) постоянное смещение казахских аулов с обжитой территории, со сносом строений, с занятием готовых ирригационных сооружений и древесных насаждений и 4) допущение массового самовольного переселения, с последующим оформлением переселенцев» [11, C. 186].

Джуты были разные, иногда частичные, иногда крупные, опустошительные для всей казахской степи. При каждом большом джуте громадная масса кочевников лишалась своего скота и превращалась в нищих. «Как проклинали они судьбу за то, что, лишив их скота, джут не унес и их самих, а обрек на медленную голодную смерть. Такие джуты уносили и тысячи человеческих жизней... Мог ли человек чувствовать себя властелином природы?» [14, C.26]. Если крупные джуты повторялись примерно через каждые 10-12 лет, то частичные бывали почти ежегодно то там, то здесь. Гибельными по своим последствиям были джуты 1855-1856; 1867-1868; 1879-1880; 1891-1892; 1903-1904, 1910-1911 гг. и т.д.

Казахи выделяли большие и малые джуты, которые случаются с разной периодичностью. Так большие (великие) джуты как правило, приходятся на год зайца по животному календарю. Особенно губительны были джуты через каждые 36 лет. Именно их называли «улькун-джут» (великий джут). В такие годы гибло 60 процентов лошадей, половина поголовья овец и верблюдов, практически всё поголовье коз. Почти наполовину вымирали многие кочевья. В истории известно несколько таких джутов: «Ұлы қоян» – (великий заяц) 1879 года и «Кіші қоян» – (малый заяц) 1891 года. Такими же голодными были 1903, 1927, 1963-64 годы.

В зависимости от характера и последствий годы джутов в народе назывались по-разному. Так, джут 1867/68 г. назывался «жалпак коян жуты» (сплошной всеобщий джут кояна), 1879/80 «улы коян» (великий коян), 1891/92 г. - «киши коян» (младший коян), 1915/16 г. - «гакыр коян» или «ак коян» (белый коян) и т.д. [15].

Повсеместные и локальные джуты циклично повторялись не только в годы «коян», но и в другие годы. Так например, почти повсеместный джут 1911-1912 (джут года свиньи) или же локальный джут 1918 г. в Павлодарском уезде (жылкы жуты - джут года лошади) причинили значительный урон скотоводческому хозяйству казахов [16, C.57]. Джуты возникали и распространялись на несколько областей или иногда почти на всю казахскую степь. В наиболее суровые годы падеж скота суммарно составлял до 70% и выше. Вот как описываютcя обстоятельства джута в литературе конца XIX-н.ХХ века: «Иногда снег покрывается такою толстою ледяною корою, что она не проламывается под ударами копыта лошади и скот скользит по ней, как по льду. В таких случаях скот гибнет массами...» [17]. «Во время сильных джутов процент падежа скота мог достигать 50 или даже 90%», подчеркивали исследователи [12, C. 167].

В такие годы вымирали многие кочевья, а в степи погибали сайгаки, архары, джейраны, куланы, архары, дрофы и другие животные. В эти голодные годы казахи были вынуждены употреблять в пищу такие продукты, которые никогда не использовали при обычных обстоятельствах – березовый сок, грибы, различные степные растения и травы.

М. Тынышпаев пишет в своей статье «Ак-табан – шубурунды (Великие бедствия и великие победы казахов): «Народные предания дают еще другие указания о размерах бедствия: после выражения «Ак-табан-шубрынды», «Алка-коль сулама» добавляют – «каин сауган», что дословно значит – «доили березу», т.е. обнажали березу и употребляли в пищу сок березовой целлюлозы. В голод 1918 года старики вспоминали предания, что когда-то при нашествии калмыков предки их употребляли в пищу те же предметы, что в 1918 году: «джау джумур» - нечто вроде полевой картошки, «алгыр» - похожий на лук, корень очень горького растения (в сыром виде - яд); «козы-куйрык» (грибы) и другие растения и их корни, а также нечистые твари» [18, C.191]. Смена рациона питания давала шанс на выживание кочевников, которые в спокойные и сытные годы никогда не употребляли в пищу данные растения или продукты.

