На страницах газеты «Қазақ» за 1916–1917 годы Алихан предстает прежде всего как лидер, преданно служивший своему народу. Когда в этот период обсуждался вопрос о направлении представителя казахского народа в Бюро при мусульманской фракции в Петрограде, казахская интеллигенция и редакция газеты единодушно остановили свой выбор на Алихане. Об этом в № 177 газеты «Қазақ» сообщалось следующее (здесь и далее – Пер.): 

«В  172 номере нашей газеты говорилось, что Кожахмед Оразбаев со своими товарищами в открытых письмах, адресованных уважаемым представителям народа, обещали выделить от своих земляков две тысячи рублей и выразили пожелание, чтобы в Бюро работал Алихан Букейханов. В начале нынешнего апреля Алихану из Ак-Мечети поступила следующая телеграмма от казахов Ак-Мечетского и Тургайского уездов: „Казахи Ак-Мечетского и Тургайского уездов просят вас представлять казахский народ в Бюро при мусульманской фракции. Согласны ли вы на это?“ Алихан ответил телеграммой: „Согласен“. После этого ряд представителей интеллигенции Уральской и Тургайской областей собрался для обсуждения вопроса о том, кого следует направить в Бюро, и принял решение отправить Алихана Букейханова. Кроме того, в редакцию из разных мест поступали отдельные письма, авторы которых также высказывали пожелание, чтобы в Бюро отправился Алихан. Таким образом, судя по сведениям, собранным к настоящему времени редакцией „Қазақ“, единственным человеком, которого считали достойным направить в Бюро, оказался Алихан. Поскольку других кандидатур никто не называл, мы со своей стороны решили узнать согласие самого Алихана. Он выразил готовность приезжать и участвовать в работе Бюро, когда там будут рассматриваться вопросы, касающиеся казахского народа. „Если народ пожелает, я не стану уклоняться. В середине мая, когда Дума вновь начнет работу, я приеду“, — сказал он». 

Эти сведения позволяют увидеть в Алихане Букейхане настоящего лидера, пользовавшегося доверием народа. Он представлял собой деятеля, готового взять на себя ответственность за судьбу своих соотечественников. Для Алихана национальные интересы были важнее должностного положения, а его рассудительность при принятии решений и стремление работать на площадке Государственной думы свидетельствуют о высокой политической культуре и способности мыслить стратегически. Самое главное заключается в том, что поддержка, поступавшая из разных регионов, показывает, насколько Алихан сумел объединить казахское общество и стать фигурой, способной сплотить народ.

В начале 1917 года в № 213 газеты «Қазақ» была опубликована статья «Ескерерлік іс», в которой поднималась одна из наиболее острых проблем, возникших после восстания 1916 года, — судьба казахов, привлеченных к ответственности военными судами. В разговоре, состоявшемся на Оренбургском вокзале с членом I Государственной думы, присяжным поверенным Вениамином Ахметовым, раскрывались особенности работы военной судебной системы. По словам Ахметова, в военных судах вес и влияние имели лишь выступления столичных адвокатов и депутатов Государственной думы. Между тем слова местных, малоизвестных адвокатов практически не принимались во внимание, поскольку они не обладали достаточным профессиональным авторитетом. Во многих случаях у арестованных не было грамотных людей, которые могли бы вести их дела, находясь на свободе. В результате они несли неоправданные расходы и оставались практически беззащитными с юридической точки зрения. В этой связи газета напоминала об одной примечательной детали. Казахам, которые ранее обращались к Алихану за советом, он говорил: «Есть известные адвокаты, обладающие большим опытом защиты в военных судах. Они не стремятся наживаться на подобных делах. Берут лишь небольшую плату, необходимую для покрытия расходов. Не следует считаться с дальностью расстояния, нужно приглашать именно таких адвокатов». Эти слова были проявлением политической дальновидности. Алихан Букейхан глубоко понимал юридическую сторону сложившейся ситуации. Он не поддавался эмоциям и не ограничивался выражением недовольства, а предлагал конкретный механизм правовой защиты. Военный суд представлял собой жесткий институт имперской власти, в котором добиться того, чтобы к твоим словам прислушались, могли только авторитетные и опытные защитники. Совпадение взглядов Ахметова и Алихана отражало общую позицию, заключавшуюся в необходимости защищать национальные интересы в рамках закона. Эти сведения показывают, что Алихан был деятелем, пропагандировавшим правовую культуру и обладавшим стратегическим мышлением. Таким образом, статья «Ескерерлік іс» позволяет увидеть, что даже при столкновении с одной из самых тяжелых проблем казахского общества того времени — военными судами — Алихан сохранял рассудительность и придерживался четкой, профессиональной позиции. Предложенный им путь заключался в том, чтобы избегать напрасных расходов и обмана, добиваясь справедливости с помощью квалифицированной юридической защиты. Подобная позиция характеризует его как лидера, который одним из первых осознал необходимость защищать судьбу народа не только в политической, но и в правовой сфере.

