Если нация не знает своей истории, если страна теряет свою историю, то после нее они сами могут легко исчезнуть.
Миржакып Дулатов

Русско-узбекский словарь С.-А. Лапина 1894 года

2282
Русско-узбекский словарь С.-А. Лапина 1894 года - e-history.kz

Статья посвящена коллежскому регистратору, переводчику военного губернатора Самаркандской области, частному поверенному, востоковеду, тюркологу, общественному и политическому деятелю конца XIX - начала XX вв. Туркестанского края Российской империи Сер-Али Лапину (1869–1919). В статье приводятся сведения о карманном русско-узбекском словаре С.-А. Лапина 1894 года издания и критической заметке в её адрес, которая была опубликована на страницах газеты «Туркестанских ведомостей» в 1895 году.

Весной 1895 года на страницах газеты «Туркестанских ведомостей» было опубликовано казенное объявление о новом издании Самаркандским Статистическим Комитетом «Карманного русско-узбекского словаря» с 4000 слов для обыденного разговора с оседлыми туземцами Туркестанского края с приложением краткой грамматики узбекского языка. Составитель словаря - действительный член Статистического Комитета С.-А. Лапин. Стоимость словаря 40 копеек. Продавалось в Самарканде: у секретаря Статистического Комитета М.М. Вирского (Ургутская ул., дом №23), в магазинах Д.Н. Захо и Д.Д. Филатова. В Ташкенте: в книжном магазине «Букинист» [1].

При сем необходимо озвучить непременно то обстоятельство, что с момента колонизации Туркестанского края, и ранее предпринимались усилия и были опубликованы ряд словарей, в котором так нуждалась администрация края и ее русское население. К их числу, например, можно отнести работы З.А. Алексеева [2], В. Наливкина и М. Наливкиной [3].

Особенность словаря С.-А. Лапина заключалось в том, что на рубеже XIX века русским чиновником «киргизского» происхождения впервые был введен термин «узбекский», и как пишет профессор С.Н. Абашин, он стал вызовом официальному названию «сартовский язык», которое употреблялось большинством русских ученых и чиновников. Как известно, данному событию предшествовала большая «дискуссия» по поводу сартов между востоковедом В.В. Бартольдом и переводчиком военного губернатора Самаркандской области С.-А. Лапиным, которая широко освещалась на страницах газет того времени. В ходе этой «полемики» С.-А. Лапин впервые четко и ясно сформулировал совершенно новый тезис: язык сартов автор предложил назвать «новоузбекским» [4].

В своем предисловии к 1-му изданию С.-А. Лапин отметил (орфография и стилистика сохранена), что: 

«Настоящий труд является попыткой - ответить на давно назревшую потребность у местнаго русскаго населения в «общедоступном» словаре узбекскаго языка. В виду подобнаго своего назначения, предлагаемый «Карманный Русско-Узбекский Словарь», не претендуя на полноту и непогрешимость, представляет из себя лишь “справочную книжку”, могущую быть полезной для русскаго человека при разговоре с оседлыми туземцами Туркестанскаго края. При этом считаю своим долгом высказать, что Словарь этот изданием своим всецело обязан просвещенному содействию г. Председателю Самаркандскаго Областого Статистическаго Комитета Графа Н.Я. Ростовцева, принимавшаго живое участие также в составлении его. 

С-А. Лапин. 19 Ноября 1894 год [5].

Фрагмент групповой фотографии с участием Сер-Али Лапина, техническая обработка Светланы Шевельчинской

Спустя месяц после публикации вышеупомянутого объявления в тех же «Туркестанских ведомостях» была напечатана критическая заметка под псевдонимом «Мусафир», где автор выразил свою точку зрения о создании подобного словаря, привел ряд имеющихся уже примеров, и указав некоторые неточности перевода слов выразил надежду, что при должном исправлении и дополнении словарь С.-А. Лапина мог быть весьма неплохим пособием для русского Туркестанского края. 