Кочевник, живущий исключительно пастьбой скота, мог вести только пассивную борьбу со стихийными явлениями природы. Борьба сводилась в основном к перекочевке с места на место. Обычно кочевник спасался от джута путем откочевки на новые места. В случае джута скотоводы, не считаясь ни с каким морозом, ни с каким бураном и туманом, кочевали до тех пор, пока скот мог передвигаться. Это также была одна из форм борьбы с природой.

Во время таких страшных зим кочевники, чтобы спастись от свирепых снежных буранов, иногда устраивали заборы из трупов погибших животных. В результате такого бедствия вчерашний богатый скотовладелец за несколько дней превращался в нищего.

«Если на какой-либо местности зимою или ранней весною появится гололедица, то скот перегоняют на другие места, свободные от гололедицы. В случае же, если один из табунов и пострадает от гололедицы или продолжительных буранов, есть полное вероятие пожертвовать одним из табунов или даже частью его, спасти от гибели другие, так как несчастья от бескормицы редко бывают одинаково гибельны для всей степи, как было в ужасную зиму 1879-1880 гг., когда пострадала вся степь, от пределов Западного Китая до р. Урал и от Иртыша до Сыр-Дарьи» [19, C.22-23].

В тяжелую зиму 1879-1880 г. в центральной части киргизской степи (Тургайская, Акмолинская и северо-западная часть Сырдарьинской области) из 12 710 000 голов скота погибло от бескормицы 6 106 000 голов (50%). Через 12 лет в 1891 г. произошел значительный падеж скота от бескормицы - 364 054 голов или 17,5%, в том числе: мелкого 217 470 (18%), лошадей 107 398 (22%), рогатого скота 29580 (12,6%) и верблюдов 9 606 (11,4%) [20, C.24].

Зима 1899-1900 г. отличалась обильным снегом и чрезвычайной суровостью, особенно в Прибалхашской равнине, в долине р. Или и в верховьях р. Чилик, а также в районе Бахтинского участка, где пало 58785 голов скота: лошадей - 4464, рогатого скота - 1705, верблюдов - 876, баранов - 50600 и коз 1140. Процент естественного прироста скота понизился по сравнению с предыдущим годом на 27007 голов.

В 1903 г. от джута и других неблагоприятных для скотоводства причин пало в Семиреченской области 1249024 голов, что по отношению к зарегистрированным на 1 января 1903 г. количеству 6197291 голов скота составило 20,2%.

Продолжительная и холодная зима 1907 г. с часто выпадавшими дождями и снегом тяжело отразилась на кочевом скотоводстве. Вследствие недостатка запасов корма к весне и отсутствия подножного корма, скот был обречен на гибель. От джута 1907 г. пострадали больше всего Верненский, Джаркентский и Пржевальский уезды. В 1907 г. от джута пало в Семиреченской области 326162 голов всех видов животных, в 1908 г. - 1050970 голов, в 1909 г. - 56436 голов.

Результатом целого ряда лишений и бедствий, которые переживал казахский народ в XIX - начале XX в. были различные болезни: тиф, натуральная трахома, оспа, корь, чахотка, ревматизм, малярия, глазные заболевания. Была велика детская смертность, которая составляла 60-70% от родившихся детей в возрасте до 1 года. Даже несовершенная статистика свидетельствовала об относительно невысоком естественном приросте казахского населения. Главной причиной этого были тяжелые экономические и социальные условия казахского населения, чего не могли скрыть и официальные источники. Правда, зачастую этот факт в губернаторских отчетах скрывали за обтекаемой формулировкой: «неприспособленность к здоровой жизни киргизских зимовок». Массовые эпидемии были одной из причин высокой смертности населения.

