«Нам необходимо вглядеться в прошлое, чтобы понять настоящее и увидеть контуры будущего»
Н. А. Назарбаев

85 лет без антракта

984 0
85 лет без антракта
13 января 1934 года состоялось первое публичное исполнение музыкальной комедии «Айман Шолпан», поставленной силами музыкальной студии по пьесе М.О. Ауэзова.

Это ознаменовавшее, в соответствии с решением Наркомпроса, рождение первого казахского музыкального театра оперы и балета.

Отправной точкой истории зарождения Казахского государственного академического театра оперы и балета имени Абая принято считать решение коллегии Народного Комиссариата просвещения Казахской АССР от 29 сентября 1933 года. Тогда официально был дан ход созданию музыкальной студии, в составе которой выступали пятьдесят актеров, двадцать музыкантов симфонического и двенадцать музыкантов национального оркестров. Первое помещение, где выступали актеры и музыканты будущего ГАТОБ им. Абая находилось на улице А. С. Пушкина, где сейчас находится Государственный театр кукол.

В этом здании произошло первое выступление музыкальной комедии «Айман Шолпан» 13 января 1934 года. Композитором этой музыкальной комедии по пьесе Мухтара Ауэзова был Евгений Брусиловский, а прозвучавшие в нем казахские кюи были обработаны Иваном Коцыком. В первой постановке «Айман-Шолпан» были заняты Куляш и Канабек Байсеитовы, Курманбек Жандарбеков, Елюбай Умурзаков, Сералы Кожамкулов, Манарбек Ержанов, Шара Жиенкулова и другие основоположники будущего профессионального оперного театра. Через четыре дня после премьеры студия была переименована в Казахский государственный музыкальный театр.

Успех музыкального театра был невероятным. За 4 месяца со дня премьеры «Айман-Шолпан» прозвучала на сцене 100 раз. Через полгода на сцене театра состоялась премьера второго спектакля по пьесе Беимбета Майлина «Шуга», в которой состоялся дебют первой казахской профессиональной танцовщицы Шары Жиенкуловой. Еще через год театр приступил к постановке оперы Евгений Брусиловского «Кыз-Жибек». Евгений Брусиловский – основатель и музыкальный руководитель казахского музыкального театра, который в 1936 году был преобразован в оперный.

Само появление композитора Евгения Брусиловского в Казахстане стало следствием нужд театра. Попав в Казахстан по распределению и работавший учителем музыки, Е. Брусиловский был принят в театр по рекомендации Канабека Байсеитова. Незнание языка он с успехом компенсировал энтузиазмом, частенько были слышны его просьбы спеть или пересказать народные кюи и песни, что в итоге вылилось в удивительную музыку, полную самобытности и красоты казахского творчества.

В 1938 году балет П. Чайковского «Лебединое озеро» положил начало созданию балетной труппы, тогда же был поставлен первый казахский балет «Калкаман и Мамыр» Василия Великанова.

Спектакль «Кыз-Жибек» открывал первую декаду казахского искусства 1936 года в Москве и произвел настоящий фурор. Исполнительница главной роли Куляш Байсеитова получила всесоюзную славу, а уже в сентябре 1936 года за выдающиеся заслуги в развитии театрального искусства 24-летняя Куляш Байсеитова была удостоена высокого и впервые утвержденного звания Народной артистки СССР.

 

Куляш Байсеитова и Евгений Брусиловский

 

История создания здания современного театра относится к временами еще более ранним. В 1932 году советское зодчество желало построить базы для проведения собраний, съездов и районных перекличек масс под руководством СССР. Решено было остановиться на строительстве культурных учреждений типа театров как наиболее доступных для населения центров пропаганды идеи построения социалистического общества. Среди прочих вариантов строительства, также предлагалось соорудить аванплощадь на главном проспекте тогда еще столицы автономии по подобию «Красной площади» у Дома правительства и большой парадный двор перед зданием, ограниченный главным корпусом и боковыми пристройками. Строительство таких объектов давало возможность для организации многотысячных собраний и парадов Красной армии. Стиль сооружений не был окончательно одобрен, а поэтому был весьма разноплановым в силу неконкретности. Давалась лишь установка не строить сооружения, «не отвечающие вопросам советской общественности».

