Благословения: традиции добрых пожеланий

Приветствие как благопожелание

По наблюдению Лауде-Циртаутас, у казахов и киргизов обмен приветствиями – важный ритуал, которому придают большое значение. Недаром казахская пословица гласит: «Сәлем — сөздің анасы» («По приветствию узнаётся характер человека»). Обычное приветствие фактически представляет собой добрые пожелания – расспрос о здоровье и благополучии. Например, традиционный казахский салем начинается с учтивого вопроса о здоровье самого собеседника, его семьи, родственников, друзей и даже скота: «Амансыз ба? Мал-жан аман ба?» – что дословно значит «Здоровы ли вы? Живы-здоровы ли семья, родня, друзья и весь ваш скот?». Приведённый Лауде-Циртаутас пример показывает, что в таком приветствии человек выражает пожелание благополучия адресату: «О, Калеке, қалайсыз? Жел-жұрт, мал-жан аман ба?» – звучит от персонажа, расспрашивающего сразу обо всех домочадцах и стаде собеседника. Даже городские жители сегодня, как отмечает исследовательница, не опускают вопрос о скоте, хотя в городской среде это формальность – дань традиции.

Чем ближе знакомство, тем подробнее и теплее приветствие. Могут поимённо спрашивать о здоровье каждого члена семьи. Например: «Қадырбек шырағым, үй-іші аман ба, келінің, бала-шағаңның дені сау ма?» – «Кадырбек, дорогой, всё ли благополучно в доме, здорова ли твоя ‘келін’ (невестка, то есть жена) и дети?». Примечательно уважительное эвфемистическое обращение: свою супругу казах никогда не назовёт «моей женой» перед старшим – вместо этого представит её как «ваша келін» (ваша невестка) в знак почтения.

Если ситуация требует более формального приветствия (например, при обращении к малознакомому человеку), допускается сокращённая форма: достаточно спросить «Амансыз ба?» («Здоровы ли вы?»). Так, киргизский пример: «Үйгө кирдик… Байбиче отурат. Амансызбы, эне?» – «Мы вошли в юрту, там в почётном месте сидит старшая женщина… "Здоровы ли, мать?" – говорю». Кроме того, в ходу и традиционное мусульманское приветствие: «Ассалаумағалейкум» – «Мир вам», с ответом «Уағалейкумассалам» – «И вам мир», хотя подобное чаще услышишь от пожилых людей.

Трепетное отношение к ритуалу приветствия прослеживается с древности. Народный эпос казахов и киргизов изобилует подробными сценами приветствий, подчёркивая их значимость. Эта традиция живёт до сих пор: автор исследования упоминает, что перед её приездом в Алма-Ату знающие люди специально инструктировали её, как правильно приветствовать собравшихся, – настолько важно соблюдение этикета приветствия. Можно сказать, что первое слово при встрече – уже благопожелание, задающее тон взаимоотношений.

Благодарность через благословение

Во многих культурах добро принято вознаграждать простым «спасибо», однако у казахов и киргизов до сих пор в ответ на хорошее дело принято произнести содержательное благословение. Особенно придерживаются этого обычая пожилые люди – считается, что благословение из уст аксакала обладает особой силой и пользой, поэтому в присутствии старших именно они произносят благодарственные пожелания (для молодого человека было бы почти неприлично опередить старшего в этом деле). Лауде-Циртаутас поясняет: в традиционной обстановке молодёжь стесняется благословлять, если рядом находятся старшие по возрасту, ведь по обычаю право доброжелательного напутствия принадлежит старшему. Поэтому чаще всего благодарственные бата звучат от лица дедушек, бабушек или уважаемых гостей. Характерно, что обращаясь с такими благословениями, казахские и киргизские старики почти всегда употребляют ласковые обращения: «шырағым» («светоч мой»), «қарағым» («милое моё»), «балам» («дитя моё»), подчёркивая тёплое отношение. Нередко они соединяют сразу несколько разных благопожеланий в одну речь, стараясь максимально отблагодарить доброжелателя.

