«Нам необходимо вглядеться в прошлое, чтобы понять настоящее и увидеть контуры будущего»
Н. A. Назарбаев

Из Индии в Казахстан. Как эпидемия холеры дошла до степи в 1892 году

941
Из Индии в Казахстан. Как эпидемия холеры дошла до степи в 1892 году - e-history.kz

Человечество на протяжении всей своей истории время от времени страдало от разрушительных вспышек холеры. Все пандемии холеры распространялись по миру из долины Ганга, где болезнь хорошо известна с античности. Неизменная жара, загрязнение речных вод и массовое скопление людей у рек во время таких церемоний, как Кумбха Мела, способствовали распространению заболевания по Индийскому субконтиненту. Хотя в Европе о холере писали ещё Гиппократ и Гален, до XIX века заболевание локализовалось на юге Азии. С 1817 года начинается волна непрерывных пандемий, которые унесли в XIX веке больше человеческих жизней, чем вспышка любой другой болезни. Портал Qazaqstan Tarihy представляет общий обзор холерной эпидемии 1892 года. Хотя этот очерк не является результатом специальных исследований, а лишь простым сопоставлением данных, опубликованных в русской и иностранной прессе, тем не менее, он имеет значение как попытка собрать отдельные разбросанные факты о холере 1892 года в одной общей картине.

Вопрос о том, где лежит исходный пункт пятой волны эпидемии холеры, решался двояко. Одни видели в ней продолжение эпидемии 1880 года, когда она из Индии была занесена в Мекку, а оттуда в июле 1883 года попала в Египет. В следующем году (1884-1885) холера была во Франции, со страшной силой опустошала Испанию, Италию и проникла в Австрию (1884-1887). В 1890 году она снова вспыхнула в Испании. За все это время холера распространилось практически на всем азиатском континенте. Так, если в 1883 году в Японии было всего 969 случаев заражения, то в 1890 году холерой заболело 45 002 человека. В конце 1890 года из Японии эпидемия проникла во Владивосток, где было около 30 случаев смерти от этой болезни. В том же году она вспыхнула с особой силой в сирийских вилайетах Бейрут и Дамаск, перешла в Сиам, Китай, где в одном Шанхае погибло до 150 000 человек, и достигла больших Зондских островов. С 1 июня 1891 года до начала 1892 холера свирепствовала в арабских округах Алеппо, Хеджас и Йемен и одновременно усилилась в Индии, откуда в 1891 -1892 году была занесена в Афганистан, в 1892 году - в Персию, а затем - в Россию. Для определения силы холеры в 1891 году интересны сведения о смертности паломников, побывавших за этот год в Индии. Из 46 953 отправившихся на поклонение морским путем в Хеджас возвратились всего 25 253 человека, остальные 21 700 погибли, главным образом, от холеры.

Другие полагали, что началом эпидемий следует считать только 1891 год, т.е. время последнего усиления холеры в Индии и перенос ее в Афганистан. По их мнению, холера появилась в северо-западных провинциях среди паломников, собравшихся в Хурдваре, и вместе с ними распространилась по Кашмиру, Афганистану и Персии. Однако более подробные сведения о заражении Афганистана не подтверждают этого предположения. В «British Medical Journal» (от 17 сентября 1892 года) доктор Доусон Уилламс доказывал, что заражение Афганистана действительно легче всего объяснить заносом холеры из Индии с Хурдварской ярмарки, куда обычно стекалась масса народа. В 1892 году индийское правительство, ввиду существования эпидемии, запретило ярмарку, но запрет запоздал, и на ярмарку собралось немало народа. Очень быстро среди прибывших развилась холера, и они разбежались во все стороны, разнося болезнь в соседние местности. Надо полагать, что этим путем, холера была занесена в столицу Кашмира, Сринагар, где она с необычайной силой свирепствовала с 6 мая 1892 года. Общее число зараженных в Сринагаре доходило до 8 928, из них умерло 5 736 («British Medical Journal», 13 августа). Несмотря на такое влияние Хурдварской ярмарки на разнос эпидемии, Доусон Уилламс все-таки не считал ее виновной в заносе эпидемии в Афганистан. Дело в том, что в конце 1891 года в Афганистане уже господствовала эпидемия холеры. В сентябре она показалась среди рабочих в Пешаварском округе, куда, по-видимому, была занесена из Свата и других независимых территорий. С развитием эпидемии рабочие тотчас же разбежались и разнесли заразу по всему Пешавару и в Кабул. В течение зимних месяцев (января, февраля) эпидемия затихла, но в марте снова разгорелась и продолжалась несколько месяцев подряд. Из Афганистана, собственно Герата, холера двинулась караванным путем на Мешхед, и 13 мая здесь было уже 43 больных холерой, а в июне развилась страшная эпидемия, уносившая от 100 до 250 человек в сутки.

