Если нация не знает своей истории, если страна теряет свою историю, то после нее они сами могут легко исчезнуть.
Миржакып Дулатов

ГОЛОД В 1932-1933 ГОДАХ В КАЗАХСТАНЕ: ГЕНОЦИД ИЛИ ЭТНОЦИД?

4464
ГОЛОД В 1932-1933 ГОДАХ В КАЗАХСТАНЕ: ГЕНОЦИД ИЛИ ЭТНОЦИД?  - e-history.kz
Среди казахских историков и демографов до сих пор нет единого мнения не только о числе пострадавших казахов от голода 1932-1933 годов, но и о том, какую численность составляли казахи до этой, по сути

рукотворной трагедии. Важно подчеркнуть, что все противоречия о сравнительно точном числе жертв национального бедствия казахского народа происходили из-за отсутствия, если быть точнее – из-за сокрытия достоверных статистических сведений о подлинной численности казахов накануне массового голода.

Немалую лепту в эти противоречия, чаще всего намеренно и политизируя эту тему, вносят ученые из соседней России, которые пытаются опровергнуть исследования казахских историков и демографов 1990-х годов и занижают количество погибших и откочевавших от голода в сопредельные страны казахов, опираясь лишь на официальные статистические данные советского руководства. Например, А. Н. Алексеенко заявляет, что «с учетом всех возможных поправок потери казахского населения составили не более 1,840 тысяч человек или 47,3 % от численности этноса в 1930 году» [1], тем самым выражая несогласие с цифрами, обнародованными казахским демографом М.Б.Татимовым о 2.020 тысячах погибших и 616 тысячах безвозвратно откочевавших [2] и историком Х.М. Асылбековым о 2,5 миллиона погибших и 616 тысяч безвозвратно откочевавших (всего – 3,116 тысяч человек) [3].

Уже давно не секрет, что руководство СССР намеренно занижало потери населения от голода, особенно в Казахстане и Украине. Искажалась подлинная численность коренного населения Казахстана – казахов - до голода и после массового голода-ашаршылық  1932-1933 годов. К примеру, по окончании переписи 1937 года И.Сталин вместо прироста населения обнаружил его убыль. Выразив возмущение и недоверие итогом работы переписчиков, Сталин приказал засекретить данные переписи, а всех, кто принимал в ней участие, объявить врагами народа. Необходимо подчеркнуть, что все исследования об истории и последствиях голода 1932-1933 годов, как советских, так и зарубежных ученых в лице Роберта Конквиста, Давида Титиевского, Марты Бриль Олкотт и других [4], основаны на данных официальной статистики совесткого периода.

Так по официальным данным, согласно Всесоюзной переписи населения СССР 1926 года, казахов в СССР насчитывалось 3,968.289 человек [5], а уже в 1939 году согласно переписи 1939 года — всего 3,100.949 млн человек [6].

Между тем современные казахские и российские ученые в своих исследованиях также продолжают оперировать в основном этими же данными при определении численности жертв казахского голодомора-ашаршылық 1932-1933 годов, не ведая или игнорируя сведения казахских национальных лидеров начала ХХ века, сочинения которых, посвященные этому вопросу, особенно на казахском языке, оставались недоступны для научного оборота до начала 90-х годов прошлого века, а также статистические данные до Февральской революции 1917 года. А для того, чтобы убедиться, мягко говоря, в недостоверности официальной советской статистики, достаточно взглянуть на итоги первой всеобщей переписи населения Российской империи 1897 года [7]. В своих же исследованиях казахская элита «Алаш», в частности, лидер казахского национально-освободительного движения Алаш» начала ХХ века Алихан Букейхан, опирались именно на итоги первой переписи.

