«Нам необходимо вглядеться в прошлое, чтобы понять настоящее и увидеть контуры будущего»
Н. А. Назарбаев

Шахзада, Торгай и Мамила, расстрелянные за «сепаратизм»

553 0
Шахзада, Торгай и Мамила, расстрелянные за «сепаратизм»
Во времена террора 30-х годов ХХ века жертвами расстрельной сталинской политики обычно становились мужчины, занимавшие высшие политические и административные должности

Оно и понятно: в те времена женщины, особенно из патриархального Казахстана, редко занимали ответственные должности и по определению не могли быть заподозрены в организации антисоветской деятельности. Намного чаще их наказывали за родство с врагами народа, лишали свободы и отправляли в исправительно-трудовые лагеря, откуда они, как правило, возвращались с разрушенным здоровьем. Однако в анналах истории сталинского террора хранятся факты расстрела трех казахских женщин. Редакция портала Qazaqstan Tarihy расскажет о жизни Шахзады Шонановой, Торгай Сулейменовой и Мамиле Танатовой, которые были обвинены в попытке отделения Казахстана от Советского Союза и безвинно расстреляны

Шахзада Шонанова

Шахзада Шонанова (на фото справа) родилась в 1903 году в семье потомка Абулхаир хана Арона Каратаева и его супруги, внучки основателя Букеевской орды Жангир хана, Хусни-Жамал Нурлыхановой. Подобная родословная сильно испортило ее положение в советском обществе. В 17-летнем возрасте она поступила в Среднеазиатский государственный университет на факультет медицины, однако уже на втором году обучения ее дальнейшее образование стало невозможным из-за выхода статьи Ленина об организации борьбы с «классовым врагом», к которым относился ее родной отец, бай Арон Каратаев. В этот период Шахзада впервые вышла замуж. Ее избранником стал Ыдырыс Мустамбаев, с которым познакомилась во время работы в исполкоме Уральской губернии. Образование, которое она получила в детстве, позволило ей недолгое время проработать в должности инструктора комитета партии Сырдарьинской губернии. Муж Шахзады Ы. Мустамбаев рос в карьерной службе, работал прокурором Акмолинской губернии. Такая высокая должность плохо соотносилась с «антисоветской деятельностью» отца его супруги Шахзады, многочисленные доносы в конце концов заставили пару подать на развод.

В 1931 году она еще раз попытала счастье получить образование уже в Алма-атинском медицинском институте. Ее безупречная работа во благо советского народа дала ей возможность продолжить обучение, но ее деятельность строго контролировалась. 22 марта 1932 года руководство университета приняло решение отправить ее на общественные работы в Спасск, где вовсю свирепствовал сыпной тиф. Получив хорошие характеристики, она вернулась, однако вскоре все равно была отчислена с тем же самым ярлыком – «дочь классового врага».

В начале 1933 года первый нарком просвещения республики Темирбек Жургенов позвал Шахзаду в Наркомпрос, где она работала инструктором воспитания детей дошкольного возраста. В этот период она снова выходит замуж за известного в стране языковеда-тюрколога Тельжана Шонанова. Он работал доцентом Казахского педагогического института, а Шахзада работала младшим научным сотрудником НИИ культуры.

В своих воспоминаниях дочь Мыржакыпа Дулатова Гульнар рассказывала о Шахзаде:

 

«В 1936 году я была студенткой и во время каникул поехала в Дом отдыха. Там я впервые увидела супругу Тельжана Шонанова Шахзаду апай. Красивая, образованная, просвещенная во многих сферах жизни, она тоже отдыхала, вероятно, по путевке Народного комиссариата просвещения. Познакомившись со мной, она буквально не отпускала меня от себя. Однажды предложила: «Давай прогуляемся». За разговорами не заметили, как поднялись на вершину холма. Шахзада апай свернула к одинокой скале, прислонилась к ней и стала читать стихи. Заканчивала одно, начинала другое. Стихи были прекрасные, взволновали меня. Увидев удивление на моем лице, она сказала:

— Это же стихи твоего отца из книги «Бақытсыз Жамал»!

Так я впервые услышала об этой книге из ее уст»

 

Несмотря на долгие годы работы в Наркомпросе, она лелеяла мечту стать врачом. В 1936 году 33-летняя Шахзада покинула Народный комиссариат просвещения и поступила на второй курс биологического факультета Казахского государственного университета. Ее учеба закончилась вместе с арестом ее супруга Тельжана Шонанова 21 июля 1937 года. Она сразу была схвачена сотрудниками НКВД.

Байское происхождение, арест супруга как «врага народа», интеллектуальность, близкое еще с детства знакомство с видными деятелями партии Алаш – все это сослужило плохую службу для Шахзады. Ее обвиняли в том, что она с 1926 года состояла в буржуазно-националистической контрреволюционной организации, планировала подготовку восстаний в попытке вывести Казахстан из состава Советского Союза и установить над ним японский протекторат. Из нее выбили признание в вербовке Ыдырыса Мустамбаева в контрреволюционную деятельность, ведении агитационной работы по популяризации националистических идей в Казахском государственном университете. Кроме этого, она признала себя виновной в поджоге кабинета анатомии родного университета, произошедшего 20 октября 1936 года. Шахзада была расстреляна 19 марта 1938 года, через десять дней после расстрела супруга Тельжана Шонанова.