Исследовательница приводит множество красочных примеров таких благодарственных благословений. Если кто-то сообщил радостную весть или сказал доброе слово, старший в ответ произносит: «Аузыңа май!» (казахское) или «Оозуна май!» (киргизское) – буквально: «пусть во рту у тебя будет жир». Эта метафорическая фраза – своего рода похвала за хорошие вести, напутствие говорить только приятное (по смыслу близко к русскому «молодец, хорошо сказал»). В казахском варианте часто добавляют: «Астыңа тай!» – «и под тобой пусть будет тай (жеребёнок)». Жирный кусок во рту и молодой конь под седлом – два традиционных символа довольства и удачи, желаемых тому, кто порадовал окружающих. Согласно этнографическому пояснению, конь издревле был заветной мечтой каждого кочевника, особенно мальчишки, поэтому пожелание обрести тай (молодого коня) – особое благословение в адрес доброго вестника.

Если человек проявил благие намерения или стремление помочь, ему могут сказать: «Талабыңа нұр жаусын!» – «пусть свет прольётся на твои стремления» или «Құдай тілеуіңді берсін!» – «дай Бог исполнить твоё желание». Сделавшему умелую работу руками благословляют: «Илайым, қолың дерт көрбесін» (кирг., в казахском аналогично) – «пусть Господь отведёт болезнь от твоих рук», то есть «чтобы руки твои не знали усталости и боли».

Особенно приятны для слуха адресата такие слова, как «Өркенің өссін!» (казах.) или «Өркөнің өссүн!» (кирг.) – «пусть разрастается твой род (племя)». Это старинное напутствие, отражающее ценности кочевой жизни: многочисленный род для кочевника означал и богатство, и защиту. Не случайно аналогичные пожелания встречаются у многих тюркских народов – например, казахи говорят: «Тұқымың құрмасын» – «да не прервётся твой род». Фразу «Өркенің өссін» часто произносят в адрес молодёжи, например талантливого певца или домбриста – по сути желают человеку творческого роста и процветания его потомства.

Другое благопожелание, которое, по словам Лауде-Циртаутас, «особенно греет сердце каждого казаха и киргиза», – это «Үйдің түтіні өшпесін» или «Үйдүн түтүнү өчпөсүн». Дословно: «пусть дым твоего очага не гаснет», то есть «пусть в твоём доме всегда горит очаг». Фактически это значит: «да не оставят тебя дом и семейный уют» – одно из самых тёплых пожеланий устойчивости рода и хозяйства. Очаг у кочевников символизировал центр семьи; поддержание огня в юрте означало продолжение жизни дома, поэтому пожелание неугасимого очага – очень глубокое и доброе напутствие.

Кроме указанных, в речи казахов и киргизов постоянно можно услышать и другие короткие благословения. Например: «Құдай жаманшылық көрсетпесін» – «пусть Бог не покажет тебе дурного (не даст пережить беду)»; «Құдай сақтасын!» – «пусть Бог тебя бережёт от несчастья»; «Береке тап» – «обрети изобилие»; «Бай бол» – «будь богат».

Последнее пожелание («благослови тебя богаче стать») восходит к пониманию богатства в кочевой среде: достаток измерялся числом лошадей и голов скота. Есть весьма образные выражения: например, казах говорит: «Қолыңнан бақыт құсы ұшпасын» – «пусть птица счастья не слетит с твоих рук», или «Бақыт құсы қонсын» – «пусть птица счастья сядет на твои руки». Так пожелают тому, кто держится удачливо, чтобы фортуна не покинула его. Ещё пример: «А, Құдай, жас баладай қайғысыз қыла гөр!» – «О, Боже, сделай его беззаботным, как малое дитя!» – пожелание безмятежности, подобной детской. Или: «Құдай көңіліңді өсірсін» – «пусть Всевышний расширит твоё сердце (от радости)!» – то есть да пребудет в душе радость и довольство.