Исследования А.Н. Букейхана о численности казахов представляют бесценную научную ценность тем, что, во-первых, он являлся очевидцем и непосредственным участником первой всеобщей переписи населения Российской империи 1897 года в Казахском степном крае. Во-вторых, А.Н. Букейхан, в 1896-1901 годах участвуя в работе экспедиции, организованной Министерством земледелия и государственных имуществ Российской империи под руководством статистика Ф.А. Щербины, подворно исследовавшей численность казахов и их хозяйства в 3-х областях Казахского степного края, а также работавший в 1902-1903 годах в научной экспедиции под началом статистика С.П. Швецова по экономическому обследованию районов Сибирской железной дороги, по праву считался исключительным экспертом по Казахстану до и после революции 1917 года. Приглашение его в 1926 году Президиумом Академии наук СССР в состав Особого комитета АН СССР по исследованию союзных и автономных республик в качестве эксперта по Казахстану (см. фото № 1), а также его непосредственное участие в антропологической экспедиции АН СССР, производившей исследование социально-экономического положения Адаевского уезда Казахстана одним из ее руководителей, лишнее тому свидетельство. Добавлю лишь, что лидер казахского национально-освободительного движения «Алаш» начиная с 1897 года внимательно отслеживал динамику роста и численность своего народа, периодически публикуя в периодической печати и научных сборниках свои исследования и расчеты по данному вопросу.

Далее имеется возможность сопоставить и сравнить достоверность и объективность как итогов всероссийской переписи 1897, 1926, 1937, 1939 годов, так и сведений и расчетов о численности казахов ученых периода до и после Февральской революции 1917 года, в частности современного российского ученого А.Н. Алексеенко и казахского лидера начала ХХ века А.Н. Букейхана. 

Так, численность народа, назвавшего своим родным языком казахский, по итогам первой всеобщей переписи населения самодержавной России 1897 года равнялась 4,084 тысячам [8]. Однако даже эти сведения о численности казахов оказались не совсем объективными. Поскольку, как подчеркивалось в обращении лидеров «Алаш» во главе А.Н. Букейханом к казахскому населению Великой степи под заголовком «Казахскому народу!» («Қазақ халқына!»), опубликованном в июнском номере газеты «Қазақ» в 1917 году в связи с предстоящей переписью населения, в ходе первой всеобщей переписи 1897 года и повторной переписи населения Кокшетауского уезда в 1907 году, казахи скрывали или уменьшали количество своих детей допризывного и призывного возраста из-за подозрений и страха, что «перепись производится с целью выявления численности казахских детей для призыва их на службу в русскую армию». Немало казахских семей просто откочевало в глубь степи, чтобы избежать переписи.

«Прежде, когда правительство проводило перепись, – отмечалось в этом обращении, – казахи проявляли недоверие. Подозревали, что «если обнаружатся излишки земли и площадь посевов, то лишимся своей земли». Опасались, что «если укажут точное количество скота, то увеличатся подати и сборы». Боялись, что перепись населения проводится с целью призыва наших детей на военную службу». Словом, казахи одинаково и не без основания не верили как истинным, так и скрытым намерениям прежней власти. Но теперь этой власти нет. Новую власть представляет сам народ. Не верить новой власти – значит не верить самому себе...

Нас ожидает созыв Учредительного собрания. Там будет принято законодательство (конституция) государства. Из всех вопросов, выносимых на рассмотрение Учредительного собрания, самым важным для казахов является вопрос о земле... Норма земли для казаха будет определена в зависимости от величины его скотоводческого хозяйства, то есть от необходимой площади земли для развития скотоводства. Следовательно, чем меньше у казаха скота, тем меньше нормы земли будет ему определено. Если в этот раз казах, как прежде, скроет численность своего скота, площадь посевов и размеры своего хозяйства в целом, то погорит, проиграет.

Казах, если ты умышленно утаишь свое скотоводческое хозяйство, дашь неверное сведение, то завтра как же твой депутат в Учредительном собрании будет отстаивать перед другими твое право на достойную земельную норму? Как и чем он будет аргументировать, требуя для тебя достаточной нормы земли? Разве не встанет вопрос: раз у тебя мало скота и не желаешь заниматься земледелием, то зачем тебе лишняя земля? Твой депутат лишится аргументов, если в его руках будут неверные данные о твоем скоте и хозяйстве. Никто, кроме Бога, не может пересмотреть законы, принятые Учредительном собранием.