Природно-климатические условия определили систему выпаса скота, что выражалось в посезонном использовании пастбищ и спецификой организации общественного производства. При этом, выпас скота в экстремальные периоды, названные джутами и вызванные гололедом, неурожаями, сильными снегопадами, буранами или метелями существенно отличался. Обычно скот пасся отдельно, но в экстремальные периоды кочевники были вынуждены прибегать к его совместному выпасу. Это означало выпас различных видов животных в определенной последовательности с учетом биологических особенностей вида и степени поедаемости кормов и позволял прокормить скот в условиях гололёда и глубоких снегов [2, C.100]. А.И. Левшин так описывал практику совместного выпаса: «…пускают сначала лошадей, которые копытами разрывают снег и едят верхушки трав. За ними на то же место выгоняют рогатый скот и верблюдов, продолжающих есть начатую лошадьми траву и съедающих средину стеблей. Но низшей части оных, близ корня находящейся, верблюды глодать не могут…потом и овцы, выпускаемые на пастьбу после всего прочего скота, на одном и том же месте находят себе пищу» [21, C.379]. Подобные описания можно встретить и у П. Палласа, А.И. Добромыслова и других авторов. Например, Я. Гавердовский пишет «…Сначала пускают лошадей… Они, разгребая сугробы копытами, поедают верхушки позябшей травы. За лошадьми следуют верблюды и рогатый скот, а за сим табуны овец и коз…» [2, C.101].

Главный знаток специфики казахского кочевого типа жизнедеятельности Н.Э. Масанов подчеркивал, что в среднем, учитывая повторяемость джутов, кочевники прибегали к совместному выпасу скота в течении почти всего зимнего периода не чаще, чем один раз в пять-шесть лет. При этом он также подчеркивал, что например, в северном Казахстане без совместного выпаса обеспечить скот кормами было невозможно. А, например, на юге данный вид выпаса мог эпизодически применяться в случае когда зимний табун лошадей находился вблизи зимовки. В целом практика совместного или раздельного выпаса скота зависела от конкретных природно-климатических условий [2, C.101].

К другим средствам борьбы с экстремальными природными явлениями можно отнести отгон скота за пределы охваченных джутом территорий, загон скота в лес и создание искусственных заграждений, расчистка пастбища для скота от снега вручную. Так, например, Паллас П., описывает ситуации, что «если выпал большой снег, то киргизцы оной разгребают лопатами для мелкого скота». Броневский С., в свою очередь, пишет, что обледеневший снег разбивали топорами [2, C.102].

Выживать в экстремальных условиях также помогали народные экологические знания и приметы. Достаточно много было у казахов примет, связанных с погодой и е предсказаниями. Вот некоторые из них: если луна окружена теневым кругом, то ожидается суровая зима; если месяц лежит на спине, то погода будет неблагоприятной для скота; ветренное лето соответствует буранной, вьюжной зиме; если лето дождливое, то зима будет суровой; если летом будут частые молнии, зима будет неблагоприятной; если дикие птицы откладывают яиц меньше обычного, то зима будет суровой; если зимой воробей утепляет гнездышко, носит туда пух, мороз усилится; если жаворонок свое гнездо совьет во впадине, лето будет засушливым; если сурок рано прячется в нору, значит зима будет суровой и многие другие [22, C.258-261]. Существует также целый ряд запретов, касающиеся окружающей среды, небесных тел и всего, что окружает человека. Например, «не считай звезды», «не оставляй землю вскопанной», «не накрывай зеленую траву», «весной не трогай зверей и птиц» [22, C.269].

Яркие описания джута и народной трагедии мы можем прочесть в различных произведениях казахских писателей. Произведения казахской литературы для нас являются весьма важными историческими источниками.

Такое описание джута мы можем встретить на страницах произведений казахского писателя Мухтара Ауззова: «Поверхность степи становилась словно вылизанной, однообразно гладкой, как яйцо. Быстро кончались запасы корма, скот голодал. Много животных погибало. На скотных дворах и в степи громоздились горы обледенелых овечьих туш. Во множестве падали от бескормицы и коровы. Кое-как держались лишь сильные взрослые верблюды. Спасая падающих от истощения животных, женщины несколько месяцев подряд ходили с мотыгами а руках по морозу, отыскивая корм, откапывая кустики чия, верблюжьей колючки [23].