 

Торгай Сулейменова

Торгай Кикымовна Сулейменова родилась в 1904 году в ауле Кокмольдир Нуринского района. В анкете, которую заполняли задержанные, она написала, что была дочерью бая, образованна, была награждена знаками «15 лет КПСС», «член КПСС». Энергичная, полная амбиций и здорового энтузиазма Торгай была активисткой колхоза. Незадолго до ареста трудилась секретарем райкома партии в Еркиншиликском района, а в 1935 году была направлена в Нуринский район. Торгай Сулейменова была арестована в марте 1937 года, а месяцем позже, в апреле был арестован ее супруг Мажен Сулейменов. Их вина заключалась в том, что в 1936 году председатель областного исполкома Карагандинской области Абдолла Асылбеков (на фото слева) пришел в гости в дом четы Сулейменовых. Позже, когда А. Асылбеков был объявлен «врагом народа», кто-то вспомнил об этом факте и написал донос. Аресту подверглись не только Мажен и Торгай, но и ее отец Кикым. Когда пришли за Торгай, в доме находилось трое ее детей, самый старший которых 6-летний Сайдалы Сулейменов вспоминал:

 

«Это была, кажется, середина марта 1937 года. Посреди ночи громко начали стучать в дверь. Только отец открыл дверь, в дом вошла целая группа людей в черном. Они начали громко кричать на мать, что-то указывать и торопить. Сами принялись обыскивать дом, перевернули все вверх дном. Мы с младшей сестрой забились в объятия бабушки, от страха дрожали как детеныши животных, попавшие в сеть. Бабушка начала громко причитать и плакать. Не помню, в каком состоянии были родители. Только когда грозные люди в черном начали выволакивать их из дома, мама подбежала к нам с сестрой и сильно обнимая нас, плакала и прощалась: «Родненькие мои! Что же это такое!? Бедные мои!». Этот момент я запомнил навсегда»

 

Тем не менее официальное обвинение звучало следующим образом:

 

«Сулейменова Т., войдя в контрреволюционную националистическую организацию Альсенева в октябре 1935 года, подготовила по его приказу кадры для подготовки переворота в колхозах, а также завербовала в к/р националистическую организацию председателя Шахманского аулсовета, члена партии Мажена Сулейменова. В целях уменьшения работоспособности колхоза и.о. председателя колхоза «Исаев» Сулейменова Т. украла у колхоза 1404 рубля, помешала движению стахановщины и занизила на 45% количество голов скота колхоза «Исаев»

 

Тройка УНКВД по Карагандинской области 11 августа 1937 года приговорила ее и еще десятерых человек к смертной казни. Среди них был и супруг Мажен, и ее отец Кикым.

 

Мамила Танатова

Мамила Танатова была третьей казахской женщиной, которую настигла расстрельная политика сталинского режима. Она была задержана в рамках дела некоего Зайыта Сатиева. Из протоколов допроса от 29 августа 1937 года можно понять, что она была рождена в 1907 году в ауле №2 Куского района Карагандинской области. Происходит из бедной семьи, работала в колхозе, до революции воспитывалась у отца, малограмотна. В графе «Семья» написала, что она сирота.

Согласно анкете Мамила Танатова не подвергалась арестам ни до, ни после революции. Кроме того, у нее не было ни грамот, ни послужного списка, не состояла ни в бандитских формированиях, ни в контрреволюционных организациях. Настолько безупречна была ее биография Мамилы, верой и правдой отдававшая себя социалистическому режиму. Единственное пятно – задержание по делу Сатиева Зайыта, исключенного из ВКП (б) байского сына.

Известно, что 8 ноября 1937 года тройка УНКВД Карагандинской области приговорила ее и еще 38 человек к расстрелу. Обвинение гласило, что она была членом образованного неким Шамсутдиновым диверсантско-вредительской националистической организации, которая вела работу по развалу колхоза, уничтожению колхозного имущества, в т.ч. скота, неверно толковала Сталинскую конституцию и призывала рабочий класс к волнениям.

Мамила Танатова была вынуждена взять вину на себя. Так, скромная и добросовестная колхозница, рожденная в бедной семье несмотря на то, что никогда в жизни не была замечена в противоправных действиях, без суда и следствия наряду с остальными 38 мужчинами была приговорена к расстрелу.

Акт о расстреле был составлен и состоял из 39 имен, в т.ч. и Мамилы Танатовой. Но интересно другое - в протоколе от 18 ноября 1937 года об исполнении приговора имени Мамилы нет. Тем не менее, в Книге памяти жертв красного террора имя М. Танатовой присутствует.

На момент гибели Шахзаде Шонановой, Торгай Сулейменовой и Мамиле Танатовой было не больше тридцати лет. Эти женщины были образованы, их творческие и научные биографии могли быть длиннее, если бы не сталинская карательная политика. Во многом из-за нее казахский народ потерял не только интеллектуальную элиту нашего народа, но и таких хрупких, но сильных дочерей как Шахзада, Торгай и Мамила, чьи имена навеки останутся в памяти страны.

Автор: Аян АДЕН

Комментарии

Для того, чтобы оставить комментарий войдите или зарегистрируйтесь
Бас редакторға сұрақ +7 707 686 75 81
Қазақша Русский English