«Нам необходимо вглядеться в прошлое, чтобы понять настоящее и увидеть контуры будущего»
Н. А. Назарбаев

Дело № 035

2045 0
Дело № 035
Именно такое оперативное название получило уголовное дело № 035, возбужденное сотрудниками НКВД в отношении мусульман Средней Азии и части России

Согласно материалам дела, чекисты вменяли 237 гражданам СССР создание «панисламистской повстанческой организации»

 

История противостояния коммунизма с религией берет начало еще с момента образования СССР. Ислам был второй по количеству верующих конфессией на территории СССР, основная масса представителей которой населяла Поволжье, Башкирскую и Татарскую АССР, Северный Кавказ, Азербайджан и конечно же Среднюю Азию, в т.ч. Казахстан.

Первые годы становления советской державы коммунисты не пресекали деятельность мусульманских общин, что было обусловлено продолжающимся становлением большевизма на традиционных исламских территориях, а также перспективой распространения коммунизма в страны Востока. В период параллельного сосуществования идей коммунизма и ислама духовные лидеры получили избирательные права, разрешалась деятельность шариатских судов, мусульманских школ и совершение паломничества в Мекку (хадж). После установления советской державы, 20 ноября (3 декабря) 1917 года Советское правительство выпустило обращение «Ко всем трудящимся мусульманам России и Востока»:

 

«Мусульмане России, татары Поволжья и Крыма, киргизы и сарты Сибири и Туркестана, турки и татары Закавказья, чеченцы и горцы Кавказа, все те, мечети и молельни которых разрушались, верования и обычаи которых попирались царями и угнетателями России! Отныне ваши верования и обычаи, ваши национальные и культурные учреждения объявляются свободными и неприкосновенными»

 

После образования СССР в 1922 году, коммунисты шли на сотрудничество с мусульманскими лидерами: были созданы Центральное духовное управление мусульман (ЦДУМ), Башкирское духовное управление и Народное управление духовными делами мусульман Крыма. ЦДУМ, к слову, имел амбиции стать духовным центром для всех мусульман СССР и даже делал попытки организации в Казахстане местных муфтиятов. Эти попытки не увенчались успехом. Историки связывают это с деятельностью Восточного отдела ОГПУ, который спровоцировал движение за автономию местного духовного управления от ЦДУМ. Это привело к тому, что в 1928 году советский Казахстан вышел из юрисдикции ЦДУМ.

Первые годы после Октябрьской революции ислам и вправду чувствовал себя достаточно спокойно. В 1921 году в Туркестане стали действовать шариатские управления, боровшиеся с неверными толкованиями ислама, в Дагестане действовало порядка 700 шариатских судов (там же был создан пост народного комиссара шариата), духовные лидеры активно входили в советские органы власти, Ораза айт и Курбан айт официально считались выходными днями.

Политика невовлеченности в дела мусульман продолжалась вплоть до середины 20-х годов, после чего коммунисты стали постепенно осваивать мусульманские окраины. Чтобы хоть как-то ослабить исламское влияние на молодежь, советское правительство установило всеобщую воинскую повинность (до 1922 года мусульмане не считались военнообязанными). Введение обязательной службы для мусульманской продолжилось активной кампанией по закрытию мечетей. Эта кампания проходила с 1927 по 1929 гг.

Удавка медленно затягивалась. Вскоре имамов, живших на «нетрудовые доходы», стали лишать избирательных прав, государство стало изымать вакфы (имущество государства, переданное на религиозные или благотворительные цели), исключали из партии и ссылали на Север коммунистов-мусульман. Кроме этого, под насильственный социализм попала и письменность мусульман, которая до прихода советской власти использовала арабскую вязь, а в 30-х годах в принудительном порядке перешла на кириллицу.

В 1929 году начались массовые преследования мусульман. В том же году впервые был озвучен лозунг «Безбожная пятилетка», направленный на полное истребление религии к 1 мая 1937 года.