Вот еще несколько фрагментов из романов М. Ауэзова. «Джут бывал во все времена, … это обычное, неотвратимое бедствие» [24].

«О силе джута судят не только по тому скоту, который пасется близ аула, но и по конским табунам, возвращающимся с зимних выпасов с первым теплом. Все невзгоды сурового зимнего времени отражаются и на них.

  Отощавшие табуны Кунанбая едва добрались до Жидебая. Лошади имели ужасный вид. Самые крепкие жеребцы и кобылы бродили как тени. Шерсть у них отросла, взъерошилась и спуталась; ноги раздулись, суставы опухли и выпирали огромными узлами. В косяках не было ни одного жеребца, выжили только сильные кони… Аулы были подавлены. Люди перестали ездить друг к другу в гости, встречаться, жили так, как будто прошел ураган. Всех поглощала только одна забота – спасти остатки тощих табунов от губительного холода весенних ветров» [25].

«Зимние запасы кормов – это первая забота здешних жителей, но у них есть и еще один выход на случай приближения джута. Уже с начала холодов зимовщики начинают внимательно следить за погодой, за состоянием снегов, заранее готовясь к борьбе со стужей. И если, как вот теперь, декабрь стоит лютый, на Бауыре оставляют только самый истощенный, слабый скот, всех коров и овец, пригодных на выгон, отправляют на укрытые от ветра далекие пастбища Чингиза, Жидебая и Акшокы. Бесконечной вереницей тянутся тогда в сторону горных ущелий стада, оберегаемые своими хозяевами и пастухами» [26].

«Этот короткий конец зимы заставил людей съежиться от жестокого джута. Особенно тяжело прошло начало апреля. Апрель считается месяцем первых зеленых побегов. Небывалой стужей и буранами он застал народ врасплох и причинил непоправимые бедствия. Они запечатлелись в памяти народа под именем «апрельского джута» или «джута последнего снега» — таким необычным был глубокий снег, выпавший в это время» [27].

Весьма показательны следующие отрывки из учебника, написанного М. Ауэзовым для школы и в котором содержатся два следующих текста: «Отчего бывает джут?» и «Как спасти скот во время джута?»:

  «Отчего бывает джут

·  –Отчего бывает джут? – спросила Хадиша у матери.

·  –Джут бывает, если выпадает глубокий снег, а потом наступит оттепель –пойдет дождь. В поле образуется лед. Животным трудно достать корм из-под льда и глубокого снега. Животные худеют и умирают от голода.

·  –А почему их не кормят сеном?

·  –А ты знаешь, сколько у нас сена? – спросила мать.

·  –У нас много сена, я видела.

·  –Нет, Хадиша, немного. У нас всего двадцать возов сена. Если кормить весь наш скот сеном, сена хватит ненадолго.

·  –А почему тогда не накосили сена больше?

·  –Потому, что больше негде косить. Мы скосили все наши луга.

·  –А как же теперь спасти животных от голода во время джута?

·  –Если подует теплый ветер или настанет оттепель, льда не будет. Животные опять будут доставать себе корм из-под снега. Тогда скот спасен. Или город нам поможет. Без города трудно было бы нам во время джута. А город дает дешевый корм скоту, поможет и деньгами.

·  – Какой хороший, добрый город! – сказала маленькая Хадиша».

«Как спасти скот во время джута? Трудно казахам спасти свой скот от джута. Очень плохо тем, у кого нет близко болыших гор или удобных для зимы урочищ. Во время джута все хозяйства отделяют худой скот и кормят его в ауле сеном. Лошадей перегоняют на далекие участки, где много подножного корма. Овец и коров с пастухами отправляют в большие горы. В горах бывает меньше буранов. Там есть участки, где мало снега. Но таких гор немного. Иногда в одни и те же горы пригоняют овец и коров со всей волости. Аулы, которые находятся близко от города, получают помощь от города. Город помогает деньгами и кормом. Если бы не было гор и городов, трудно было бы спасти скот от гибели» [28].

