Совсем недавно исследователи A. Zhiyenalina, O. Anishchenko и S. Zharkynbekova провели анализ хронотопа в прозаических текстах трех казахских авторов: путевом эссе XIX века Ш. Уалиханова «Дневник поездки на Иссык-Куль» (1856), романе Герольда Бельгера «Туюк су» (2004) и «Сказе столетнего степняка» Б.Т. Алимжанова (2018). Задача - выяснить, какие ключевые хронотопы (дорога, степь, дом, аула и др.) фигурируют в этих произведениях и как они отражают ценностное восприятие времени и пространства авторами - их собственные настроения, взгляды на жизнь, на родину, на прошлое и будущее.

«Дневник поездки на Иссык-Куль» Ш. Уалиханова

Шоқан Уалиханов (1835-1865) - выдающийся казахский просветитель и этнограф XIX века. Свой путевой дневник о поездке 1856 года он вел от первого лица, детально описывая людей, природу и быт горцев. Участие Уалиханова в этой экспедиции ученые отмечают как уникальный источник по кочевому быту казахов и репрезентацию самого Уалиханова как личности, «умело лавировавшей между русской и казахской культурами».

Главный хронотоп этого рассказа - дорога. Весь текст пронизан маршрутом: «дорога от Семипалатинска до Иссык-Куля», разбитая на этапы (Аягуз, старая Аягузка, пикеты, правый берег Лепсы и т.д.). Эта дорога - не просто фон путешествия, а «многомерный» фрагмент повествования. Уалиханов искусно связывает прошлое, настоящее и будущее при помощи образов пути. Так, повествуя об отдыхе у древних могил киргизов, он замечает: «приятно на дороге пить чай, особенно на развалинах, на древних могилах. Подумай о прошлом и позаботься о настоящем». Подобными приемами автор соединяет «мы» - современный ему момент экспедиции - с давними событиями (шел с соляным обозом, делится песней, рассказывает старожилам о семидесяти годах кочеваний), а будущее как бы лишь отдаленно обозначено. Так дорога выступает «остовом» сюжета: по ней герой движется одновременно в минувшее (через рассказы и легенды) и в ближайшее будущее (время обратного пути), передавая читателю чувство непрерывности жизни и единства поколений.

Кроме дороги в «Дневнике» выделяются и другие хронотопы. Так, кладбище в степи у Уалиханова - не мрачный финал, а природное звено жизни. Отмечено, что автор рассматривает надгробия как часть местной среды: «Если у киргизов есть свое художество, архитектура, то это, нет сомнения, есть архитектура монументальная, архитектура могил». Уалиханов даже называет поименно лежащих односельчан, показывая уважение к предкам. Плач о смерти тускнеет: она «вписана» в жилищное и природное пространство, символизируя преемственность рода.

Не менее важным для Уалиханова становится описание аула, которое он рассматривает почти как живую социальную систему. Его рассказ напоминает этнографический репортаж, где все эти детали складываются в цельную и наглядную картину аула, где видны и быт, и хозяйство, и организация повседневной жизни.

Через хронотопы дороги, кладбища, аула Уалиханов показывает свое отношение к жизни. Исследователи подчеркивают, что для него каждый человек ценен, а смерть лишь часть жизненного цикла. Он замечает красоту в простых вещах и спокойно принимает будни, стремясь «узнать мир и принести эти знания другим». Его «Дневник» не только маршрутный отчет, но и энциклопедия природно-культурных наблюдений, которая отражает широкий кругозор автора и гуманистическую философию о ценности жизни.

«Туюк су» Герольда Бельгера

Роман «Туюк су» написан Герольдом Карловичем Бельгером (1934-2015) - казахстанским писателем немецкого происхождения. Бельгер всю жизнь жил на юге Казахстана (после депортации немцев в 1941 г. вместе с матерью попал в казахский аул) и блестяще говорил на казахском, русском и немецком языках. Его произведения часто затрагивают темы истории казахстанских немцев и общую картину страны. В «Туюк су» центральный герой - Эдмунд Ворм, немец, случайно оказавшийся в казахском ауле осенью 1941 года. После многих лет жизни в Германии он возвращается на родину, чтобы навсегда понять: «Что значит родина? Что ему эта казахская земля? И кто он на этой земле?». Уже по сюжету видно, что хронотопы родины, дома и пути здесь сплетаются с личной судьбой.

В романе Бельгера хронотопы проявляются во множестве образов. С одной стороны, это хронотоп войны и послевоенного времени - действие начинается во время ВОВ и охватывает послевоенные десятилетия и даже перестройку 90-х годов. С другой стороны, каждый герой несет свой «личный хронотоп»: так, станции, базары, даже лабиринт тоннелей на границе оказываются финальными точками его внутренней «дорожной» истории.

Особое внимание Бельгер уделяет понятию «родина». Его герой вспоминает о трех родинах: Германии, старом государственном совхозе «имени Кирова» (нынешнем ауле Туюк-су) и Казахстане как стране, где прошла главная часть жизни. Так, «родная земля отцов» - это Германия, аул Туюк-су - символ родных мест и перемен, а Казахстан - итоговый дом. В монологе героя звучит бессонная дилемма: куда он принадлежит («Кто он – поздний возвращенец, человек без родины?»). Это подчеркивает, что в «Туюк су» хронотоп родины не однолинейный, он многослоен и сопровождается сомнениями героя.