Для родителей нет благословения приятнее, чем услышать: «Бала-шағаңның игілігін көр!» – «пусть тебе доведётся увидеть счастье своих детей». Имеется в виду пожелание долгих лет жизни, чтобы родители застали благополучие потомков. Молодому мужчине старшие нередко говорят: «Атаң бір қуанып қалсын» – «пускай твой отец радуется (за тебя) всегда», тем самым напоминая сыну о его долге перед отцом – приносить радость и гордость семье. Юноше могут добавить: «Жүзің жарқ болсын» – «пусть твоё лицо светится», то есть «да будешь ты уважаемым» (есть и вариант: «ел ішінде жүзің жарық болсын» – «будь светёл лицом перед народом», что значит иметь безупречную репутацию).

Очень распространены благопожелания долголетия. Казахи говорят друг другу: «Көп жасаңыз!» – «живите долго!» или шутливо гиперболизируют: «Мың жасаңыз!» – «да проживёте тысячу лет!». В киргизском варианте желают через обращение к Богу: «Кудай өмүрүңүздү узун кылсын» – «пусть Господь продлит ваш век». Другой искренний порыв – пожелание награды от Всевышнего: «Теңир жарылкасын!», «Кудай жалгасын!» – «пускай Бог воздаст тебе благом». А когда кто-то сделал для вас особенно душевное одолжение, в Средней Азии могут сказать: «Саңа келген оору мага келсин» – «пусть болезнь, которая предназначалась тебе, перейдёт на меня». Это чрезвычайно тёплое, практически жертвенное высказывание: человек как бы выражает готовность принять на себя любые несчастья, лишь бы другого они не коснулись.

Получив благопожелание или благословение, казах и киргиз непременно ответит скромной формулой-откликом, чтобы доброе слово сбылось. Чаще всего произносят: «Айтқаныңыз келсін!» – «да сбудется сказанное вами». Также в ходу ответы: «Тілектеріңіз қабыл болсын!» – «пусть Всевышний примет ваши пожелания» или поэтическое «Сөзіңіз періштенің құлағына шалынсын!» – «да услышат ваши слова уши ангелов». Киргизы могут просто сказать: «Андай болсун!» – «пусть будет так!». Эти ответные реплики – обязательная часть этикета, своего рода аминь на благословение.

Гостеприимство и застольные благопожелания

В традиционной культуре казахов и киргизов гостеприимство немыслимо без обмена благословениями. Когда в дом приглашают почётного гостя (особенно из дальних краёв), за общей трапезой каждый присутствующий – от хозяина или специально назначенного тамады до самого молодого – по очереди произносит в честь гостя красноречивое пожелание. При этом в тосты включают не только самого гостя, но и его семью и близких – даже если они не присутствуют. Гостю, в свою очередь, в подходящий момент надлежит ответить собравшимся взаимными добрыми словами. Среди таких застольных речей звучат многие из уже упомянутых пожеланий, иногда в импровизированной форме – ценится способность сказать меткое слово экспромтом. Как отмечает Лауде-Циртаутас, казахи и киргизы чрезвычайно ценят ораторское мастерство: в пословице говорится «Өнер алды — қызыл тіл» – «высшее искусство – красноречие», поэтому отделаться парой слов в ответ почётному гостю у них не принято. Меткое, красиво сформулированное благопожелание вызовет аплодисменты, а дружеский пир может длиться часами, пока все не выскажутся должным образом.