Осенью 1916 года в редакцию газеты «Қазақ» от Алихана Букейхана поступила короткая, но содержательная телеграмма: «30 сентября отправляюсь в Москву». Несмотря на лаконичность сообщения, за ним стояла огромная ответственность, связанная с решением национальных вопросов. Поездка Алихана в Москву была связана с вопросами вовлечения представителей народа в государственные и общественные структуры, а также с необходимостью поднять казахский вопрос на уровне центральной власти. Это был сложный политический период, когда после июньского указа 1916 года в стране усилились волнения, а общественная обстановка становилась все более напряженной. В столь неспокойное время Алихан стремился решать проблемы непосредственно в центре власти.

Опубликованное в январе 1917 года в № 215 газеты «Қазақ» письмо под названием «Қарқаралы жігіттері» представляет собой ценный исторический источник, отражающий реальные условия жизни молодых казахов, мобилизованных на работы для нужд фронта. Автор письма Азанбай Сабекулы рассказывает о тяготах дороги и пережитых унижениях, сравнивая положение молодых людей после прибытия в Оршу и Замирие. Он сообщает, что джигиты были разделены на рабочие партии, приписаны к дружинам и вынуждены жить в тяжелых условиях, занимаясь изнурительным трудом.

Именно в этих тяжелых обстоятельствах 11 января к молодым людям приехал Алихан Букейхан. По словам автора письма, его приезд резко изменил настроение джигитов: «Мы обрадовались так, словно к нам приехали родные отец и мать, и сразу забыли обо всех тревогах». Это сравнение показывает, что для них Алихан был человеком, служившим настоящей духовной опорой.

Алихан не ограничился обычным приветствием и формальным посещением. Он лично осмотрел, чем питаются молодые люди, где они спят, в каких условиях моются в бане, какую одежду носят, и записал все увиденное. Иными словами, он изучал проблему непосредственно на уровне повседневных бытовых условий. Именно такие детали раскрывают его организаторские способности и заботливое отношение к людям.

Автор письма также сообщает, что национальный лидер обратился к джигитам с наставлением: «Ребята, работайте хорошо, будьте расторопны. Если вы владеете каким-либо ремеслом или обладаете определенными умениями, не скрывайте их, а обязательно показывайте. Не стоит беречь свои способности и жалеть их для такого дела. Не давайте другим думать, будто казахи — народ, из которого не выйдет достойных людей. Показывайте свое мастерство, это принесет пользу тем, кто придет после вас. Пусть никто не говорит, что казахи — неполноценный народ. Раз уж вы покинули родные края, постарайтесь не заслужить дурной славы и не опозорить доброе имя своего народа».

Это обращение было попыткой пробудить национальное достоинство. Алихан напоминал молодым людям, что, помимо заботы о собственной безопасности и благополучии, они несут ответственность за честь всего народа. В эпоху господства колониальных взглядов призыв доказать своим трудом, что «казахи не являются неполноценным народом», представлял собой своеобразную форму духовного сопротивления.

Этот эпизод раскрывает личность Алихана с новой стороны. Перед нами предстает лидер, который лично интересовался судьбой простых молодых людей, находившихся в районе фронта, и стремился поддержать их моральный дух. Очевидно, что его слова вселяли в джигитов уверенность и помогали им осознать себя представителями своего народа, несущими ответственность за его честь и достоинство.

Аналогичные сведения содержатся и в письме «Қостанай жігіттері», опубликованном 2 февраля 1917 года в № 216 газеты «Қазақ». Оно также рассказывает о повседневной жизни казахов, мобилизованных на фронтовые работы. В этом небольшом сообщении говорится о благополучии молодых людей из 204-й рабочей партии 7-й дружины. При этом точно указывается, что один из джигитов погиб, а другой находился в составе иной рабочей партии. Подобные сведения позволяют представить, насколько сильно судьба казахской молодежи того времени оказалась связана с войной и как молодые люди были разбросаны по разным участкам фронта.

Особое внимание в письме уделяется тому, что 15 января к джигитам приехали представители родного края, доставившие продовольствие. Кроме того, сообщается, что в начале января их специально посетил Алихан Букейхан, который поинтересовался условиями их жизни, провел разъяснительную беседу и выступил с наставлениями.