Хронотоп дома у Бельгера тоже многозначен. Дом героя одновременно и обычный приют, и символ надежд. Он - место действий в настоящем, но вместе с тем содержит образ детства и грез о будущем. Перекрываясь с образом аула и «родины», дом выходит за рамки реального - превращаясь в идеальное место безопасности и самореализации.

Вообще в «Туюк су» прошлое, настоящее и будущее тесно переплетены: герои ностальгируют по прошлому, страдают о потерянных «домах» и грезят лучшим будущим. Это хорошо видят сами авторы исследования: герои часто рассуждают о родном доме и родине, сравнивая Казахстан и Германию - отражая внутренний поиск автора, открыто выражая свои чувства. Таким образом, хронотопы Бельгера рисуют атмосферу переходного века: войны, репрессий, распада СССР и становления нового Казахстана, а вместе с ними - противоречивые ощущения «своего» и «чужого».

«Сказ столетнего степняка» Б.Т. Алимжанова

Роман «Сказ столетнего степняка» (Б. Алимжанов, 2018) рассказывает историю старика-аксакала Жаппаса, прожившего целый век на казахской земле. Автор словно ловит тень ушедшей эпохи сквозь живой голос старейшины, который в наши дни рассказывает внукам о прожитых годах. Таким образом в произведении выделяются два главных хронотопа: настоящее, где сидит рассказчик и слушают внуки, и прошлое, события прошлого - от довоенного времени, через советскую эпоху до независимости. За сто лет в судьбе героя отразились все основные исторические метаморфозы страны («дореволюционный период», «советские годы», «время независимости»).

Отдельный, очень яркий хронотоп у Алимжанова - степь и детство. Жаппас вспоминает: «Мы - аульные дети, любили степь и бродили по округе целыми днями», «мы кочевники, добродушные дети природы […] мы чувствовали себя свободно в степи». Эти фразы буквально вписывают детство героя в широкий степной пейзаж. Использованные метафоры («дети природы», «потомки кочевников, свободные дети великой степи») символизируют свободу, родство с землей и традиции кочевого народа. Их повторения усиливают эмоциональную окраску - радость и безграничность детства на просторе. Степь здесь - не только фон, но почти живой герой, отражающий искренность и устойчивость культурных корней персонажа.

Хронотоп дома у Алимжанова тоже прозрачно выражен в словах героя: он видит дом как полное единение с родиной. В кульминации аксакал говорит: «У меня была одна цель и мечта - дойти до своей родной земли, перейти порог своего дома, увидеть мать, отведать кусочек баурсака - и можно умирать, лишь бы достигнуть дома и упасть в могилу на родной земле!». В этом порыве - глубокая связь героя с родной землей: дом - символ мира, связи поколений, желанная конечная точка пути. 

Наконец, хронотоп дороги у Алимжанова - символ перемещений и испытаний. Герой описывает свой путь: «Мой путь пролегал по долинам и склонам: слева от истоков тянулись сухие степные лощины, справа - холодные, сырые, поросшие камышом окраины; дорога шла вверх по ручьям, через колючие кустарники, среди черных, серых и красных камней». Мы слышим не столько речь о конкретной дороге, сколько об образе долгого трудного пути человека через годы, сдержке образности степного быта. 

В целом хронотопы Алимжанова отражают объективность взгляда: он показывает события эпохи одновременно с положительными и отрицательными сторонами, подчеркивает любовь героя к степи и детству, его стойкость. Исследователи отмечают, что автор стремится «объективно отразить исторические события», а образ степи и безмятежного детства подчеркивает непреклонный дух и связь с природой.

Выводы

Во всех трех произведениях хронотопы служат средством передачи национальной идентичности и культурного кода. Через дорожные маршруты, аула́ и степные просторы, дома и войны авторы рассказывают о том, что дорого их героям и им самим. Как констатируют исследователи, ценностное восприятие хронотопа у каждого автора формируется под влиянием личного жизненного опыта и национально-культурных реалий. Хронотоп позволяет проецировать внутренний мир героя на внешнее пространство: дорога - как жизненный путь и связь эпох, степь – как бескрайняя родная стихия, дом и родина - как идеалы покоя и смысла.

Таким образом анализ хронотопов показал: художественные образы времени и пространства в текстах Уалиханова, Бельгера и Алимжанова - это своеобразные «машины времени», через которые читатель узнает о культуре, истории и менталитете казахского народа. Ценности и настроения авторов - ценность жизни, связь с природой, роль детства, поиск родины и гармонии - передаются не только словами, но и самим картографированием мира. Эти рассказы времени и пространства «рассказывают» читателю историю целого народа, его единство и перемены.

Источники: A. Zhiyenalina, O. Anishchenko, S. Zharkynbekova, Value Perception of the Chronotope in the Author’s Discourse (Based on the Works of Kazakh Authors) (2024)