Перед тем как гости насытятся и начнут расходиться, существует обычай предоставить заключительное слово старшему гостю: самый почтенный из гостей произносит благословение в адрес хозяина дома и его семьи. Эта практика берёт начало в глубокой древности – известно, что ещё в XIX веке известный тюрколог В. Радлов записывал образцы таких финальных тостов-благословений у казахов. Слова могли несколько измениться со временем, но сама суть обряда сохраняется до сих пор. Например, Лауде-Циртаутас лично слышала в Алма-Ате, как гость благословлял хозяев дома следующими фразами: «Дастарқаныңыз мол болсын!» – «пусть ваш дастархан всегда будет обилен», то есть пусть в доме не переводятся угощения для гостей; «Тамағыңыз тоқ болсын, көйлегіңіз көк болсын!» – дословно «пусть ваш желудок будет сыт, а одежда – синей», что переносно означает «пусть всегда будете сыты и одеты (в новые обновки)». Почему именно синий (көк) цвет упоминается – точно не известно, возможно, это отсылка к символике счастья; в любом случае смысл – благополучие и достаток. Также гость произнёс: «Қайғың болмасын!» – «пусть у вас не будет горя», желая хозяевам беззаботной жизни.

Интересные детали гостеприимного этикета приводятся в сносках исследования. К примеру, у казахов любое угощение принято начинать с благопожелания: хозяйка произносит: «Ас дәмді болсын!» – «пусть еда будет вкусной!» – как бы благословляя трапезу. А про киргизов старших поколений говорили, что прежде чем приступить к пище, они отдавали дань огню: самая старшая женщина бросала в очаг щепотку жира с молитвенными словами: «Казан майлуу, от жалындуу болсун! Төргө кут толсун, короо-жай төрт түлүккө толсун!» – что означает «пусть котёл будет полон жира, огонь – пламенным; пусть почётное место наполнится счастьем, а загон – скотом!». Это своеобразное жертвенное благословение домашнему очагу и достатку семьи перед началом застолья. У казахов был обычай особо чтить дорогого гостя, подавая ему варёную баранью голову и позволяя самому разделить лучшие куски между присутствующими – тоже форма благословления от гостя в ответ хозяевам.

Семейные обряды и особые случаи

Во время больших праздников и семейных торжеств (той) благословения приобретают форму обрядовых напутствий. Торжество обычно открывает тамада (казахи называют его тойбасы – «глава тойа», церемонии) с возгласа: «Тойыңыз құтты болсын!» – «пусть ваш праздник будет благословенным (счастливым)!». Далее следуют многочисленные пожелания молодожёнам или виновникам торжества. Так, на свадьбе гостям полагается желать молодой чете обзавестись и детьми, и богатством: «Алдыңды бала, артыңды мал бассын!» – «пусть впереди вас шествуют дети (сыновья), а позади – пасётся скот», то есть чтобы семья была многодетной и зажиточной. Юной невестке казахи непременно скажут короткое, но многозначительное: «Ұл тап!» – «роди сына!», желая ей скорого материнства и продолжения рода мужа.

Пожилые гости могут вкладывать в благословение и мудрое напоминание о превратностях жизни. Например, по-казахски старшие супруги пожелают молодожёнам: «Біздің көргенімізді Құдай басқаларға салмасын, бұлар оны көрмей-ақ қойсын» – «пусть Бог не покажет другим того, что довелось увидеть нам, и пусть эти (молодые) этого не увидят». Иными словами, «пусть вашим детям не выпадут на долю те испытания, что пережили мы» – очень человечное напутствие, выражающее надежду, что новая семья минуют тяжелые беды прошлого.

Завершая свадебное или юбилейное застолье, гости обычно говорят хозяевам: «Той тойға ұлассын!» – «пусть этот той перейдёт в следующий той». Смысл этого популярного тоста – чтобы нынешний праздник повлёк за собой новый радостный повод (например, рождение ребёнка, следующую свадьбу или другое счастливое событие). Хозяева обычно отвечают: «Айтқаныңыз келсін!» – «дай Бог, чтобы сбылось сказанное вами», благодарно принимая добрый прогноз.