Пользуясь случаем, уважаемый читатель, для полноты понимания эта заметка представляется вашему вниманию (орфография и стилистика сохранена):

«Библиографические новости. Русские Туркестанскаго края давно уже нуждаются в небольшом словаре и небольшой грамматики языка, наиболее распространённаго между оседлыми туземцами края, с которыми редкий из них не имеет ежедневных, постоянных сношений. К сожалению, все попытки к составлению таких пособий для сношений с туземцами и для начала изучения языка оказывается до сего времени мало изученным. Причина этого заключается в том, что гг. составители пособий приступают к делу немного слегка, без предварительной к нему подготовки себя и материяла. Составить порядочный словарь - дело далеко не легкое, как это кажется с первого взгляда: для этого нужно собрать существующий уже материял, выбрать из него слова, нужныя для той цели, ради которой составляется словарь; проверить материал на живом говоре туземцев; дополнить его, если нужно, собственным материалом; определить объем словаря сообразно его цели, и пр. Первое и самое главное из указанных условий для составителя небольшаго словаря туземнаго языка Туркестанскаго края, к счастью нашему, уже имеется; это словари Zenker’a (Dictionnare turc-arabe-persan, в котором при значке t, o, т.е. turc-oriental, можно найти слова туземцев Туркестанскаго края), Будатова (сравнительный словарь турецко-татарских наречий, в котором при значке дж, т.е. джагатайскаго находятся такия же слова), Vambery (Cagataische Sprachstudien, в которых помещены довольно полный, хоть и не всегда верный словарь этого языка), Shaw (A sketch of the turki language - словарь языка Восточнаго Туркестана, где много слов Туркестана русскаго). Кроме этих материалов, найдется и много других пособий, как например: Vambery, Die primitive culture des turko-tatarischen volkes - масса слов, расположенных по категориям: жилище, одежда и пр., его же Etymologisches Wörterbuch der turko-tatarichenen Sprachen - корнеслов, Pavet de Courteille Dictionnaire turk-oriental - словарь к сочинениям Бабера, Абдул-Гази и Мир-али-Шира. Затем, как материал, а не пример для подражания при составлении словаря много можно найти в словаре Наливкина в «разговорках», разных статьях о крае и его туземцах и пр., но только не в переводе Евангелия на узбекский язык, изданном Лондонским Библейским Обществом. В этом переводе составителя словаря можно встретить такие курьёзы как, например, «прежде нежели сочетались они (Св. Матфея, I, 18) - «якынлашмакдин ильтере», которые материялом для словаря служить не могут. Примером же того, как следует составлять подобнаго рода маленькие словари, может служить Dictionnare persan-français кавказскаго ученого Berge, который сумел составить свой словарик так, что он служит и как словарь français - persan. 

После всего сказаннаго обратимся к словарю С.-А. Лапина и спросим: удовлетворяет ли он этим условиям? Во-первых, он грешит своим заглавием, что слова, в нем находящиеся, принадлежат, так-называемому сартовскому, а не узбекскому языку; г-н Наливкин был совершенно прав, назвав свой, из таких слов составленный словарь - сартовским, а не узбекским. Этот последний язык, как бы он ни был, в лексическом отношении, близок сартовскому, все-таки не тождественен с ним, что г. составитель карманнаго узбекскаго языка мог бы легко узнать от настоящего узбека (рода кенегис) живущаго среди русских - полковника Джурабека.

Содержание словаря, довольно полно, но, к сожалению, непременное условие всякаго словаря - сообщение, прежде всего точнаго значения слова, а затем его значение переноснаго и синонимическаго - весьма часто не выдержано, и сам перевод слов не всегда верен, а иногда и вызывает улыбку. Странно, например, чествовать сартовскую телегу (арбу) русским словом экипаж, называть эконома - диван-беги, эктению - хутба, фуражку - тельняк (т.е. колпак), знамя - туг, воздушный шар - фанус (т.е. фонарь), грош - пуль, а церковь - ибадат-хана, хотя это последнее, вновь составленное и неупотребляемое туземцами слово и недурно (т.е. молитвенный, или дом для моления); но словарь новых слов не изобретает, а собирает лишь существующие. 