От сокрытия количества детей при переписи из-за страха призыва на службу, как прежде, будет еще больше вреда. Поскольку депутаты от каждого народа в Учредительном собрании будут представлены пропорцианально его общей численности. Следовательно, если казах умышленно снизит количество населения мужского и женского полов, то и число его депутатов будет меньше... Бояться, что казахов принудят нести воинскую службу и занижать возраст своих детей, также неразумно. Поступать, как прежде, теперь недопустимо. Какие бы законы не принимались, там у казахов будут свои депутаты, которые совместно с другими будут принимать законы, отвечающие интересам народа. Если суждено нести воинскую повинность, то казахам не укрыться от нее...

Такой крупный народ, как казахи, прибывающие в подневоле одного государства, не может существовать скрытно. Давайте не повторим прежних ошибок, вступим на праведный путь, последуем за текущими великими переменами, добьемся своей доли, возродим свою государственность. Если мы, казахи, не добьемся этого, нас постигнет проклятие будущих поколений» [9], призывали казахские национальные лидеры в своем обращении к гражданам Алаш.

Фото № 2: А.Н.Букейхан – в своей коммунальной квартире-комнате в Москве накануне ареста и заключения в Бутырскую тюрьму. Июль, 1937 года.

В свою очередь А.Н. Букейхан, в своем историческом очерке «Казахи» (в ориг. «Киргизы»), исходя из официальных итогов этой переписи, вычислил увеличение численности казахов к 1910 году до 4.696.600 [10]. При этом, важно заметить, для большей достоверности своих вычислений и во избежание подозрений в намеренном преувеличении подлинной численности своего народа, он взял за основу самый низкий коэффицент естественного прироста населения в 1,5, даже ниже чем в целом по России, который был равен на тот момент к 1,55, тогда как коэффицент прироста среди кочевых казахов равнялся, например, в Тургайской области – к 2,5.

Учитывая эти нюансы можно смело предположить, что в действительности к 1910 году численность казахов значительно превышала 5 миллионов человек. Например, Барлыбек Сырттанулы (Сыртанов), один из видных деятелей движения «Алаш», выпускник восточного факультета Императорского С.-Петербургского университета (1894 г.), составитель «Устава страны казахов» – проекта первой казахской конституции, составленного им в С.-Петербурге в июне 1911 года, утверждал, что казахи «числом достигли 7 миллионов» [11]. Известный в Степном крае и Сибири писатель Антон Сорокин, в своей статье «Киргизскія земли» (читать «Казахские земли». – С.А.), опубликованной в № 5 от 25.05.1917 г. омской газеты «Земля и Волю» (Издание омского комитета партии социалистов-революционеров. – С.А.), писал о судьбе уже «восьмимиллионного казахского народа» [12]. В материале «Второй Общекиргизскій и Третій Общебашкирскій Съѣзды», опубликованном в оренбургской газете «Южный Урал» за подписью Н.Ч., утверждалось, что «общее число киргизъ принимаютъ въ 6 ½ милл.» [13].

Все же сведения А.Н. Букейхана, приведенные им в заметке «Қазақ қанша?» (букв. «Сколько же казахов?»), опубликованной в 1924 году в газете «Еңбекші қазақ» (букв. «Трудовой казах» – официальный партийно-правительственный печатный орган Казахской АССР. – С.А.), вызывает больше доверия: «В 1914 году общая численность населения России составляла 161 миллионов 700 тысяч человек. Сколько же было казахов в том году? В 1896 году, а также в 1907, спустя 10 лет, казахи Кокшетауского уезда было пересчитаны дважды. Если сопоставить эти цифры, то выходит, что динамика роста казахов заметно превышает общемировую. Если у казахов каждый год к двумстам человекам прибавляется в среднем еще 3, то в 1914 году казахи составляли 6 миллионов 470 (!) человек» [14].

