Расцвет Уйгурского каганата и этническая структура

В середине VIII в. на место рухнувшей Второй Тюркской империи пришли уйгуры (744–840 гг.). Под властью каганата оказалась большая часть Восточной и Центральной Азии. Хотя уйгуры объединились под властью клана Яглакар, их общество оставалось поликлановым. Надписи свидетельствуют: при кагане Элетмиш-Билге (более известен как Баян-Чор, прав. около 757–759 гг.) к китайцам и согдийцам обратились с указом построить город Бай-Балык на р. Селенге. И действительно, при кагане Богу (759–779 гг.) была возведена столица Орду-Балык (ныне долина Орхона в Монголии) - это подтверждается описанием Газневида Ата Малик Джувейни. Он пишет, что уйгуры считали своей исконной родиной Орхон, и что при кагане Богу с большого похода построили город Орду-Балык на Орхоне. В то же время летопись Киданей («Дали») и надписи из Тэрккин-Гола отмечают летние ставки кагана в верховьях р. Тэз в 750 г. и 753 г. Эти материалы вместе с источниками IX-XI вв. (например, указаниями на «Он Уйгур» и «Тогуз-Огуз» в «Шине-Усу») дают представление о том, что государство уйгуров к середине IX в. охватывало Орхонский регион и простиралось на восток до Китая.

Количественный состав войска и правящего элита была сложной. Аль-Муттаваи, арабский путешественник IX в., заметил, что у кагана токуз-огузов (то есть уйгуров) при резиденции было 17 военачальников с отрядами по 13 000 всадников каждый. Это число не совпадает с более ранними китайскими данными, согласно которым в середине VIII в. уйгуры состояли из 9 племен (родов). Исследователи (Минорский и др.) объясняют эту «семнадцатку» тем, что к уйгурской родовой составляющей присоединились завоеванные племена: басмылы и карлуки. По версии Минорского, на пике могущества (конец VIII в.) входило 15 родов теле (тюрок-олухов) плюс басмылы и карлуки, что в сумме и дало 17. Однако эти условия вскоре изменились.

Эдизы и внутренний распад каганата

Уже в середине VIII в. союз Токуз-Огуз (являвшийся ядром уйгуров) распался. Карлуки и басмылы вскоре отошли к востоку и обретали самостоятельность – в восточном Туркестане басмылы воевали с уйгурами и Тибетом, а к IX в. стали соперниками уйгурского кагана. В дополнение, в 795 г. власть в каганате перешла от хана Яглакар к клану Эдизов. Это привело к новой конфигурации: Эдизы усилили свою роль, подчинив влияние 17 военачальников, но сам «семнадцатиричный строй» стал анахронизмом. К началу IX в. прежняя система уйгурских племен перестала существовать: вместо нее возникла новая мультиэтническая структура. По мнению исследователей, именно это объясняет появление у кагана союза из 17 племенных лидеров - это уже не было наследием VIII в., а отражало новое положение дел в уйгурском государстве.

Таким образом, пришедшие к власти эдизы объединили под своими знаменами многочисленные смежные племена (часто родственные уйгурам) и контролировали каганские племена и войско. Исследователи отмечают, что в этот период родовое начало в тюркской племенной организации все плотнее переплеталось с территориальным, что вело к ассимиляции родовых групп, укрупнению и распаду племен в рамках единого государства. К X в. структура уйгурского этноса существенно отличалась от той, что существовала при основании каганата в 744 г.

Завоевание киргизами и распад государства

Конец уйгурской империи наступил при серии бедствий и набегах. Китайские династийные хроники сообщают о сильных неурожаях и массовой гибели скота, которые ослабили государство. Весной 840 г. монгольские киргизы из Горного Алтая, воспользовавшись внутренним кризисом и разногласиями в стане уйгуров, нанесли решающий удар: алтайско-каспийские каганаты киргизов и союзные уйгурские роды разгромили войско на Орхоне. После этого уйгурский каганат прекратил существование как политическое образование на Орхонской равнине, а киргизы во главе с их правителем-каганом стали главной военной силой тюркского мира, на короткое время установив влияние над ключевыми регионами степи, но не создав устойчивой империи.

Распространено мнение, что киргизы были «племенем без высокой культуры» и нанесли непоправимый ущерб уйгурам. Одно время так писал Ф. Сюмер. Однако это спорная точка зрения. Современные историки отмечают, что сами уйгуры пришли к власти в результате междоусобиц и войн, и что они впитали культурное наследие предыдущих тюркских государств. Кроме того, исследования показывают: кыргызы сами являлись носителями высокоразвитой раннесредневековой письменной культуры - например, создали собственную енисейскую руницу и оставили множество надписей IX–X вв. по всему Алтаю, Саянам, Байкалу и Сырташу. Факты говорят и о том, что киргизы не полностью покидали Орхонскую древность: часть кыргызских групп осталась в Монголии (известны племена кара-киргизов, шара-киргизов и др. среди халхаских монголов), а в Западной Монголии существуют тюркоязычные общины тувинцев, казахов и хотонцев.