В подтверждении сказаннаго, т.е. неточности перевода и объяснения слов и других погрешностей словаря: например, укажем на следующие: сауат-сиз - не безграмотный, а неграмотный, ич - не брюхо, а внутренности (в смысле желудка, ич употребляется только у лошади и человека, барана - карын); бревно переводит словом юган агач, т.е. толстое дерево, едва-ли нужно, когда для этого есть точное название - тунка; вне - не ташкарымда, а ташкарыда: первое слово значит вне его, вне этого - ошибка для составителя грамматики непозволительная; чак-ара - не граница, а между (чак-ара - слово, кажется, новое, оно стало употребляется с приходом русских); худуд, рядом с чек-арой поставленное, тоже не граница, а пределы (limits), окрест; куяу - не жених, а зять, что и видно на с. 16-й под словом зять; у сартов слово жених и не может быть, что самого жениховства в вашем смысле не существует; у киргиз - может быть, но словарь - не киргизский, а сартовских слов; тартиб - не закон, а порядок; михнат - не заслуга, а труды; туя таук’ом называется страус, а не индюшка (перевод персидского слова шутур или уштур мур); тамчи - капля с крыши (в Ташкенте - чака), а не из сосуда выпускаемое; это не оговорено и слова капля в последнем значении (катра) нет; компас - не кыбля нама, а кыбля нума, последнее слово происходит не от нама - письмо, а от намуден - показывать. Это также ошибка не совсем простительная в словаре. Баш нельзя переводить как колос, без прибавления названия злака, иначе будет голова - и только. Имлямак - не лечись, а прививать оспу. Каюани - кухарка; это какое-то малопонятное слово, и если типографической ошибки здесь нет, то догадываешься, что оно - теща (каин-ана, бывают тещи кухарками — это верно, но придавать всем кухаркам звание тещи - едва ли возможно). На этих примерах можно остановиться и сказать, что хоть рассмотренный нами словарик и не совсем удовлетворителен, но исправленный и пересмотренный, с прибавлением к нему алфавита сартовских слов (по образцу словаря Берже), во втором издании, чего мы ему искренне желаем, может быть весьма недурным первоначальным пособием для русских Туркестанскаго края, желающих ознакомиться с самым употребляемым в крае языком туземцев. Знакомство это облегчается и приложением к словарю грамматики. Обращаясь к сей последней, заметим, что составлена она, вообще говоря, лучше, чем словарь, как и все подобнаго рода бывшие попытки, она стремиться тюркский язык втиснуть в формы русской грамматики. Но такой прием в сущности нельзя считать недостатком маленькой грамматики для краткаго ознакомления с главными формами языка: общая грамматика тюркских наречий еще разрабатывается, и попытка Shaw (A sketch of the turki language) изложить несколько иным образом, такую грамматику (наречий Кашгара и Яркенда) остается пока попыткою и - не совсем удачною. Мусафир. Мекка [6]. 

Автор вышеуказанной статьи под псевдонимом «Мусафир» - Петровский Николай Федорович (1837–1908), офицер, бывший узник Петропавловской крепости, направленный в 1870 г. на службу в Ташкент в качестве агента Министерства финансов в Туркестанском генерал-губернаторстве, а в 1882 г. назначенный первым российским консулом (затем генеральным консулом) в Кашгаре [7], кавалер шведского ордена Вазы 1-й степени Командорского Креста [8].

Свидетельством тому служит выявленное одно из писем Н.Ф. Петровского действительному статскому советнику, члену совета министра финансов, директору Департамента окладных сборов, историку, члену-корреспонденту РАН Кобеко Дмитрию Фомичу, которое, уважаемый читатель, также представляется вашему вниманию: 

«Письмо к Д.Ф. Кобеко. Кашгар. 15 июня 1895 г. Глубокоуважаемый Дмитрий Фомич. Настоящее письмо хотя и касается дел таможенных, но совершенно частного характера. Вам уже известно, что досмотр здесь товаров потерял то значение, которое я надеялся дать ему теперь и особенно в будущем. Теперь мне ясно, что Турк[естанский] округ не только этой мере не сочувствует, но и даже старается свести её на нет. Мотивы этой меры объясняют, кажется, тем, что я, де, хотел иметь здесь моего сына, которому, однако ж, я положительно отсоветовал поступать в таможенное ведомство, потому что служба в нём поучительна и полезна на европейской границе, где есть тариф и товарознание, а не здесь, где всё почти беспошлинно; прослужив здесь, всё-таки, ничего не будешь знать, что нужно там. Итак, дело испорчено; его теперь не исправить ни мне, ни даже Вам. Нижельский действует так, чтобы как можно скорей закрыть лавочку, и - наши торговцы всё реже и реже предъявляют свои товары к досмотру. Я сообщаю Вам обо всём этом только для сведения, ибо переделать и исправить едва ли можно. Жалею только, что генерал Затвардницкий не побывал здесь: говорят, он человек разумный и хороший; его я, может быть, убедил бы в важности этой меры, не нравящейся его подчинённым. 