Простое сопоставление этих данных с официальными итогами переписи населения уже 1926 и 1939 годов, а также с расчетами российских ученых, в частности, того же А.Н. Алексеенко, вызывает полное недоумение. Так, по итогам переписи 1926 года, проведенной 12 лет спустя после 1914 года, численность казахского этноса на всей территории СССР, по каким-то странным обстоятельствам, не увеличилась, а сократилась и стала даже меньше 4-х миллионов – 3,968.289 человек, тогда как по своей динамике естественного роста казахов эта цифра должна была превышать 7 миллионов человек. Даже при учете людских потерь из-за жесткого подавления восстания казахов 1916 года, в ходе гражданской войны 1918-1920 годов и откочевки в сопредельные страны, а также голода 1921-1922 годов, численность казахов должна была составлять не менее 6-6,5 миллионов. Куда же подевались остальные 2-2,5 миллиона?

Российский ученый А.Н. Алексеенко особо не утруждает себя поиском ответа на подобный вопрос. Вместо этого он, по ему только понятным причинам, исказил без того недостоверные данные переписи 1926 года и уменьшил численность казахов с 3,968.289 на 250 тысяч человек – до 3,718.000. При этом А.Н. Алексеенко, современный апалогет переписи 1926-1939 гг., еще больше и, похоже, умышленно грешит в своих расчетах, применняя к казахам самый низкий коэффицент роста населения за год, выражаюшийся в 1,5. «В предкризисном 1930 году численность казахского этноса, – заявляет он, – по моим расчетам, должна составлять 3886 тысяч (на начало года). Расчеты основаны на следующем. Численность этноса по данным переписи 1926 года (со всеми поправками) определена в 3718 тысяч человек. С учетом естественного прироста за три года (4,5% за 1927-1929) мы получаем цифру 3886 тысяч».

Куда более объективными и реальными выглядят расчеты А.Н. Букейхана, приведенные в вышеупомянутой заметке. Нужно подчеркнуть, что эту заметку лидер казахов, находясь в принудительной ссылке в Москве, опубликовал как раз с целью разоблачения недостоверности, если не сказать умышленных искажений, допущенных коммунистическим руководством Казахстана. По его расчетам, естественный прирост казахов за 10 лет, прошедших со дня начала І мировой войны, составил 979 тысяч человек. Однако за этот же период имели место факторы, которые отрицательно отразились на численности и росте прежде всего коренного населения, как эпидемия холеры в 1917 году в Туркестане, в 1921 году в Казахстане и голод 1921-1922 годов, которые перечислил в своей заметке А.Н. Букейхан. Напомню, что Казахстан до октября 1924 года был разделен собственно на Казахскую (Киргизскую) и Туркестанскую АССР, где, как утверждал А.Н. Букейхан в своей заметке в «Еңбекші қазақ», эпидемия, хозяйственная разруха, война и голод как раз свели на нет естественный прирост казахов за 10 лет, или унесли жизни 15 человек из каждых 20 домов или 100 человек. «Даже в том случае, если казах, как прежде, утаил число своих домочадцев, а статистик «ошибся» в своей статистическом отчете, казахское население Туркестана и Казахстана (за исключением казахов Бухары и Хивы) составляет сегодня не менее 6 миллионов 470 тысяч человек», – заявлял А.Н. Букейхан в 1924 году. Следует заметить, что автор здесь вел речь о численности этнических казахов, населяющих территорию одноименной республики в границах до 1925 года (фото № 1). Вместе с сородичами из Бухары и Хивы, этнические казахи могли составить и все 7 миллионов.

Фото № 1: Карта Казахстана 1920-1929 годов

Так, какова же была численность казахов к началу голода в 1932 году, чтобы определить действительное количество жертв?

Если исходить из расчетов А.Н. Букейхана, что естественный рост казахов за прошедшие 10 лет к 1924 году составил 979 тысяч человек при общей численности в 6,470 миллионов к началу І мировой войны 1914 года, то за 8 лет, прошедшие с 1924 по 1932 год, естественный прирост должен был составить не менее 783 тысяч человек. Следовательно численность коренного населения Казахстана, казахского этноса, накануне голода 1932 года и только в пределах республики составляла по крайней мере 7 миллионов 250 тысяч человек (!).

