«Нам необходимо вглядеться в прошлое, чтобы понять настоящее и увидеть контуры будущего»
Н. А. Назарбаев

О военных преступлениях СССР. Часть 2

1432 0
О военных преступлениях СССР. Часть 2
Катынский расстрел, Залещицкая трагедия, массовые убийства в Метгетене, Пшишовице и Налибоках, расстрелы под Орлом и в Львове…

Все это неполный список военных преступлений войск Советского Союза во времена Великой Отечественной войны. Редакция Qazaqstan Tarihy продолжает рассказ о бесчеловечных поступках советского солдата в условиях советско-германской войны

Еще одним поводом вспомнить советские военные преступления дает конец июня 1941 года и произошедшие тогда расстрелы во Львове. Вероломное вторжение фашистских сил Третьего рейха сокрушили советскую армию в первые недели войны. Агрессор продолжал проникновение вглубь страны. Терявшие позиции и силы Красная армия была вынуждена, помимо немецких войск, сражаться еще и с украинским националистическим подпольем, которое начало предпринимать активные действия с приходом немецких захватчиков. Украинские националисты разрушали коммуникации, убивали партийных служащих, сотрудников правоохранительных органов, обстреливали подразделения Красной армии, штурмовали львовские тюрьмы.

В условиях быстрого наступления немецкого врага и активацией подпольных националистических сил руководство г. Львов, куда направлялась немецкая армия, начало эвакуацию 5 145 (по состоянию на 10 июня 1941 года) заключенных и пленных в Башкирию, Северную Осетию, Архангельскую и Ивановскую области. Однако отсутствие необходимого количества железнодорожных вагонов, неорганизованность первых дней войны и скорость немецких войск сделали задачу по эвакуации заключенных невозможной. Вместе с тем, большевики не собирались допускать освобождения заключенных немцами.

24 июня Лаврентий Берия подписал приказ о необходимости расстрелять всех политических заключенных тех лагерей и тюрем, откуда невозможна эвакуация. Политических заключенных того времени считали «контрреволюционеров, осужденных за антисоветскую деятельность, саботаж и диверсии».

 

 

Первые массовые казни во Львове начались с прибытием в город заместителей глав НКВД и НКГБ УССР, в задачи которых входило обеспечение исполнения приказа Берии о расстрелах контрреволюционеров. Вместе с прибытием этих людей планы львовских чиновников об эвакуации заключенных были отменены.

Поначалу заключенные по-одному вызывались из камеры, шли под конвоем в тюремные камеры, где их расстреливали. Аврал заставил сотрудников НКВД ускориться: заключенных стали вызывать группами, а в последние часы до входа немцев в город чекисты расстреливали заключенных в камере через окошки для подачи пищи или бросали в помещения гранаты. Первые трупы были похоронены в братских могилах, позже – в камерах и подвалах. С 24 по 28 июня 1941 года в львовских тюрьмах погибло 4 140 заключенных.

На первых этапах советско-германской войны органы НКВД стали непосредственными исполнителями еще одного преступления против человечности – Залещицкой трагедии 4-5 июля 1941 года. Предпосылками к событию стал молниеносный подход немецких войск вглубь страны. Хаос, паника и беспорядки поставили советские органы НКВД перед невозможностью реализации плана эвакуации. Войска Красной Армии при отступлении разрушили железнодорожный мост через Днестр, что делало невозможным переправу железнодорожного транспорта. Сотрудники НКВД облили бензином, подожгли и сбросили в реку два эшелона с политзаключенными (14 вагонов и свыше 1000 человек) Чортковской и Коломыйской тюрем. Тех, кому удавалось выбраться расстреливали и хоронили в братской могиле молдавского городка Вадул-луй-Водэ. Это преступление большевики пытались поставить в вину немецким оккупантам.

Сентябрь 1941 года был омрачен расстрелом 157 политических заключенных в Медведевском лесу, к северу от Орла. В числе расстрелянных были заведующий гаражом и отделом снабжения Кузбасских рудников В. Арнольд, главный инженер треста «Кузбассуголь» М. Строилов, оппозиционер Х. Раковский, советник полпредства СССР в Германии С. Бессонов, основоположник советской кардиологии Д. Плетнев, руководители партии левых эсеров И. Майоров и М. Спиридонова,  преподаватель политэкономии Саратовского института механизации и электрификации сельского хозяйства П. Петровский, сестра Л. Троцкого и первая жена Л. Каменева Ольга Каменева, нарком финансов РСФСР В. Яковлева, и другие. Принятию решения об их расстреле предшествовал Указ Президиума Верховного Совета СССР о том, что Орловская область, как и ряд западных регионов страны, находится на военном положении. Это означало, что функции суда в условиях надвигающейся войны переходят в руки военного трибунала.