Общественный ажиотаж о планах строительства достигал невероятных масштабов и подогревался республиканскими и городскими газетами. Со страниц печати то и дело освещались фотографии проектов, отзывы алма-атинцев и рецензии экспертов. Отбором проектов занимались народный комиссар просвещения РСФСР Андрей Бубнов и советские архитекторы Владимир Щуко и Владимир Гельфрейх. В результате полемики 15-16 октября 1934 года жюри избрало работы Николя Сергеевича Круглова. Архивные телефонограммы дискуссии говорят, что остальные авторы формировали проект сооружения исходя из стереотипных направлений строительства театров XIX века в отличии от Н. Круглова, чья новаторская идея выражения облика театра выглядела наиболее успешной.

Успешной работу Н.А. Круглова делали трибуны стадиона и цокольный проезд для колонн танков и армейских подразделений. Как обозначал сам Круглов, многоярусная балкон-трибуна ассоциировала торжественные марши лестниц античных сооружений, а схема зала должна была улучшить акустику.

Однако на стадии объемного проектирования будущего театра изначальные эскизы претерпели значительные изменения.

Возможно, причиной тому стали настоятельные просьбы Л. Мирзояна устранить или добавить ту или иную деталь в характеристики сооружения пока проект не стал неким подобием Александрийского театра.

Кстати, именно этот театр был предложен руководителем республики в качестве образца.

 

Однако в конечном проектировании сооружения Николай Круглов участия не принимал. 27 апреля 1937 года архитектора арестовали с формулировкой «вредительство». Николай Круглов был приговорен к пяти годам исправительно-трудовых лагерей, отбывая наказание сначала в Поволжье, а потом в Эвенкийском округе, где в конце концов и скончался в 1938 году.

 

Стадии изменений проектов национального театра

 

Арест и смерть главного архитектора внесло коррективы в строительство театра. Вплоть до осени 1938 года работы были приостановлены, что позднее ряд историков архитектуры назвали следствием некоего пожара. Тем не менее, окончательно театр заработал только в 1941 году, вслед за открытием получив статус академического театра. Все последующие годы официальными авторами здания считались Н.А. Простаков и Т. Басенов, которые до самой смерти называли себя соавторами этого проекта. Что же касается архивов, то они были детально сфальсифицированы, что было нередким случаем в отношении жертв репрессий.

Вопреки бедам и лишениям военного времени строительство было завершено в первый год войны. В годы Великой Отечественной войны, во время военной блокады Ленинграда, в Казахстан было эвакуировано бессчетное количество человек с оккупированных территорий. Во многом благодаря этому, на сцене нового оперного театра выступала одна из величайших балерин ХХ века Галина Уланова.

«Вместе с казахскими товарищами я постаралась возобновить те спектакли, в которых я могла бы танцевать. Нам было приятно, что всегда был полный театр. Поэтому как бы не работали трудно люди Казахстана на своих местах, всегда по возможности приходили и в этом очень красивом театре отдыхали душой. Я скажу и от этих людей свою большую благодарность и уважение к тому, что относились к нам казахи замечательно. Мы уехали оттуда одаренные званиями казахских деятелей искусств».

Галина Уланова

 

 

Галина Уланова исполняет танец умирающего лебедя

 

Первый спектакль в новом здании состоялся 7 ноября 1941 года. На сцене театра была сыграна постановка азербайджанского композитора Муслима Магомаева «Нергиз» вместо планировавшейся оперы «Золотое зерно». Поначалу церемония открытия театра сопровождалась опасениями по поводу террористического акта – народ опасался, что репрессированные строители вполне могли заложить под театр бомбу.

Несмотря на открытие нового здания театра времена оставались тяжелыми. Во-первых, военное время отнимало рабочие руки театра: так, в числе ушедших на фронт работников театра был и художник-бутафор Николай Максимов, погибший герой-панфиловец. Некоторые работники театральной труппы выезжали на фронт и выступали в составе небольших бригад. Во время одного из таких выездов на Северо-Западный фронт, в июле 1942-го, народная артистка Куляш Байсеитова, солист оперы Анварбек Умбетбаев, Манарбек Ержанов и другие казахстанские актеры и певцы дали сразу 50 концертов. На «ночных концертах», на которые приходило большое количество зрителей, театр зарабатывал много денег, которые впоследствии уходили на нужды армии. Один из таких концертов смог проспонсировать создание танковой колонны «Искусство Казахстана».