Историки спорят о самом факте существования такого декрета, подписанном Сталиным 15 мая 1932 года. Скептики утверждают, что существование документа не было подтверждено. Однако в труде Никиты Струве «Христиане в СССР» приведен план, согласно которому:

 

в 1932-1933 годы должны были закрыться все церкви, молитвенные дома, синагоги и мечети, к 1933-1934 годам - исчезнуть все религиозные представления, привитые литературой и семьёй, к 1934-1935 годам - страну и прежде всего молодёжь необходимо было охватить тотальной антирелигиозной пропагандой, к 1935-1936 годам - должны были исчезнуть последние молитвенные дома и все священнослужители, а в 1936-1937 годам - религию требовалось изгнать из самых укромных ее уголков

 

Кроме того, о «Безбожной пятилетке» говорил и немецкий теолог Альгермиссен в своих трудах о деятельности Союза воинствующих безбожников в 1933 году. Согласно его исследованиям, все верующие представители религиозных конфессий должны были быть ликвидированы к 1937 году. Советское правительство, в свою очередь, поддерживало атеистическое движение и заявляло о трех тысячах ударных бригадах безбожников к 1931 году.

К середине 30-х годов Саудовская Аравия прекратила политические отношения с СССР после репрессий в отношении советского дипломата Карима Хакимова. Тем самым СССР лишился возможности экспортировать коммунизм в мусульманские страны. Внешнеполитическая нужда в мусульманах отпала. Что касается ситуации внутри страны, то в середине 30-х годов органы НКВД стали преследовать мусульман на территориях их компактного проживания. Коллективизация, индустриализация и искусственный голод в Казахстане также сильно повлиял на состав населения коренных мусульман: многим пришлось откочевывать в прилегающие территории Афганистана и Синьцзяня. С другой стороны, в страну на стройки союзного значения (Турксиб) хлынул поток переселенцев-немусульман, территория страны постепенно стала превращаться в ссылочный центр СССР. Все это сделало мусульманское население Казахстана меньшинством на своей родине.

 

Советский дипломат Карим Хакимов сопровождает будущего короля Саудовской Аравии Фейсала ибн Абдель Азиза ас-Сауда. Москва, Кремль, 1932 год

 

Резкое ужесточение внутриполитического курса в отношении мусульман продолжилось закрытием львиной доли мечетей и уголовным преследованием по сфабрикованным делам тысяч представителей духовенства. Об этом говорят не только исследователи, но и свидетель тех событий Петр Смидович, который в записке к председателю ЦИК СССР Михаилу Калинину пояснял:

 

«Все религиозные организации мусульман находятся накануне полнейшего разрушения и исчезновения с лица земли. Пока закрылось 87 % мухтасибатов (мусульманские епископаты), из 12 000 мечетей закрыто более 10 000, от 90 до 97 % мулл и муэдзинов лишены возможности отправлять культ… Положение по мусульманскому культу хуже, чем по другим культам, но, в общем, рисует характерную для всех культов картину…»

 

К концу 1930 года гонения прекратились, были возвращены некоторые мечети, осуждены борцы с религией и открылся орган (Постоянная комиссия по культовым вопросам при Президиуме ВЦИК СССР) во главе со Смидовичем, который защищал духовенство. После ухода Смидовича с поста деятельность комиссии заметно ослабла. 

Вторая половина 30-х годов известна кровавыми событиями сталинского террора, но вместе с тем в этот период была проведена «чистка» в отношении исламского духовенства. После смерти в 1936 году председателя ЦДУМ Ризаитдина Фахретдинова (слева) и муфтия ЦДУМ Башкирской АССР Мутыгуллы Гатауллина большевики отказали мусульманам в проведении съезда для избрания преемника. Были возбуждены уголовные дела по обвинению в заговоре руководителей ЦДУМ, в ходе которого были расстреляны 30 человек.

Дальше – больше. Возбуждая уголовные дела против духовенства в Татарстане и Башкортостане, следователи фабриковали дела против мусульман Средней Азии и Казахстана об их совместной контрреволюционной борьбе против власти коммунистов. Для обвинений в панисламизме, пантюркизме и национализме достаточно было выступить за создание вертикально выстроенной структуры духовного управления мусульман СССР или высказаться по поводу духовной общности мусульман всего мира. 