Необходимо признать, что влияние Российского государства на кочевую степь было многоплановым. Мы пытались избегать по ходу нашего разговора колониальную риторику, оставляя её одним из этих воздействий была урбанизация степи и появление новых видов и форм занятости. И если прежде, отсутствие спроса на труд обнищавших и пауперизированных слоев кочевников привело бы их к медленному вымиранию в степи или оседанию на окраинах номадного ареала, то теперь появились новые возможности для жизнедеятельности этих групп населения. Эти возможности смог предоставить город. В своей монографии «Кочевая цивилизация казахов» Масанов Н.Э. подчеркивает, «Как свидетельствуют данные по «билетным сборам», ежегодно до 20 тысяч казахов устремлялись в города, казачьи станицы, крестьянские селения, военные укрепления для найма на работу. Как правило, большая их часть там навсегда и оставалась, пополняя ряды уральского, оренбургского, сибирского казачества, крестьянского элемента, городского населения и т.д.» [2, C.237].

Перефразируя и распространяя ряд положений автора книги «Степные экосистемы» Мордковича В.Г. на общество кочевников-степняков, отметим главные тенденции различных адаптационных приспособлений [29, C.143-144].

Во-первых, большинство адаптационных стратегий полифункциональны и потому универсальны. Они рассчитаны на все неожиданности экологической переменчивости.

Во-вторых, большинство адаптационных кочевых стратегий имеют колоссальный запас прочности в расчете на предельные нагрузки, связанные с существенной амплитудой колебаний экологических факторов в степи.

В-третьих, адаптации, которыми обладают организмы-степняки, способны включаться и выключаться почти молниеносно. Такая переключаемость - удачная реакция на высокую частотность экологических ситуаций в степи, многократно сменяющих друг друга на протяжении короткого промежутка времени. К таким переключающимся адаптациям в природной среде относятся, например, уникальная маневренность сайгаков, могущих остановиться на полном скаку и, повернув на 90°, вновь мгновенно развить скорость курьерского поезда.

В-четвертых, характерной адаптивной особенностью степных организмов является «страсть» к запасанию энергии, питательных веществ и воды. Это средство – одинаково эффективное противодействие всем ранее названным интегральным качествам степной экосистемы. Растения накапливают органическое вещество и воду в корневой массе, млекопитающие — в подкожном жире. Эти тенденции распространяются на всю экосистему, растительный и животный мир, а также человеческое общество и в частности ресурсы человеческого организма, характеризующиеся высокой степенью выносливости и адаптивной пластичности. Об этих характеристиках казахов-кочевников писали практически все европейские авторы, посещавшие казахские степи в XVII-XIXвеках, среди которых путешественники, дипломаты, миссионеры, чиновники, торговцы.

И закончить свой доклад хотелось словами В.Г. Мордковича из его уникальный, на мой взгляд книги «Степные экосистемы», который утверждал, что «Будущее степного ландшафта, каким бы отдаленным оно ни казалось и как бы ни были важны теперешние заботы, должно волновать людей уже сейчас. Особенно внимательно надо относиться к проблеме взаимоотношений Человека и степи. Большое количество издержек в ходе исторического подлаживания их друг к другу, видимо, нельзя считать случайностью. Сказывается общее эволюционное несовершенство этого союза, очевидно, в связи с молодостью Homo sapiens как биологического вида. Чтобы жить в ладах с таким непостоянным ландшафтом, как степь, гибко и с пользой для себя следовать за всеми поворотами ее переменчивого характера, надо, во - первых, отшлифовать умение быстро улавливать степные колебания; во - вторых, довести до совершенства мгновенную адекватную реакцию на них. Люди в своих взаимоотношениях со степью, как и более опытные и старшие по возрасту их «меньшие братья», должны стремиться к созданию механизмов реагирования, способных легко включаться и выключаться, универсальных, с запасом прочности и большим вниманием к почве. Молодость Человека и степи позволяет надеяться, что первый найдет в конце концов оптимальные формы взаимоотношений с природой, а ее полный сил и регенерационных возможностей организм с честью выйдет из любых испытаний» [29, C.192-193].