Также важно подчеркнуть, что за 3 года до начала голода в Казахстане, весной и летом 1929 года, самые видные и наиболее популярные среди коренного народа представители национальной интеллигенции, в основном бывшие лидеры и члены правительства Алаш-Орда во главе с Ахметом Байтурсынулы, всего более 45 человек, были арестованы, часть из них по сфальсифицированным обвинениям расстрелена, остальные были осуждены на длительные сроки с отбыванием наказания в ГУЛАГах далеко за пределами республики. А. Байтурсынулы сперва был также приговорен к расстрелу, который затем заменили ссылкой в Астраханскую область. Бывшие национальные руководители Советского Казахстана, как Смагул Садуакасулы (Садвакасов), Ныгмет Нурмакулы (Нурмаков), Султанбек Хожанулы (Ходжанов) и другие под различными благовидными предлогами были отозваны в Москву. Казахский национальный лидер Алихан Букейхан находился в Москве под неусыпным контролем ОГПУ, куда был доставлен под конвоем еще в декабре 1922 года (фото № 2). Очень важно отметить, что в период голода в Казахстане 1921-1922 годов именно казахская элита Алаш, фигурируемая в советской печати 1930-40-х годов и архивных документах ОГПУ-НКВД-КГБ СССР как «бывшие алашординцы» или «буржуазные националисты», сумела организовать эффективную помощь голодающим во всех регионах республики. Бывшие алашординцы образовали, говоря современным языком, неправительственный комитет по оказанию помощи голодающим, почетным председателем которого был избран национальный лидер, бывший премьер-министр Автономии Алаш Алихан Букейхан, которому удалось организовать сбор и доставку скота в голодающие области и регионы страны, и избежать массовой гибели населения, прежде всего казахов. Исходя из этого обстоятельства, напрашивается однозначный вывод, что голод в Казахстане 1932-1933 годов был заранее и, следовательно, тщательно спланирован в Кремле и осуществлен его наместниками в Казахстане.

А более объективное, пусть даже приблизительное, число жертв голода 1932-1933 года позволит определить «репрессированная перепись» 1937 года, по официальным данным которой – спустя 4 года после общенационального бедствия – численность казахов составляла 2 миллиона 181 тысяча 520 человек [15]. Если же это количество выживших казахов отнять из общей численности казахов к началу 1932 года, а также исключить среднее число откочевавших в сопредельные страны казахов в 1 миллион человек, то получим наиболее вероятную численность умышленно истребленных голодом казахов... в 4 миллиона 68 тысяч 480 человек.

В заключение остается добавить, что казахский народ, имея численность более 7 миллионов человек, являясь 5 крупным народом в Российской империи и СССР и самым крупным народом всей Центральной Азии до 1932 года, после 1933 года составлял менее 2 миллионов, навсегда потеряв более 5 миллионов 68 тысяч человек, из них более 4 миллионов физически истребленных или 70 % общего числа населения, едва достигнув к 1937 году 2 миллиона 181 тысяча 520 человек.

Уже не столь важно, как оценивать так называемую национальную политику Советской власти в Казахстане, поставившей казахов на грань полного физического истребления на исконных землях – геноцидом или этноцидом. Это национальное бедствие казахского народа гораздо масштабнее и трагичнее украинского «голодомора», ставшего международным термином, точно передающим значение и масштаб трагедии украинского народа. Национальное бедствие в Казахстане 1932-1933 годов принято называть «ашаршылық» и нет иного международного термина или понятия, точно характеризующего трагедию, выпавшую на долю многострадального казахского народа.

 

Султан Хан АККУЛЫ

директор НИИ «Алаш» ЕНУ им. Л.Н.Гумилева

Автор:
Опросы
Как вы оцениваете уровень преподавания истории в школах?