Образовав эти главные свои очаги, холера двинулась своим прежним обычным путем через Нишабар, Себсавар на Астрабад, т.е. к южным берегам Каспийского моря. Оттуда, несмотря на строгие карантинные меры, она перешла русско-персидскую границу. В русских газетах от 10 июня появляются новости, что в ауле Каахка, лежащем вблизи Закаспийской железной дороги, имеется уже 43 больных с 41 случаем смерти, причем первые холерные больные из Персии появились в этом ауле еще 16 мая. Этот пункт можно считать первым исходным местом холерной эпидемии в пределах Российской Империи. Отсюда эпидемия двинулась на восток в Бухару и Самарканд и на запад, к берегам Каспийского моря, где в Узун-Ада 25-28 мая было уже 3 больных холерой. Вероятно, что из Узун-Ада на судах холерные зародыши попали в Баку, из которого эпидемии, шедшие сухопутным путем, обычно распространялись по России и Западной Европе. По официальным сведениям от 6 июня, в Баку насчитывалось уже 15 больных холерой, а к 10-12 июня число их достигло до 164.

Таким образом, путь холеры через Закаспийский край достаточно установлен, хотя было мнение, что болезнь в Баку прошла своим обычным путем по южным берегам Каспийского моря. В пользу этого мнения говорит то, что в Узун-Ада местная эпидемия была слаба, а большинство больных прибывало сюда не по Закаспийской железной дороге, а чаще из Баку или позднее из Астрахани. Более того, в Узун-Ада были приняты самые строгие меры к преграждению доступа эпидемии в Россию. Между тем, ввиду того, что холера свирепствовала лишь в Мешхеде, наблюдение правительства было направлено главным образом на сухопутную границу, а не на персидские порты Каспийского моря. К слову, туда и направлялись как паломники из Мешхеда, так и торговые караваны, чтобы избежать карантинных строгостей, о которых распространялись преувеличенные слухи еще раньше, чем была закрыта русская сухопутная персидская граница. Таким образом, вместо пути на Асхабад большинство двинулось старой караванной дорогой на Себсавар, Мезинац, Шахруд, а отсюда на Астрабад и вообще на персидские порты, так что на Гязском берегу к июню-июлю скопилось значительное количество груза, предназначенного для нижегородской ярмарки. Насколько справедливо такое предположение, можно выяснить, лишь изучив ход холерной эпидемии в северо-западной Персии на пути ее из Мешхеда. Если масса путешественников действительно двинулась не на Асхабад, а старым караванным путем, то холера должна обозначить этот путь эпидемиями. Так, мы действительно видим, что с 10 по 20 июня, т.е. через месяц после ее появления в Мешхеде, эпидемия двинулась далее, поразила Нишапур, Себсавар, Дамгач и достигла Энзели на берегу Каспийского моря, где к 20 было 15 смертей от холеры. Если предположить, что в Энзели уже 10 июня - время выхода эпидемии из Мешхеда - прибыли больные холерой, то и в таком случае все же в Узун-Ада они прибыли на две недели раньше. Что же касается Решта и Астрабада, то эпидемия в этих местах, появилась только 19 июля, т.е. на целый месяц позднее, чем в Энзели, откуда предположение заноса эпидемии в Баку с персидских берегов Каспийского моря является менее вероятным, чем из Узун-Ада.

Итак, в Баку с 6 июня развилась эпидемия. Она образовала здесь первый свой оплот и двинулась далее, направляясь тремя главными путями. Первый и наиболее важный из них шел по западному побережью Каспийского моря к устьям Волги в Астрахань, где 12 июня в карантине были констатированы первые случаи заболевания среди прибывших. 18 июня эпидемия вспыхнула в городе, образовав здесь новый страшный центр холеры. Никакие меры, затем, не были уже достаточны, чтоб воспрепятствовать распространению эпидемии по берегам Волги и 19 июня эпидемия началась в Саратове, 23 - в Самаре и Царицыне, 24 - в Симбирске, 25 - в Казани. Поразив Саратов и Самару и, образовав здесь новые центры распространения эпидемии, холерный поток устремился на Каму и ее притоки Вятку и Белую и 6 июля дошел до Перми. Помимо этого потока на восток по реке Кама, эпидемия шла и вверх по Волге: 7 июля появились больные холерой в Нижнем Новгороде, далее, поднимаясь кверху, но в заметно уже ослабевшем виде, эпидемия последовательно поразила Ярославль 21, Кострому 24, Рыбинск 25 июля и Тверь 5 августа. Кроме этого водного пути, из Нижнего по железной дороге эпидемия прошла в Москву 24 июля и Петербург 20. Таким образом, путь из Астрахани до Казани были пройден за 6 дней, до Перми - за 18 дней, до Твери - за 48 дней и до Санкт-Петербурга - за 32 дня. Другими словами, в течение одной недели эпидемия распространилась по берегам Волги от Астрахани до Казани.