Список использованных источников и литературы:

1/Гребенщиков О. С. Геоботанический словарь. - M., 1965.- 227 с.

2/Масанов Н.Э. Кочевая цивилизация казахов: основы жизнедеятельности номадного общества.-Алматы «Социнвест» -Москва «Горизонт», 1995. - 320с.

 3/http://enc-dic.com/selhoz/Dzhut-3434.html

4/http://slovarionline.ru/malyiy_akademicheskiy_slovar/page/djut.11745

5/http://www.slovopedia.com/24/209/1648458.html

6.http://slovarionline.ru/selskohozyaystvennyiy_slovar_spravochnik/page/djut.806/

7/http://www.slovopedia.com/24/195/1648083.html

8/Киянатулы З. Жылаган жылдар шeжipeci.- Алматы, 1995.- 249 б.

9/http://www.eposmanas.ru/?page=446

10/Алексеенко Н. В. Население дореволюционного Казахстана (численность размещение, состав, 1870-1914 гг.).- Алма-Ата: Наука, 1981.- С. 65

11/Асфендиаров С. История Казахстана.- Алматы, 1998. С. 187

12/ Ищенко M. М., Казбеков И. С. и др. Особенности сельского хозяйства Адаевского уезда. - Л., 1928.- Вып. VI.

13/ Атушева С.Б. Джуты в Казахстане в конце XIX- начале XX вв.-Автореф. дисс. на соиск. уч. степ. к. и. н. -Алматы, 2000.-27с. http://cheloveknauka.com/dzhuty-v-kazahstane-v-kontse-xix-nachale-xx-vv

14/ Федорович Б.А. Лик пустыни.-М.: Гос. изд-во культурно-просветительной литературы, 1954

15/Шахматов В. Ф. О происхождении двенадцатилетнего животного цикла летоисчисления у кочевников //Вестник АН КазССР.- 1955.- № 1; Искаков М. Халык календары.- Алма-Ата, 1963

16/Алимбай Н., Муканов М.С., Аргынбаев Х. Традиционная культура жизнеобеспечения казахов.- Алматы, 1998

17/Джантюрин А. Очерки киргизского коневодства.- Оренбург, 1883.- С. 18; Бичурин Н. Я. Собрание сведений о народах, обитавших в Средней Азии в древние времена.- М.-Л., 1950.- T.I.- С. 71; Ракитников А.Н. Центральный Тянь-Шань и Иссык-Кульская котловина. М.-Л., 1936.- С. 92-100.).

18/ Тынышпаев М. Ак-табан – шубурунды (Великие бедствия и великие победы казахов)//История казахского народа.-Алма-Ата: Казак университет, 1993.-С.185-200

19/Памятная книжка Семипалатинской области за 1899 г. Семипалатинск, 1898

20/Обзор Акмолинской области за 1904 г.- Омск, 1906

21/Левшин А.И. Описание киргиз-казачьих, или киргиз-кайсацких орд и степей.-Алматы: Санат, 1996.-656с.

22/Сейдимбек А. Мир казахов. Этнокультурологическое переосмысление. -Астана: Фолиант, 2012.-560с.

23/http://www.russian-chronicle.ru/interesno/493.html

24/http://www.livelib.ru/author/10429/quotes

25/Ауэзов М. Путь Абая.-Т.1.-http://do.gendocs.ru/docs/index-268105.html?page=19

26/ http://do.gendocs.ru/docs/index-234024.html?page=31

27/http://fb2.booksgid.com/content/EB/muhtar-auezov-put-abaya-tom-1/63.html

28/http://ikitap.kz/book/m_auezov_okulyktar/files/assets/basic-html/page120.html

29/Мордкович В.Г. Степные экосистемы.-Новосибирск: Наука. Сибирское отделение, 1982

Комментарии

Для того, чтобы оставить комментарий войдите или зарегистрируйтесь