Особые слова благопожеланий сопутствуют различным важным этапам жизни. Например, если наконец в семье родился долгожданный наследник (после одних дочерей), старшие могут воскликнуть: «Таудай болсын!» – «пусть растёт словно гора!», желая сыну вырасти крупным, здоровым и славным. Каждого новорождённого принято одаривать напутствием: «Құдай өмір берсін!» – «пусть Бог дарует (долгую) жизнь», либо сугубо «детскими» пожеланиями: казахи и киргизы говорят молодым родителям «Бесігің берік болсын!» – «пусть колыбель (т.е. дитя) будет крепким», что означает здоровья малышу и благополучного взросления. Это пожелание тоже уникально по форме: буквально желают, чтобы ремни колыбели не оборвались – метафора, понятно, кроется в том, чтобы ничто не нарушило спокойного роста ребёнка.

В повседневном быту тоже не обходится без благословляющих комментариев практически на любой случай. Лауде-Циртаутас подчёркивает: ежедневные действия казаха или киргиза сопровождаются множеством коротких пожеланий удачи. Стоит, например, человеку надеть новую одежду или обувь, окружающие не преминут его порадовать словами: «Өзінен бұрын тозсын!» – «пусть (обновка) износится раньше, чем ты (т.е. долго тебе служит)!». Или скажут: «Киімің құтты болсын!» – «пусть твоя новая одежда принесёт тебе удачу». Когда семья переезжает в новый дом или юрту, родные и друзья желают: «Қонушуң жайлуу болсун» – «пусть новое жилище будет уютным».

Если кто-то восхищается красивым ребёнком, резвым жеребёнком или другим живым существом, тут же произносится оберегающее пожелание против дурного глаза. У казахов, например, принято тихонько сказать: «Тіл-көзден аман қылсын» – «пусть (Всевышний) убережёт от злого языка и глаза». Это эквивалент восточного «тьфу-тьфу, чтобы не сглазить» – словесный щит, который дополняет похвалу, дабы не навлечь зависти духов. В соседних культурах есть схожие фразы: так, узбеки при этом говорят «көз тиймесин», турки – «göz değmesin», что также значит «пусть не сглазят».

Завидев человека за каким-либо трудом, мимоходом принято подбодрить его коротким напутствием. Например, земледельцу или любому работнику скажут: «Жұмысың қайырлы болсын!» – «пусть твой труд будет благодатным (успешным)» или «Ісің берерлі болсын!» – «пусть дело принесёт плоды». Киргиз приветствует работающего выражением «Иш илгери болсун!» – «пусть дело спорится!». В тюркских языках вообще распространено доброе пожелание в адрес трудящегося: так, в Турции прохожий скажет мастеру «kolay gelsin» – «пусть идёт легко», а узбек отзовётся «қўрмай» – «не переработайся» – всё это аналоги дружеского «бог в помощь». Пастуху с отарой овец казах непременно крикнет: «Қойың егіз туа берсін!» – «пусть твои овцы приносят побольше двойнят (двойных ягнят)». Хлеборобу пожелают: «Қап толсын, мол болсын!» – «пусть мешки наполнятся, пусть (урожай) будет обильным». Девушке-доярке улыбнутся: «Сауын сүтің көбейе берсін!» – «пусть надои молока всё прибывают». А если застать хозяев за разделкой свежезаколотого скота, принято сказать: «Сойыңыз шүйгін болсын» – «пусть мясо будет сочным!».

В определённые сезоны существовали особые ритуальные благопожелания. Например, на праздник Наурыз было принято ходить друг к другу в гости и обмениваться словами напутствия: «Амансың ба, Ұлысың оң болсын, ақ мол болсын, қайда барсаң жол болсын!». Эти поэтические строки значат: «Будь здоров, пусть будет благополучным твой улус (род), пусть вдосталь будет белого (т.е. молока и еды), и куда бы ты ни отправился – да будет тебе счастливая дорога!».