Миграции после падения и наследие уйгуров

Гибель усть-орхонской державы в 840 г. стала сигналом для новых переселений. Многие уйгуры ушли на юго-запад: часть из них после 840 г. обосновалась в Турфанской долине (на границе Китая), где позднее возник Тюрфанский уйгурский каганат (Кочо). Эти уйгуры (так называемые «эцынь-гоульские») угрожали китайской границе, и китайцы в 843-844 гг. подстрекали киргизов разгромить их. После этого уйгурские кланы ненадолго вернулись в Тюрфан (в 875 г. об этом свидетельствует китайский источник) и оставили туда посольство в 987-988 гг. Конечная их участь неясна: возможно, они были ассимилированы с тангутами, киданями и другими народами, как позже шато-уйгуры, а возможно, сохранились в составе таких групп, как сары-уйгуры современного Китая.

К вопросу уйгурской диаспоры в Турфане у исследователей существовали разные мнения. Например, Малявкин утверждал, что до 866 г. Турфан захватили не сами уйгуры, а их тюркские союзники (теле, «токуз-огуз»). Однако современные ученые считают оправданным называть жителей Турфана «уйгурами»: для этого есть лингвистические и эпиграфические данные. Буддийские и манихейские памятники Турфана IX-X вв., руническая «Сужин-Даванская надпись» IX в. и Махмуд Кашгари обозначают тюркоязычное население этой области именно как «уйгурское». Также нет оснований утверждать, что после 840 г. уйгуры - раз и навсегда ушли в Средний Тянь-Шань и стали основой Караханидского каганата, как считали XIX-XX в. ориенталисты. Уйгурский элемент в Турфане и его окрестностях сложился из многих народов (карлуков, ягма, кенджеки, даже частей уйгуров Орхона) и смешался с местным хорезмийским и китайским населением. Тем не менее падение уйгурского каганата и последовавшие кочевые волны XI-XIII вв. (особенно уйгурские) объясняют устройство этнической мозаики региона: современные уйгуры Центральной Азии во многом являются потомками смешанных тюркских групп, включая именно тюркоязычных уйгуров Турфана.

Другие миграционные волны и их последствия

Помимо самих уйгуров и кыргызов, в VIII-X вв. массово мигрировали и другие тюркские народы. Под влиянием алтайских событий карлуки двигались по Средней Азии, а маленький народ халаджей (Khalaj) вышел из Западного Тянь-Шаня и ушел на юго-запад, попав под власть среднеазиатских государств. Киргизское наступление заставило кимаков и их сородичей - кипчаков из области Иртыша - устремиться на запад: во 2-й половине IX - начале X в. они переселялись в северные степи Евразии. Одновременно часть огузов (огузских племен Средней Сырдарьи) двинулась в Иран и Малую Азию (там они впоследствии сформировали государства Сельджуков и т.п.), а под давлением кипчаков и огузов печенеги ушли к Нижней Волге, где вошли в орбиту Хазарского каганата. Следует упомянуть и венгров: давление со стороны кыпчаков, а также упомянутые огузско-кыпчакские миграции способствовали тому, что венгры покинули Волгу и осели в Центральной Европе уже к концу IX в. (с ними ушли и перебежчики из хазар - племя кабаров).

Таким образом, цепь смещений тюркоязычных племен VIII-X вв. была почти синхронной: кинжальные удары киргизов и уход уйгуров повлекли караван миграций по степям. Общими итогами стали резкий рост тюркизированности в Закавказье, Предкавказье и средней полосе Западной Азии и расширение влияния тюркской культуры от Монголии до Дуная. Современные исследования подчеркивают, что миграции этой эпохи радикально изменили «традиционную линию» этнической истории Евразии. По словам Ю. С. Худякова, события IX-X вв. «раскидали уйгуров» от Восточного Казахстана до Хангая, укрепили кимако-кипчакский союз, открыли Тянь-Шань для кыргызов и подготовили почву для появления монгольских народов в мировой истории.

Итоги: трансформация этнической карты

Подытоживая, падение уйгурского каганата и связанные с этим перемещения племен с середины VIII до начала X в. стали переломными в истории Великой степи. Массовое переселение тюркских кочевников изменило этнокультурный состав регионов: к IX в. тюркский компонент сильно увеличился в горах Средней Азии, Поволжье, Кавказе и на Балканах. Центральноазиатские племена оказались вовлечены в орбиты новых религий и цивилизаций - от буддизма и манихейства до ислама - и вступили в взаимодействие с соседними оседлыми народами. Современные ученые считают, что понимание этих миграций невозможно без комплексного анализа археологических памятников (городов, надписей, погребений) и письменных источников на разных языках. Именно этот ансамбль данных позволяет проследить цепь событий: от каганских усобиц в Монголии до переселений карлуков, огузов, кыпчаков и др., – и осознать, как Восточная Европа и Азия обрели современные культурно-этнические очертания.