Эти строки свидетельствуют о том, что Алихан оказывал молодым людям, находившимся на фронтовых работах, значительную моральную поддержку. Он был деятелем, который лично приезжал к простым труженикам, своими глазами видел их положение и находил слова, способные придать им сил. Для джигитов его приезд был моментом, когда они почувствовали связь с родным народом, получили поддержку и надежду. Таким образом, эти сведения еще отчетливее раскрывают образ Алихана как человека, неразрывно связанного со своим народом и разделявшего его судьбу.

Статью «Күтілмеген көсемдік», опубликованную 3 июня 1917 года в № 232 газеты «Қазақ», можно назвать одним из наиболее примечательных материалов, отражающих духовный перелом в казахском обществе.

Автор статьи прежде всего обращается к традициям европейских стран, где посвящение общественно полезного дела имени человека, принесшего пользу своему народу, рассматривается как одна из форм искреннего уважения. При этом он критически замечает, что в казахском обществе подобные почести прежде оказывались преимущественно представителям царской династии и чиновникам. В качестве примеров проявления психологии колониальной зависимости приводятся переименование волостей в «Алексеевские» в честь Алексея, сына Николая II, присвоение волостям названия «Столыпинские» в честь Петра Столыпина, а также наименование волостей «Романовскими» по случаю 300-летия династии Романовых.

Однако «күтілмеген көсемдік» заключалось в том, что на этот раз инициатива исходила от простых молодых людей, находившихся на фронтовых работах. Объединившись, 700 джигитов из Капальского уезда Семиреченской области и 94 джигита из Актюбинского уезда Тургайской области, работавшие в составе 229-й рабочей партии, собрали две тысячи рублей для открытия медресе или учреждения стипендии имени Алихана Букейхана. Возвращаясь домой, они передали собранные средства редакции газеты.

В статье особенно подчеркивается значение этого поступка. Автор отмечает, что речь идет о выражении благодарности лидеру Алаша, который на протяжении всей жизни посвящал свои силы и способности тому, чтобы вывести казахский народ на достойное место среди других народов мира и не допустить, чтобы казахи остались без своей доли успеха в общемировом состязании за развитие и благополучие.

Сами джигиты признавали, что двух тысяч рублей может оказаться недостаточно для открытия медресе. Однако главное заключалось в изменении общественного сознания. То, что молодые люди, находившиеся вблизи смерти, в условиях фронтовой жизни, выступили инициаторами общественно полезного дела, можно считать проявлением подлинной гражданской зрелости. Они положили начало этому начинанию и предложили всему народу Алаша продолжить его.

Эта статья позволяет увидеть два важных явления: во-первых, заслуги Алихана получили искреннее признание в сердцах простых людей; во-вторых, в казахском обществе начался процесс перехода от почитания представителей колониальной власти к уважению собственных национальных деятелей.

«Күтілмеген көсемдік» в действительности стало свидетельством духовного взросления народа. При этом Алихан предстает в статье как историческая личность, способствовавшая обновлению национального самосознания.

Инициатива, о которой впервые рассказывалось в статье «Күтілмеген көсемдік», первоначально выразилась в том, что 794 молодых человека из 229-й рабочей партии собрали 2000 рублей и передали их редакции газеты «Қазақ». Хотя этих средств было недостаточно для полноценного открытия медресе или учреждения стипендии, истинное значение поступка заключалось в его духовном содержании. То, что молодые люди, отправленные на принудительные работы и находившиеся в прифронтовой полосе, продолжали думать о будущем своей нации и решили связать благотворительное начинание с именем одного человека свидетельствовало о росте их политического сознания.

Впоследствии эта благородная инициатива получила продолжение. Так, 640 молодых людей из Аксарыской, Кукентской и Дегеленской волостей Каркаралинского уезда, вернувшихся с войны, собрали 207 рублей. Жители Кабыргинской волости Иргизского уезда внесли еще 103 рубля 70 копеек, 97 рублей и 66 рублей 80 копеек. Таким образом, сумма новых пожертвований составила 474 рубля 50 копеек. С учетом ранее собранных средств общая сумма достигла 2474 рублей 50 копеек. Это была сознательно организованная деятельность на уровне отдельных аулов и уездов, основанная на чувстве гражданской ответственности.

Самое важное в данном случае заключалось в их символическом значении. Если прежде среди казахов существовала практика называть волости, школы и стипендии в честь представителей царской семьи, министров и генералов, то теперь начала формироваться традиция посвящать общественно полезные начинания национальным деятелям, искренне переживавшим за судьбу своего народа. Это стало важным шагом в истории народа на пути от психологии колониальной зависимости к осознанию собственной национальной идентичности.