5 сентября 1941 года руководство Орловской тюрьмы составило список из 170 фамилий заключенных, в вину которых поставили «контрреволюционные» преступления. 6 сентября Л. Берия пишет письмо с фамилиями арестантов на имя Сталина, в котором ходатайствует о применении высшей меры наказания. В тот же день Сталин поддержал инициативу Берии, а 8 сентября Военная коллегия Верховного Совета СССР вынесла расстрельный приговор в отношении 161 человека (остальные девятеро либо не дожили до вынесения приговора, либо были освобождены после пересмотра дел). Многие из расстрелянных имели иностранное гражданство, в т.ч. и немецкий математик еврейского происхождения Ф. Нетер, за которого перед руководством СССР просил основатель современной теоретической физики Альберт Эйнштейн.

 

Cлева направо: Х. Раковский, М. Спиридонова, О. Каменева и С. Бессонов

 

В течение нескольких дней в город прибыла специальная оперативная группа, работники которой совместно с прокуратурой города работали над личными делами заключенных, пытаясь исключить возможность подмены арестантов. Вместе с тем, для подготовки места казни в Медведевском лесу выкапывались деревья, а после погребения вновь высаживались на свои же месте. В день казни, 11 сентября 1941 года, каждый заключенный посещал особую комнату, где ему в рот вставляли кляп и завязывали его тряпкой. В таком положении заключенный слушал свой приговор, после чего его сажали в автомобиль и вывозили на расстрел. Позднее, до осени 1941 года, в оккупированную Орловскую область частенько отправляли чекистов, в задачи которых входила проверка целостности захоронений.

 

Слева направо: Д. Плетнев, В. Яковлева, Фриц Нетер и П. Петровский

 

Особое место в истории военных преступлений занимают кровавые расправы советских и еврейских партизан в деревнях Налибоки и Канюкай. Фоном для этих событий стало продвижение немецких частей вглубь Польши, на что руководство СССР отреагировало мобилизацией советских партизанских соединений в Налибокской пуще. Начиная с 1943 года, партизаны, воевавшие на оккупированных территориях, оказались отрезаны от поставок продовольствия, что вынудило их прибегать к насилию, грабежам и убийствам местных жителей, обстрелу близлежащих деревень. В августе 1942 года жители оккупированных немцами польских деревень стали формировать отряды самообороны при поддержке немецких оккупантов. В марте 1943 года между руководителями партизан и отряда самообороны состоялось перемирие, а уже в апреле Центральный штаб партизанского движения потребовал подчинения от польских ячеек самообороны, на что последние не согласились. Отказ польских граждан стал поводом для расправы, состоявшейся 8 мая 1943 года, в которой погибло 128 поляков, в т.ч. женщины и дети. Исследователи говорят, что на тот момент в Налибокской пуще в составе партизан находилось порядка пяти тысяч человек, четверть из которых были еврейского происхождения.

 

Налибокская самооборона, 1942-1943

 

Похожая ситуация сформировалась и в литовской деревне Канюкай: из-за уменьшения количества поставок продовольствия  партизанские соединения начали отнимать продукты питания у местных жителей, которым помогали сформированные немцами подразделения самообороны. Между этими подразделениями и советскими партизанами происходили постоянные стычки, последняя из которых состоялась 29 января 1944 года. В этот день около 6 часов утра 120 партизан, в т.ч. 30 евреев, напали на деревню. Им противостоял отряд из 20 вооруженных ржавыми винтовками литовцев. Итогом этих боев стало убийство 46 местных жителей, в т.ч. 22 ребенка. Историки установили имена 38 жертв. Самому маленькому из них было 1,5 года, а 3-летняя девочка была убита партизанской пулей будучи на руках у матери. В этот день помимо человеческих жизней партизаны уничтожили 36 домов и 40 амбаров, зарезали 50 коров, 16 лошадей, 50 свиней и 100 овец.

Автор: Аян АДЕН

Комментарии

Для того, чтобы оставить комментарий войдите или зарегистрируйтесь
Бас редакторға сұрақ +7 707 686 75 81
Қазақша Русский English