В 1937 году чекисты расформировали т.н. «контрреволюционную буржуазно-националистическую повстанческую» организацию во главе с Мухлисой Буби. Они считали, что организация была в тайном сговоре с филиалами в Казахской ССР. После расстрела Буби, НКВД стало формировать дела против мусульман тюркоязычных территорий СССР, обвиняя их в подготовке к созданию «Великого Турана».

«Тайный сговор» мусульман Башкирской АССР и Казахской ССР вылился в «раскрытие» т.н. «антисоветской панисламистской террористическо-повстанческой и шпионско-диверсионной организации», связанной с мусульманами пограничных с СССР государств и японской разведкой. По этому делу был осужден 231 казах, 36 узбеков, двое расстреляны (узбек Юсупхан Умартюряев и казах Алькен Джангирходжаев). В апреле 1938 года была расформирована комиссия по защите духовенства.

20 июня 1940 года НКВД КазССР объединили семь оперативных дел по Актюбинской и Южно-Казахстанской области в одно производство, которое получило оперативное название «Цепь Корана». С этого момента и идет отчет начала дела № 035 и обвинения среднеазиатских мусульман в создании «панисламисткой повстанческой организации». В 1940 году чекисты арестовали на территории Южного Казахстана муллу Суфихана Искандерова, чьи показания были использованы против мусульман Самарканда, Самаркандской области, Туркмении и Казахстана. К концу года НКВД подверг аресту 51 человека (31 из них признал свою вину), еще 19 человек ожидало ареста. Всего по этому делу подозревались 242 человека, но в конце концов наказанию подверглись лишь 70 человек.

Большинство взятых в разработку мусульман ранее были осуждены за «антисоветскую деятельность» и проживали на территории Казахской ССР. Географически они распределялись следующим образом:

 

  • Южно-Казахстанская область — 119 чел.;
  • Актюбинская область — 72 чел.;
  • Гурьевская область — 12 чел.;

 

Все обвиненные по делу № 035 были поделены на две группы лиц: муллы и ишаны, а также бывшие представители аристократии. Один из них, Камалетдин Мухитдинов, был сыном богатого землевладельца, который бежал из страны в период массовой коллективизации в Саудовскую Аравию. После его смерти Камалетдин якобы возглавил его учеников ради продолжения «антисоветской панисламистской деятельности».  Кроме них, особое место в обвинительных показаниях заняли сами последователи. Их численность была неизвестна даже самим ишанам.

Согласно мнению современных историков, обвинение следствия говорило о некой панисламистской организации, которую курировал ЦДУМ. В ее функции, в основном, входила шпионско-разведывательная деятельность и пропаганда против советской власти. Для пропаганды использовались стихи антисоветского содержания о голоде, недостаче хлеба и других продуктов. Были обвинения в связях с эмигрировавшими в Афганистан мусульманами (от 500 тысяч до 4 млн человек), с разведками Великобритании, Ирана, Саудовской Аравии, Турции и Франции. В деле № 035 были упоминания о двух эмигрантских организациях, состоявших из бывших советских мусульман и участников восстания в Мангистауской области. Это общество эмигрантов Бухары и Туркестана, издававшая в Дели, Бомбее, Кабуле, Дамаске, Мекке, Стамбуле, Париже и Берлине газету «Голос эмигранта», а также Федерация национальных мусульманских общин Средней Азии, выпускавшая журналы «Новый Туркестан» и «Молодой Туркестан» в Стамбуле, Париже и Берлине.

Дело № 035 приобрело широкий масштаб и лишь к середине расследования было определено в одно общее дело о «цепи Корана». 12 фигурантов дела из Казахстана были приговорены к расстрелу и казнены. Некоторым сохранили жизнь. Так, мулла Суфихан Искандеров, показания которого стали началом арестов, получил по приговору Верховного суда Казахской ССР от 1 марта 1941 года 10 лет исправительно-трудовых лагерей (реабилитирован 21 августа 1992 года).

27 августа 1959 года все участники дела № 035 были реабилитированы «за отсутствием состава преступления».

Автор: Аян АДЕН

Комментарии

Для того, чтобы оставить комментарий войдите или зарегистрируйтесь
Бас редакторға сұрақ +7 707 686 75 81
Қазақша Русский English