Когда человек отправляется в путь, его провожают буквально осыпая добрыми пожеланиями. В старинном казахском эпосе герой-батыр благословляет молодых словами: «Жолың болсын!» – «да будет дорога к счастью», желая им, чтобы прожитые им (стариком) годы принесли счастье молодым. Ныне самые распространённые напутствия путешественнику – лаконичные: казахи говорят «Жолыңыз болсын!», киргизы – «Жолуң шыдыр болсун, сапарың оң болсун», что означает «пусть путь будет прямым, поездка удачной». Друзья могут добавить с улыбкой: «Күліп аттанып, күлүп кайтыңыз» – «поезжайте с улыбкой и возвращайтесь с улыбкой». А кто-то пожелает образно: «Жолыңа гүл бітсін» – «пусть на твоём пути цветы расцветают» – то есть да будет дорога легка и приятна. Провожающие на прощание обычно говорят: «Аман тұр, қош бол, қайта көріскенше күндерің жайлы болсын» – «будь здоров, прощай, до новой встречи, пусть дни твои будут благополучны». А когда затем наступает долгожданная встреча, окружающие разделяют радость: «Қуанышың құтты болсын!» – «пусть радость ваша будет благодатной», что близко по смыслу к «поздравляем с вашим счастьем».

Не остаётся без особых слов и горький момент расставания с близкими навсегда – утрата. Услышав известие о чьей-то смерти, казахи и киргизы выражают соболезнование не столько словами скорби, сколько коротким пожеланием живым продолжать жизнь. Сосед или друг скажет осиротевшим: «Өзің тірі бол» – «главное, чтобы ты сам был жив». По сути, это аналог известного выражения «Басыңыз аман болсын» – «пусть голова (т.е. Вы сами) будете целы», распространённого во многих мусульманских традициях («başınız sağ olsun»). Кроме того, родственникам покойного желают стойкости духа: «Иманды болыңыз» – «да будет у вас вера», «Құдай иманыңызды жолдас қылсын» – «пусть Всевышний укрепит вашу веру», то есть «да даст Бог вам стойкости перенести утрату». Говоря о самом усопшем, принято добавлять формулу поминовения: «Топырағы торқа болсын» – «пусть его прах станет парчой» (т.е. земля ему пухом). В прощальных речах умершему адресуют: «Жатқан жерің жұмсақ, топырағың торқа болсын» – «пусть земля, где ты лежишь, будет мягкой и шёлковой». Ещё говорят: «Көрің кең болсын» – «пусть могила твоя будет просторной», желая усопшему покоя. Все эти устойчивые выражения – свидетельство особого такта в речи: даже смерть облекается в форму благопожелания, чтобы поддержать живых и отдать должное памяти умершего.

Проклятия: традиция злых пожеланий

Хотя проклятия (қарғыс) встречаются в речи реже, чем благословения, они тоже являются частью языка и культуры. По наблюдениям Лауде-Циртаутас, если человек переходит к брани, то на казахском и киргизском он обязательно обращается к собеседнику на «ты» (сен). Сам по себе переход с вежливого «сіз» на фамильярное «сен» уже выражает крайнюю степень презрения. Недаром казахская пословица замечает: «Сіз дегеннен сыйым кетпес, сен дегеннен сыйым кетеді» – дословно «от "вы" почтение не убудет, от "ты" убудет», то есть уважительное обращение ничего не стоит, а панибратство всё портит. В узбекской среде, по словам исследовательницы, существовал стереотип, что браниться приличествует больше женщинам, однако у казахов и киргизов ругаются и мужчины, и женщины наравне. При этом автор отмечает любопытный факт: собранные ею образцы брани поразительно мягки по сравнению с ругательствами во многих других языках. Возможно, это связано с тем, что она черпала примеры в основном из печатной литературы, где отбор слов смягчён цензурой, однако знание народной культуры позволяет предположить, что и в быту казахи и киргизы избегают крайней непристойной брани. Глубокое уважение к своему языку и чувство меры, укоренённые в традиции, вероятно, не допускают чрезмерной грубости даже в порыве гнева. В фольклоре этих народов практически отсутствует непристойная брань – что также отражает этический кодекс речи у степных тюрков.