Глубоко преданный Н. Петровский.

P. S. Приехал [Свен] Хедин, Вам свидетельствует почтение, приехал чуть не голый, всё бросил в песках и сам едва не погиб. Статья в «Турк[естанских] вед[омостях]» о словаре Лапина - моя (Мусафира) [9].

Как показало время и история последующих событий, словарь С.-А. Лапина пользовался широким спросом у населения и переиздан был, в общей сложности, четыре раза [10]. Сей труд был удостоен положительного отзыва самого академика В.Р. Розена [11]. Термин «чекара» - граница принадлежит перу С.-А. Лапина, и по сей день он цитируется во многих справочниках и словарях Центральной Азии [12].

Бакыт АЛТЫНБЕКОВ

Е-адрес: altynbek.bakyt@gmail.com

Источники:

  1. Туркестанские Ведомости. 1895. №1356 (24). 6 (18) апреля. С.108.
  2. Алексеев З.А. Фразы на сартовском языке с русским переводом и транскрипцией необходимые для всякого живущего в Туркестанском Крае при сношении с сартами. Ташкент. Типо-Литография С.Ч. Лахтина, 1884 г.
  3. Наливкин В., Наливкина М. Русско-сартовский и сартовско-русский словарь общеупотребительных слов с приложением краткой грамматики по наречиям Наманганского уезда. Казань. Университетская типография, 1884 г. 
  4.  Абашин С.Н. Национализмы в Средней Азии. В поисках идентичности». СПб: Алетея 2007. РАН Институт этнологии и антропологии им. Н.Н. Миклухо-Маклая. С.128-129. 
  5.  Лапин С.-А. Карманный русско-узбекский словарь. 4000 слов для обыденнаго разговара с оседлыми туземцами Туркестанскаго края с приложением краткой грамматики узбекскаго языка. Издание Самаркандскаго Областного Статистическаго Комитета, 1899. 
  6. Туркестанские Ведомости. 1895. №1367. 21 мая (2 июня). С.160.
  7. Мясников В.С., Бухерт В.Г. Н.Ф. Петровский. Туркестанские письма. М.: Памятники исторической мысли, 2010. С.2.
  8. Туркестанские Ведомости. Пожалование иностранных орденов. 1895. №89 (1421). 3 (15) декабря. С.380.
  9. Мясников В.С., Бухерт В.Г. Указ. Соч. С.263.
  10.  Лапин С.-А. Карманный русско-узбекский словарь. Самарканд. Типография газеты «Русская окраина», 1907 г.; Лапин С.-А. Карманный русско-узбекский словарь. Самарканд. Типо-Литографии Т-ва «Б.А. Газаров», 1915 г. 
  11. Бартольд В. Барон В.Р. Розен и русский провинциальный ориентализм // В.В. Бартольд. Сочинения. Т.9. Работы по истории востоковедения. М.1977. C.593-594.
  12. Чегара - граница, рубеж. Чегара аскари - пограничник. Узбекско-русский словарь под редакцией проф. Т.Н. Кары-Ниязова и проф. А.К. Боровкова. Т.: Филиал АН Уз.ССР, 1941. С.555; Шекара әскерлері - пограничные войска. Казахская советская энциклопедия. Т.12. Главный редактор М. Каратаев. А.: 1978. С.233; Шек, шекара - предел, граница, грань. Казахско-русский словарь. А.: Дайк-Пресс, 2001. С.947.
Автор:
Опросы
Как вы оцениваете уровень преподавания истории в школах?