Если нация не знает своей истории, если страна теряет свою историю, то после нее они сами могут легко исчезнуть.
Миржакып Дулатов

НАСЛЕДИЕ КОММУНИЗМА

1215
НАСЛЕДИЕ КОММУНИЗМА  - e-history.kz
Маргарет Тэтчер вошла в историю, как первая женщина, которая стала Премьер-министром в Европе. При этом, находилась на этой должности она дольше всех других политиков в ХХ веке

За жесткую критику руководства Советского Союза и другие политические шаги, не присущие дамам, британский премьер получила прозвище «железная леди». В 1990 году Маргарет оставила пост. После выхода «на пенсию» Тэтчер села за написание мемуаров. В 2012 году Маргарет перенесла операцию по удалению опухоли. Ее состояние здоровья ухудшалось и последний перенесенный ею инсульт стал фатальным. Маргарет Тэтчер ушла из жизни 8 апреля 2013 года.

В работе «Искусство управления государством. Стратегии для меняющегося мира» Маргарет Тэтчер дала собственную оценку социалистическому государству. 70-летняя борьба идеологий привела к поражению социализма и разрушению самого могущественного государства. Высоко оценивая заслуги М.С. Горбачева, М. Тэтчер сочувствует личной трагедии последнего главы советского государства. И причины конфликта двух политических лидеров М. Горбачева и Б. Ельцина лежат тоже в порочности социалистической системы. СССР пал, но отказаться от советского прошлого оказалось не просто. Описанные автором трудности российского общества легко соотносятся с проблемами казахстанского общества того периода.

Ленин внес в создание системы не меньший вклад, чем Маркс. Пространные и порочные теории немцев были безжалостно, с применени-ем насилия реализованы русскими, которые жили в репрессивной атмосфере царизма.

Советы переняли и углубили традиционное царское неприятие альтернативных источников власти, свободы мысли, частной собственности и равенства перед законом. В отличие от царя, который требовал отношения к себе, как к наместнику Господа, партия фактически заняла его место. Война коммунистов против религии - даже такой сговорчивой, как русское православие, - велась с той же целью, что и война против зажиточных крестьян и любых проявлений частной жизни: государство должно подмять под себя, получить в собственность и, в конечном итоге, поглотить все.

В течение 70 лет эта система довлела над российским народом. Конечно, как и во всем, что касается людей, были и определенные просветления. Со временем яростная кампания против религии утихла, при Сталине ей на смену пришло шаткое соглашение между Церковью и государством, потому что последнее увидело во влиянии первой пользу для себя. Точно так же после сталинских чисток советская система приобрела некоторую стабильность, однако стала более бюрократичной, расслоенной и коррумпированной, - именно в этот период появилось то, что Милован Джилас назвал «новым классом». Монстр коммунизма понемногу смягчался по мере усиления симптомов склероза. При Хрущеве были признаны ошибки Сталина. При Горбачеве стала оспариваться непогрешимость Ленина. В последние несколько лет существования Советского Союза, когда все острее чувствовался недостаток свободы слова и свободы выбора, г-н Горбачев, что делает ему честь, вошел навстречу требованиям времени.

Периодически возникали разговоры об экономической реформе, однако они никогда ни к чему не приводили. Объяснялось это главным образом тем. что коммунисты - от Ленина до Горбачева - под словом «реформа» понимали лишь повышение эффективности марксистско-ленинской системы, а вовсе не отказ от нее. По всей видимости, последний раз такой подход мог дать положительные результаты в период правления интеллигентного Юрия Андропова (1983-1984), который, по крайней мере, понимал, к какой экономической пропасти подошел Советский Союз. Однако он был слишком болен, а его преемник Константин Черненко (1984-1985) - кроме того, и слишком туп, чтобы сдвинуть дело с места. Ко времени прихода к власти Михаила Горбачева в 1985 году любая попытка реформировать систему была обречена на провал и, скорее всего, рано или поздно привела бы к ее ликвидации.

Именно это и произошло. Программы гласности и перестройки г-на Горбачева были задуманы как взаимодополняющие, но добиться этого не удалось. Открытость в отношении провалов системы и людей - прошлого и настоящего - тех, на кого возлагалась ответственность, была невиданным проявлением свободы для советских граждан, которым так долго отказывали в возможности говорить правду. О перестройке же обветшавших институтов государства, не говоря уже о замене посредственностей, опиравшихся на них, в действительности не могло идти и речи. Как бы то ни было, основой Советского Союза все еще оставалась Коммунистическая партия (которая, помимо прочего, контролировала военно-промышленный комплекс и аппарат госбезопасности), а партия не могла просто так поступиться тем, что она ценила превыше всего, - властью.