Основу казахско-киргизских ругательств составляют сравнения с презренными животными или обвинения в бесполезности. Самые сильные оскорбления – назвать человека свиньёй или собакой. Например, казах может выкрикнуть: «Сен доңызсың, адам емессің, итсің!» – «ты – свинья, ты не человек, ты – пёс!». Часто встречается выражение: «Әй, иттің баласы!..» – «Эй, щенок!». Этот оборот полностью аналогичен турецкому ругательству «köpek oğlu köpek» и узбекскому «итвачча» – тоже буквально «пёсий сын».

Другие варианты – обозвать «ит» с унизительным эпитетом: казахи говорят «қаситетсіз ит» или «тексіз ит» – «бессовестый пёс, породый не имеющий», киргиз ругает «намысы жок ит» – «бесстыжий пёс», или казахское «қара ит» – «чёрная собака». Слово «чёрный» здесь используется как уничижительное, означающее подлость («чёрная неблагодарность»).

Из других звериных прозвищ низкого регистров встречаются: «қарға» (ворона), напр. «Соқыр қарға!» – «слепая ворона!»; «құзғын» (ворон); «жылан» (змея), напр. «Сұр жылан!» – «серая змея!». Этими словами клянут того, кого презирают за жадность или коварство.

Короткие характеристики типа «қорқақ» (трус), «ақмақ» (дурак), «дінсіз» (безбожник), «кәпіp» (неверный, чёрт), «қара ниет» (чёрного нрава, недобрый), киргизское «ичи бузуq» (гнилой нутром), «арсыз» (бессовестный) – также обычный набор брани. Ими выражают презрительное отношение к качествам человека.

Сильнейшей обидой у казахов считалось и считается помянуть недобрым его отца. Такого рода проклятие бьёт в самую честь рода. Говорят: «Атаңа нәлет!» или «Атаңның көрі!». Первое выражение значит «проклят будь твой отец», а второе – «будь ты отцовской могилой». Есть ещё более грубое – «Ит атаңа нәлет!» – «чтоб твой отец, пёс эдакий, был проклят». Такие слова – крайняя степень ненависти. Наоборот, величайшее оскорбление – «әкесінің көрі» (каз.) или «ата көрү» (кирг.) – «ты стал могилой своего отца». Этой фразой человека называют ничтожеством, позором семьи, как будто он при жизни «похоронил» своего отца. В пояснении Лауде-Циртаутас отмечается: для кочевников сыновний долг – святое, поэтому сказать на кого-то «он – отцова могила» равносильно объявить его полным негодяем. В культуре, где хорошего сына превозносят словом «ата ұлы» («отцов сын», то есть достойный потомок, благородный по рождению), худшее унижение – считать человека причиной страданий собственного отца.

Ряд проклятий направлен на имя и доброе имя человека. Казах скажет врагу: «Атың өшкір!» – «чтоб имя твоё исчезло!», желая тому бесчестия и забвения. Или погрозит: «Жел алдында бетіңді қап-қара қыламын» – «сделаю твой лик чернее угля перед всеми», то есть опозорю тебя на глазах у людей. Отсюда же ругательство «Қара бет!» – «чёрнолицый (бесчестный)!», «Жүзің қара!» – «у тебя чёрное лицо (от стыда)!», а то и «бетсіз!» – «безликий!», означающее бесстыдник, лишённый совести.

Нередки и пожелания несчастья. Например: «Құдай күнәңді кешірмесін!» – «чтоб Бог не простил твоих грехов». Или «Бақытың күйсін!» – «пусть сгорит твоё счастье». Пожелание неудачи может быть оформлено как оборот речи: казахи и киргизы говорят: «Жолың болмасын!» – «пусть твой путь не будет удачным», то есть «не быть тебе счастливым». Фольклорно-поэтическая форма проклятия – «Жолыңа жуа бітсін!» – «пусть на твоей дороге лук (дикий) вырастет», то есть пусть твой путь зарастёт травой, намекая на то, что человека ждёт застой и гибель надежд. От него же: «Жуадай сол!» – «увянуть бы тебе, как луковичке!» – коварное пожелание чьей-то погибели.