Эвакуированные гости страны, среди которых были и деятели театра, придали новых творческих сил и поспособствовали развитию театрального искусства Казахстана. Так, среди прибывших помимо Улановой, особняком стоят имена актеров театра Моссовета Ю. Завадского, Киевского театра оперетты, белорусского оперного театра.

Вместе с эвакуированными развитием театра оперы и балета занимались и казахстанские театралы. Война подарила нам один из самых известных спектаклей театра – оперу «Абай», авторами которой были Мухтар Ауэзов, Ахмет Жубанов, Латиф Хамиди и Курманбек Жандарбеков. В 1945 году, в год столетия со дня рождения Абая, театру было присвоено его имя.

 

Первая труппа театра, исполнившая оперу «Абай»

 

После войны стремительного развитие театра продолжилось. Несмотря на большой отток эвакуированных, чей опыт помогал поднимать театральной искусство Казахстана, именно в этот период на смену талантливого поколения основоположников пришла молодая плеяда солистов, окончивших Казахскую национальную консерваторию. В это время на сцене академического театра была сыграна опера «Биржан и Сара». Автор либретто Кажим Жумалиев брал в основу айтыс, что весьма необычно для оперной постановки. Композитор оперы, режиссер Курманбек Жандарбеков, художник Анатолий Ненашев, а также исполнители главных ролей — Куляш Байсеитова, Шабал Бейсекова, Анварбек Умбетбаев и Байгали Досымжанов были удостоены Государственной премии СССР.

Кроме этого, молодые солисты театра активно интересовались зарубежным классическим театром и балетов, что вылилось в адаптированные постановки «Трубадур», «Спящая красавица» и «Ромео и Джульетта».

В 1959 году театр награжден орденом Ленина.

Последующие годы театр пополнял репертуар национальными и мировыми постановками. Так, в 1973 году появилась эпическая опера «Алпамыс» Каукена Кенжетаева и Еркегали Рахмадиева, в 1975 году – опера «Енлик-Кебек» Газизы Жубановой. «Енлик-Кебек» и раньше появлялся на сцене иных казахстанских театров, однако постановка ГАТОБ сместила акцент с социальной тематики в сторону «любви, которая стоит выше всех невзгод». Эти две постановки были отмечены наградами Второй премии Всемоюзного конкурса на создание музыкально-сценических произведений.

В 1977 году на сцене ГАТОБ им. Абая впервые в СССР была сыграна постановка Г. Перселла «Дидона и Эней», а также опера А. Онеггера «Жанна д’Арк на костре» под руководством Базаргали Жаманбаева. Чуть позже на смену иностранным произведениям приходят постановки на идейно-патриотическую тематику: «Братья Ульяновы» о жизни Ленина, балет «Алия» о героических поступках Алии Молдагуловой, «Повесть о целине» Еркегали Рахмадиева и «Двадцать восемь», поставленная к 40-летию битвы за Москву.   

 

«Дидона и Эней»

 

Даже в советские времена театр часто гастролировал. Если осенью гастрольный тур шел по городам Казахстана, то ближе к концу сезона труппы разъезжалась по городам Союза среди которых особыми ценителями таланта ГАТОБ им. Абая были зрители Красноярска, Омска, Томска, Оренбурга, Грозного и Иванова. В 1977 и 1986 годах с успехом прошли зарубежные гастроли в ГДР, где артисты выступали на сцене Дрезденской оперы.

С приходом театральной труппе пришлось пережить сначала сокращение финансирования в связи с приобретением государства статуса республики, потом – сокращение зрительского интереса ввиду тяжелым материальным состоянием населения. Сильным ударом по труппе театра также стала генеральная реконструкция театра, продолжавшаяся свыше 5 лет, с июня 1995 года по 13 декабря 2000 года.

Сейчас, ГАТОБ им. Абая – одно из самых красивых и известных сооружений страны, не менявший своего профиля на протяжении вот уже почти восьми десятилетий. Казахский государственный академический театр оперы и балета имени Абая до сих пор сохраняет интерес зрителя сочетанием зарубежной классики с традиционными элементами национального своеобразия.

Автор: Аян АДЕН

Комментарии

Для того, чтобы оставить комментарий войдите или зарегистрируйтесь
Бас редакторға сұрақ +7 707 686 75 81
Қазақша Русский English