Средства, собранные для учреждения стипендии имени Алихана, с одной стороны, выражали стремление поддержать образование, открыть медресе и создать возможности для обучения. С другой стороны, они стали ярким свидетельством внутреннего единства казахского общества и признания народом своего национального лидера. Эта инициатива показывала, насколько глубоко идеи Алаша укоренились в народной среде и насколько прочным оказался мост доверия между простыми людьми и национальной интеллигенцией.

Когда на страницах газеты «Қазақ» в повестку дня вышли вопросы создания партии «Алаш» и избрания ее председателя, редакция представила отдельные характеристики граждан, которые должны были войти в состав партии, а также сведения об их прежней деятельности. Общественно-политическая деятельность и личные качества Алихана Букейхана были охарактеризованы газетой следующим образом: 

«Алихан Букейханов — член Первой Государственной думы. По своим убеждениям является кадетом и состоит в Центральном комитете кадетской партии. С молодых лет занимался политической деятельностью, получил образование на русском языке. Среди казахов не стремился к должностям и чинам. Он стал первым казахом, который после окончания учебы не надел чиновничьего мундира, а сразу посвятил себя служению народу. Опасаясь, что он будет избран депутатом Первой Государственной думы, власти заключили его в тюрьму и освободили лишь непосредственно перед выборами. После роспуска Первой Государственной думы он вместе со 180 видными депутатами России отправился в Финляндию и за подписание знаменитого Выборгского воззвания провел три месяца в заключении. Смысл Выборгского воззвания заключался в следующем: „Пока правительство вновь не созовет Думу, народ не должен отдавать в государственную казну ни одной копейки налогов и направлять в армию ни одного человека“. Таким образом депутаты бросили вызов правительству. Стало очевидно, что среди казахов нет человека, превосходящего Алихана в политической деятельности. Во времена прежней суровой власти он неоднократно проявлял себя в самых тяжелых обстоятельствах. При старом правительстве он был лишен возможности проживать в казахских областях. Незадолго до революции Алихан организовал на Западном фронте отдел по делам инородцев и, привлекая к совместной работе образованных молодых казахов, разделявших его взгляды, занимался воспитанием и поддержкой казахских джигитов, которые, обливаясь кровавыми слезами, были мобилизованы на фронтовые работы согласно указу от 25 июня. После революции правительство назначило его комиссаром Тургайской области. Он — искренний, мужественный, знающий, дальновидный и красноречивый сын казахского народа, посвятивший всю свою жизнь служению родной земле».

Образ Алихана Букейхана на страницах газеты «Қазақ» — это не просто портрет политического деятеля, а художественно-публицистическое воплощение морального и идейного лидера эпохи пробуждения национального самосознания.

В материалах газеты Алихан прежде всего предстает человеком, взявшим на себя ответственность за судьбу народа. В посвященных ему публикациях совершенно отсутствуют черты карьеризма и тщеславия. Напротив, отчетливо прослеживаются его принципиальность, готовность ставить национальные интересы выше личных, способность к рассудительному стратегическому мышлению и организаторский талант.

Материалы газеты «Қазақ» показывают, что авторитет Алихана формировался на основе доверия самого народа. То, что молодые люди, находившиеся на фронтовых работах, собирали средства в его честь, а жители разных регионов предлагали учредить стипендию или открыть медресе его имени, свидетельствует о подлинном народном уважении. Это явление качественно отличалось от традиционного «почитания» царских чиновников, характерного для колониальной эпохи. В данном случае народ впервые самостоятельно признал собственного лидера и дал оценку его заслугам.

Поэтому образ Алихана на страницах газеты «Қазақ» представляет собой синкретическую личность, объединяющую в себе качества просветителя, политика и организатора. Он изображается как деятель, который одновременно мог выступать автором идей, формировать общественное мнение и становиться инициатором их практического воплощения. Газетные публикации не столько прибегают к шаблонному восхвалению Алихана, сколько показывают его в конкретных делах — как интеллектуала, переживавшего за судьбу народа и указывавшего ему направление в трудные исторические времена.

В конечном счете образ Алихана в газете «Қазақ» представляет собой историко-текстовый феномен, свидетельствующий о становлении национальной модели лидерства. Благодаря этому образу казахское общество познакомилось с новым типом национального руководителя — образованным лидером, который способен говорить с народом на равных и одновременно вести его вперед. С этой точки зрения образ Алихана, сформировавшийся на страницах газеты, является одним из наиболее ярких символов национальной политической культуры эпохи Алаша.