Есть проклятия, рисующие физическую расправу или увечья. Например: «Бетің тілім-тілім болсын!» – «пусть лицо твоё будет изрезано!», «Бауырың бөлшектенсін!» – «чтоб печень твоя на куски распалась!». Настоящему сквернослову могут крикнуть: «Аузыңа тас!» – «чтоб камень тебе в рот!». Или возвысить к небу мольбу: «Тіліңді тәңір кескір!» – «пускай Бог отрежет твой язык!»; «Тіліңе от түскір!» – «пускай огонь упадёт на твой язык!». Эти яркие выражения – проклятия болтунам и клеветникам, фактически аналогичные «чтоб тебе язык отсох».

Среди женщин бытуют специфические проклятия, связанные с семейной жизнью. Например, разозлившись, казахская бабушка может бросить молодой спорщице: «Тиын қалғыр!» – «чтоб ты вдовой осталась!». Или злейшее женское пожелание врагу: «Албасты бассын!» – «чтоб тебя албасты задавила!». Албасты – в тюркских поверьях злой дух, нападающий на женщин и маленьких детей, нечто вроде карающего демона женского рода. Пожелать его соседке – значит накликать смертельную беду.

Многие проклятия призывают болезни на голову недруга. В прежние времена страшным бедствием были эпидемии, поэтому в качестве проклятия произносили: «Қара қыңыр келсін!» – «пускай придёт чёрный кайындик» (легочное заболевание, вроде чахотки); «Жұқпалы жүлке келгір!» – «чтоб тебя тифозная горячка скрутила!»; «Қара ішқат бол!» – «будь тебе чёрная колика (дизентерия)», или «Қара ішқат тыйылмасын!» – «чтоб тебя чёрная диарея не покидала!». Проще говоря – «Чтоб тебе непрерывно мучиться кровавым поносом». В устах сельчанина и сейчас нередко звучит проклятие слепотой: «Көзің ақсын!» – «пусть у тебя глазницы вытекут!».

Есть ёмкое слово «құр» («усохни»), которое встречается во многих сочетаниях. На его основе строятся проклятия: киргизы, стукнув кулаком по земле, бросают: «Кур кеткир!» – «чтоб ты сдох (усох) поскорей!». А казахи могут сказать: «Тілеуің құрысын!» – «пусть твои желания иссякнут!», в значении – чтобы Бог не слышал твоих молитв и ничего тебе не даровал.

Несмотря на весь этот арсенал нелицеприятных слов, культура речи смягчает эффект проклятий. Лауде-Циртаутас подчёркивает, что в целом казахская и киргизская брань не опускается до грубой нецензурщины и часто заменяется эвфемизмами или перефразами. В литературных текстах бранные сцены выписываются более «прилично», чем это бывает в других культурах, – в них не встретишь откровенного мата. Можно предположить, что и в реальной жизни эти народы, славящиеся учтивостью и уважением к собеседнику, избегают самых грязных слов, даже когда проклинают кого-то. Тем не менее проклятия – такая же часть языковой картины, как и благословения. Характерно, что слово «қарғыс» (проклятие) у казахов имеет синонимичное название «қара бата», то есть буквально «чёрное благословение». Видимо, и доброе, и худое слово воспринимаются как пожелание, только с разным знаком.

Подводя итог своему этнографическому исследованию, Ильзе Лауде-Циртаутас отмечает, что приведённые примеры – лишь небольшая часть богатейшего фольклора благословений (бата) и проклятий (қарғыс) у казахов и киргизов. В заключение своей статьи исследовательница символически обращается к читателям с традиционным благопожеланием: «Құдай тілеуіңізді бергір» – «дай Бог исполнить ваши желания». Это финальное пожелание как нельзя лучше отражает главный посыл культуры бата: пусть сказанные добрые слова сбудутся на счастье людям.