Представьте себе бескрайнюю степь Центрального Казахстана, знаменитую Сарыарку. Здесь, на юго-западной окраине современного города Астана, всего в 4 километрах к западу от села Ильинка, на изгибе небольшой реки Козыкош пейзаж кажется нетронутым и вечным. Но под слоем травы и земли скрывается огромное по меркам своего времени поселение, которого нет на старых картах. Всего полтора века назад здесь кипела жизнь, стояли дома и кипела работа.
Сегодня лишь археологи могут услышать голоса прошлого, которые доносятся из-под земли. Начав раскопки в 2021 году, ученые из Евразийского национального университета имени Л.Н. Гумилева слой за слоем вскрывают историю драматической эпохи – времени, когда вековой кочевой уклад Великой степи уступал место оседлой жизни. Что же могут поведать руины этого забытого места о судьбах его жителей и всей страны?
При первом взгляде на карту поселения Козыкош, созданную с помощью дронов, в глаза бросается поразительная деталь. Огромная территория в 160 гектаров, на которой когда-то располагалось более 80 отдельных усадеб, четко разделена на две непохожие части – северную и южную. Их границей служит небольшой ручей, пересекающий речную террасу.
Рис. 1. Поселение Козыкош. Ортофотокарта: https://tsj.enu.kz/index.php/new/article/view/215
Северный блок – это лабиринт из крупных усадеб, каждая из которых окружена большим участком неправильной формы, обнесенным рвом и валом. Строения расположены без какой-либо видимой системы, теснясь ближе к реке и становясь реже поодаль. Эта планировка напоминает традиционные казахские зимние стоянки – кыстау, где каждая семья организовывала свое пространство независимо, исходя из собственных нужд.
Совсем иная картина в южной части. Здесь руины жилищ выстроены в два ровных ряда, образуя широкую улицу. Каждая усадьба имеет строгую прямоугольную форму, а хозяйственные помещения аккуратно примыкают к боковым стенам. Такая упорядоченная планировка характерна уже для сельских поселений советского периода, времен совхозов.
Это разделение – не просто архитектурное различие. Это визуальное свидетельство тектонического сдвига в сознании и образе жизни людей. На одном берегу реки археологи увидели две эпохи: мир традиционного кыстау, где родственные связи и хозяйственная автономия определяли все, и новый мир, где жизнь подчинялась строгому плану и внешнему порядку. Козыкош запечатлел тот самый переломный момент, когда история повернула в новое русло.
Экскурсия в дом XIX века: усадьба №3
Чтобы заглянуть внутрь прошлого, археологи выбрали для раскопок несколько усадеб в разных частях поселения. Одной из самых интересных оказалась усадьба №3 в северном, более старом блоке. На поверхности земли здесь не было видно четких очертаний стен, что навело ученых на мысль о ее более древнем возрасте по сравнению с соседними.
После снятия верхнего слоя почвы перед исследователями предстала картина быта полуторавековой давности. Раскопки на площади 180 квадратных метров открыли трехкомнатное жилище размером примерно 10 на 9 метров. Дом был вытянут параллельно руслу реки и состоял из трех помещений разного размера. Самая большая комната (№1), площадью более 21 квадратного метра, предположительно служила для хозяйственных и кухонных нужд.
Рис. 2. Городище Козыкош. Усадьба №3. План раскопа: https://tsj.enu.kz/index.php/new/article/view/215
Сердцем дома была жилая комната (№2) – почти квадратное помещение площадью около 20 квадратных метров. Ее северо-западный угол занимала массивная глиняная лежанка, или суфа, размером 3,2 на 2,3 метра. Суфа – неотъемлемая часть традиционного оседлого жилища в Центральной Азии. Это была теплая возвышенность, на которой спали, сидели, принимали пищу. Поверхность суфы в Козыкоше была гладкой, словно покрытой облицовочной штукатуркой, а следы прокаливания на ней указывают на то, что здесь мог стоять очаг или переносная жаровня.
Важная деталь планировки, подтвержденная раскопками, – тесная связь жилья с хозяйственными постройками. Стены дома были буквально окружены загонами и сараями для скота с северной, западной и южной сторон. Только восточная сторона, обращенная к реке, оставалась свободной. Это красноречиво говорит о том, что главным богатством и заботой жителей Козыкоша оставался скот, как и у их кочевых предков.
Ноу-хау Великой степи: дом из травы и земли
Как построить теплый и прочный дом посреди степи, где нет ни леса, ни камня? Раскопки в Козыкоше дали исчерпывающий ответ на этот вопрос, раскрыв секреты строительных технологий того времени. Основным материалом для стен служили дерновые кирпичи – нарезанные пласты плодородной земли, скрепленные корнями трав.
Стены дома были массивными, шириной от 70 сантиметров до метра, и выкладывались в три ряда. Строители проявили незаурядную инженерную смекалку. Внешние ряды кирпичей укладывались поперек, а внутренние – продольно, что придавало конструкции дополнительную прочность. Размеры кирпичей варьировались: для внешних стен использовались очень крупные блоки, достигавшие 70 на 30 сантиметров. Каждый кирпич перед укладкой обмазывался со всех сторон специальным раствором из глины, земли и измельченного камыша, который служил и связующим элементом, и утеплителем. Этнографические данные подсказывают, что пласты дерна клали травой вниз – со временем корневая система перегнивала и создавала тонкий, но прочный скрепляющий слой.
Крыша, скорее всего, была плоской или с небольшим уклоном, а высота стен достигала не менее двух метров. Такие дома из земли и травы были экологичными, хорошо держали тепло зимой и сохраняли прохладу летом – идеальное жилище для сурового континентального климата.
Заключение. Раскопки в Козыкоше – это не просто извлечение из земли фрагментов прошлого. Это масштабный опыт, который позволяет подтвердить и значительно дополнить письменные и этнографические сведения о жизни казахов в переломную эпоху. Это поселение стало уникальным археологическим памятником, на территории которого запечатлены два этапа развития и трансформации казахского жилища.
История Козыкоша неразрывно связана с колонизацией казахских земель в XIX веке и последующим переходом к оседлости в начале XX века – процессами, которые кардинально изменили тысячелетний уклад жизни степного народа. Руины на берегу реки – это молчаливые свидетели большой исторической драмы. Изучая их, мы не просто реконструируем быт и архитектуру. Мы возвращаем из небытия целую страницу национальной истории, сохраняя память для будущих поколений и лучше понимая, какой сложный путь прошел народ Казахстана.
Материал подготовлен на основе научной работы:M. Khabdulina, S. Shnaider, A. Yeginbay, Z. Karimbayeva The Kazakh farmstead of the ethnographic settlement of Kozykosh // Turkic Studies Journal. – 2022. – Vol. 4. – №4. – 113-130.