Это объясняет и личную трагедию Михаила Горбачева, которого приветствовал Запад - совершенно справедливо, надо заметить, - но отвергли и осудили соотечественники. Несмотря на все разговоры о необходимости «нового мышления», в конечном итоге он так и не смог воплотить его в жизнь. Оказавшись в 1991 году перед выбором - продолжить движение по пути фундаментальных перемен или вернуться к репрессивному коммунизму, - он дрогнул. Несмотря на периодически возникающие разговоры, я не верю в то, что Михаил Горбачев тайно поддерживал сторонников жесткой линии, временно захвативших власть в 1991 году. Вместе с тем он назначал их на руководящие должности. Даже после возвращения в Москву Горбачев продолжал во всеуслышание называть себя коммунистом. Поэтому, невзирая на восхищение его достижениями, понимание ситуации, в которой он оказался, и личные симпатии, я уверена, что приход Бориса Ельцина ему на смену был на пользу России.

Борис Ельцин выступает с башни танка. Москва, август 1991 года

 

Причиной нескрываемой неприязни, которую питают друг к другу эти два человека, сделавшие для освобождения своей страны больше, чем кто-либо еще в России, без сомнения, в определенной мере является простое политическое соперничество. Однако я убеждена, что истоки ее лежат глубже. Г-н Ельцин сердцем понимал, что система, которая позволила ему выдвинуться, в которой он испытал падение, ставшее началом последовавшего взлета, была по своей сути аморальна — и не только потому, что не могла обеспечить людям достойного уровня жизни, но и из-за того, что основывалась на лжи и пороке. Именно поэтому, я полагаю, г-н Ельцин казался таким значительным, когда, стоя на танке в центре Москвы, руководил героическим сражением за демократию в России. Именно поэтому г-н Горбачев выглядел таким униженным, когда вернулся в Москву тремя днями позже из своего плена в Крыму. Камеры нередко лгут, но на этот раз они запечатлели правду: это не просто история о двух россиянах, это еще и история о двух Россиях.

Неудавшаяся попытка переворота в августе 1991 года дала возможность триумфатору - Борису Ельцину издать указ о запрете Коммунистической партии и осуществить организованный роспуск Советского Союза. В последние годы стало модным высмеивать слабости г-на Ельцина, которые, впрочем, были совершенно реальными. Однако их с лихвой компенсировали удивительная смелость и политическое искусство. Ну а если бы смелость и искусство не подкреплялись еще и типично русской безжалостностью, ему никогда бы не одержать победу над коммунистами, которые хотели вернуть Россию назад в социалистическое прошлое.

Силы Борису Ельцину было не занимать, но бремя истории оказалось непосильным и для него. Привычки, инстинкты и установки, выработанные в условиях советского коммунизма, сделали трансформацию России в «нормальную» страну чрезвычайно трудным делом. Это со всей очевидностью выразилось в росте беззакония. 

Еще задолго до заката советской эпохи граждане России стали смотреть на государство как на своего врага. Для тех, кто пытался проявить индивидуальность, оно было угнетателем. В глазах же большинства государство имело образ грабителя.

Коммунистическое общество не имело законодательства в западном понимании. Несмотря на то, что каждый шаг регулировался правилами и нормами, отсутствовало понятие справедливости, предполагающее существование единого набора обязательств индивидуума, в равной мере применимого ко всем без исключения. Как поразительно точно сказал писатель и диссидент Александр Зиновьев, «в коммунистическом обществе преобладает система ценностей, основанная на полном отсут¬ствии общих принципов оценки».

На деле единственным господствующим принципом был эгоизм хищника. Подобные привычки искоренить крайне трудно, если вообще возможно. Важно подчеркнуть, что, хотя размах и жестокость российской преступности росли после распада СССР подобно снежному кому, ее психологические и системные корни были заложены при коммунистах. В последние годы правления Леонида Брежнева коррупция в высших эшелонах власти приобрела печальную известность. С середины 80-х годов преступность стала одним из институтов общества - в немалой мере в результате деятельности КГБ. Вот слова одного из руководителей ЦРУ: «[КГБ] Продавало дешевые советские товары за рубежом по мировым ценам, а доходы направляло на секретные зарубежные счета и в компании прикрытия... [Оно] занималось отмыванием денег, торговлей оружием и наркотиками и другими не менее преступными видами деятельности».

Большие сомнения в том, что такое состояние дел изменится при новом руководстве, были вполне объяснимы; большинство россиян с детства привыкло воспринимать преступность как обычный способ ведения дел. Да и могло ли быть иначе, если множество тех, кто занимал высокие посты при коммунистах, при капитализме появились в роли новых хозяев?

Материал подготовил Арман СУЛЕЙМЕНОВ

Использована книга: Тэтчер Маргарет. Искусство управления государством. Стратегии для меняющегося мира. - 2003.

Автор:
Опросы
Как вы оцениваете уровень преподавания истории в школах?