Пока заражалась Волга с притоками, эпидемия из Астрахани передвинулась на восток в казахские степи и 19 июля вспыхнула в Гурьеве у устья реки Урал. Следуя по ее течению, она распространилась по Уральской области и дошла к северу до границ Оренбургской губернии, куда еще раньше, и именно 18 июля в Оренбург, эпидемия была занесена из Самары по железной дороге и на восток до Тургайской области, где холера появилась 21 июля.

Второй путь, которым двинулась холера из Баку, был западным по Закавказью к берегам Черного моря. Здесь заболевания шли сначала по железной дороге. Так, первые случаи заболевания в Тифлисе датируются 13, в Елизаветполе - 18 июня, далее в Кутаиси - 14 и Поти - 13-15 июля, т.е. расстояние в 800 верст по железной дороге было пройдено эпидемией в 30-36 дней. Причем большая часть пути до Тифлиса заражалась в течение первых 10 дней, вторая же - гораздо медленнее и более слабо. Точно так же, ослабевая к западу, движется эпидемия и по губерниям. Последними поразило Эриванскую губернии 7 и Карскую область 20 июля, т.е. к концу июля почти все Закавказье было объято холерой. Гораздо быстрее и сильнее холерный поток шел в северо-западном направлении. Из газет от 18 июня известно об эпидемии в Дагестанской, Терской и Кубанской областях. Эпидемия движется по Владикавказской железной дороге и 28 июня появляется уже в Ростове-на-Дону, где образуется новый страшный холерный очаг и новый центры отправления холерной эпидемий. Из Ростова холера быстро переносится в близлежащие Нахичевань, Таганрог, Новочеркасск и, окрепнув в этих пунктах и распространившись на Область Войска Донского, она идет по путям сообщений в центральные, южные и юго-западные губернии России.

Распространение эпидемии в казахской степи шло с юга, с русско-персидской границы. С 16 мая, как уже сказано выше, появились больные в ауле Каахка и отсюда по Закаспийской железной дороге в течение месяца эпидемия распространилась по всей южной половине этих владений. С 19 июня - в Закаспийской области, с 7 июня в Сыр-Дарьинской, с 8 в Ферганской, с 15 в Самаркандской и с 17 в Семиреченской областях. К концу июня эпидемия стала проникать в Акмолинскую область, 14 июня она была уже в Омске, с 14 августа появились отдельные заболевания и в Семипалатинской области.

В Сибирь холера прошла главным образом с северо-запада, с Камы. Как уже сказано выше, 6 июля эпидемия достигла Перми и отсюда вместе с партиями переселенцев и арестантов, прошла в пределы Тобольской и Томской губерний. В Тобольске она появилась с 17 июля, а в Томске по официальным данным 12, где сначала локализировалась в пересыльной тюрьме, а затем распространилась по городу. Из Томска холера перешла в губернию, куда она была занесена еще из Тюмени переселенцами, двигавшимися сухим путем, через Ишим и Тюкалинск. Далее к востоку, в Енисейскую и Иркутскую губернии, холера прошла лишь в августе и дала только отдельные заболевания.

Если сравнивать эпидемию холеры 1892 года с теми эпидемиями, которые шли в Европу сухим путем, т.е. с эпидемиями 1830 и 1847 годов, то в 1830 и 1847 году они шли через северо-западные провинции Персии, заражали южные берега Каспийского моря и переходили в Закавказье, откуда и направлялись в Российскую империю. Эпидемия 1892 года прошла ускоренным путем по новой Закаспийской железной дороге, минуя южные берега Каспийского моря, которые получили эпидемию позднее, чем было заражено Закавказье. Путь из Баку, центра, который во все прежние эпидемии в Закавказье поражался одним из первых, до Астрахани в эпидемию 1892 года был пройден в гораздо более короткий срок - 12 дней (с 6 по 18 июня), чем в прежние эпидемии. В 1823 году на этот путь потребовалось до 3 месяцев (с 4 июля по 30 сентября), в 1830 году тот же путь быль пройден за 33 дня (с 17 июня по 20 июля) и, наконец, в эпидемию 1847 года - за полгода (с 10 ноября 1846-го по 4 июля 1847-го).

И дальнейшее движение эпидемии отличалось также сравнительной быстротой, как это видно из следующей таблицы.


1.jpg


Такое более быстрое и широкое распространение эпидемии в 1892 году может быть объяснено, главным образом, ускоренными путями сообщения, вновь проведенными железными дорогами и быстроходными судами, благодаря которым холерная зараза могла распространяться со страшной быстротой. Примерами таких быстрых, отдаленных заносов может служить заражение Перми и Западной Сибири, заражение Санкт-Петербурга и Люблинской губернии, чего в прежние эпидемии в течение одного года эпидемии не происходило. Надо заметить, что более широкому распространению холеры в эпидемию 1892 года способствовало более раннее (почти на 1 месяц) появление ее на берегах Волги, сравнительно с прошлыми пандемиями.




Автор: Аян Аден
Опросы
В какой сфере Казахстан добился значительных результатов за 30 лет независимости?