«Нам необходимо вглядеться в прошлое, чтобы понять настоящее и увидеть контуры будущего»
Н. А. Назарбаев

Дети «врагов народа»

2901 0
Дети «врагов народа»
Портал Qazaqstan Tarihy публикует воспоминания Сауле Ходжиковой, дочери Кулахмета Ходжикова, о сложных переплетениях судеб детей величайших государственных деятелей Казахстана

Приступая писать статью, я долго не решалась и не знала, с чего начать свой рассказ. К счастью, выход нашелся. Им стала небольшая любительская фотография, которая находилась в семейном архиве моего отца, заслуженного деятеля искусств Казахской ССР Кулахмета Ходжикова. Фотография была снята мужем младшей дочери выдающегося государственного деятеля ХХ века Турара Рыскулова Риды - Робертом Маметжановичем Абдуллиным.

 

Слева направо: Шамиль Тубекович Исенгулов, Мариам Маджитовна Токжанова, жена Габбаса Токжанова, узница АЛЖИРа - подруга Азизы, Рашид Тубекович Исенгулов, Рида Тураровна Рыскулова, Сауле Тураровна Рыскулова, мать Роберта Валентина Михайловна Утмасина, супруга Шамиля Прасковья (Полина) Яковлевна Исенгулова (Жирякова), Азиза Тубековна Рыскулова (Исенгулова). Саида Алиевна Исенгулова (Минеева), супруга Рашида и Кулахмет Конгырходжаевич Ходжиков.

На снимке запечатлен важный момент лета 1959 года, когда вся семья Рыскуловых-Исенгуловых собралась в его доме по случаю рождения дочери Адели. Это фото сейчас впервые публикуется, и мы постараемся рассказать обо всех героях этого уникального снимка, судьбой которым была уготована тяжелая участь гулаговцев. Итак, по порядку. Каким образом в кругу Рыскуловых и Исенгуловых оказался мой отец станет понятным читателю позже.

В действительности, во многих событиях, как показала жизнь, мой скромный и малообщительный папа, будет играть определенную роль и быть связующим звеном в цепи родственных и других отношений между многими людьми. На мой взгляд, родные и близкие репрессированных находили между собой негласное понимание и сближались друг с другом каким-то внутренним чувством общего родства их трагических судеб.

 

«Лауреатник» и ЦОКС

Из всех искусств для нас важнейшим является кино.

В.И. Ленин

Молодая Рида Рыскулова, выйдя замуж за Роберта Абдуллина, жила в его доме по улице Пролетарской (ныне Зенкова). А по соседству с ними, за углом по улице Кирова (ныне Богенбай батыра), жили мы, в знаменитом доме «Лауреатнике». Знаменит был этот дом тем, что во время войны здесь жили, приехавшие в эвакуацию в Алма-Ату мастера советского кино из «Мосфильма» и «Ленфильма»: Эйзенштейн, Пудовкин, братья Васильевы, Ромм, Бабочкин, артисты Жаров, Целиковская, Жаков и другие. На базе этих прославленных киностудий в Алма-Ате в 1942 году была создана Центральная объединенная киностудия – ЦОКС. В нее также вошла только что созданная (фактически на бумаге), Алма-Атинская киностудия художественных и документальных фильмов. Киностудия ЦОКС стала, своего рода, идеологическим фронтом в Великую Отечественную войну и на ней снимались фильмы, которые в то время были очень необходимы бойцам, сражавшимся на фронтах. Они поднимали им настроение, их боевой дух, лечили их моральные и физические раны. Так случилось, что моему отцу посчастливилось попасть на эту киностудию. Кулахмет Ходжиков стал первым художником постановщиком, кто бок о бок проработал с прославленными кинорежиссерами страны на этой знаменитой киностудии.

Позже, после окончания войны и реэвакуации «Мосфильма» и «Ленфильма» на родину, на базе ЦОКСа была создана отечественная киностудия, которая самостоятельно стала выпускать национальные фильмы. Алма-Атинская киностудия художественных и документальных фильмов, в дальнейшем «Казахфильм», стала крупным культурным центром, где трудились многие мастера казахского кино. Среди них были также другие герои нашего рассказа – ведущий режиссер дубляжа Надия Тубековна Чумбалова, жена дяди моей мамы Гульжаужар Чумбаловой и младшая сестра супруги Рыскулова Азизы Тубековны, а также кинооператор Искандер Тынышпаев, сын лидера алашординского движения, инженера-путейца Мухамеджана Тынышпаева.

После окончания войны и отъезда ЦОКСа на родину, отцу была выделена в этом доме квартира. Я помню, как часто мимо нашего дома проходила с мужем молоденькая Рида. Оба они выглядели красивой супружеской парой. Лучистые, как у ее мамы, глаза Риды светились счастьем. На ее лице всегда была доброжелательная улыбка. Она бережно несла на руках конверт с новорожденной дочкой. Никто и никогда не смог бы по внешнему виду этой молодой девушки предположить, какие страшные мучения пришлось перенести ей, дочери Турара Рыскулова в раннем детстве. Но об этом позже. Причина же близости моего папы с семьей Рыскуловых заключалась не только в соседских отношениях. Трагические события политических репрессий, которые пережила наша семья Ходжиковых, а также многие другие семьи, стали одной большой общей бедой.

 

Кулахмет и Искандер - сыновья «врагов народа»

В 1941 году мой отец записался добровольцем на фронт. Он прошел военную подготовку и, перед самой отправкой на фронт, был отпущен в кратковременный отпуск домой. Здесь в Алма-Ате папа встречает Левина, своего педагога по стажировке в Ленинграде, которую он проходил в 1934-1936 годах как художник-сценограф в художественной студии при Большом драматическом театре имени М. Горького. Моисей Зеликович Левин сообщил, что ЦОКС крайне нуждается в казахских художниках для съемок фильмов на национальную тему, и повел его к Эйзенштейну – художественному руководителю новой студии. Несмотря на возражения отца, Сергей Михайлович Эйзенштейн убеждает его и руководство республики в необходимости освобождения Кулахмета от фронта. ЦОКС добивается, чтобы Правительство Казахстана выделило Ходжикову бронь. Надо сказать, что Сергей Михайлович помог не только одному молодому казаху, сыну «врага народа» Кулахмету Ходжикову. Спас он от гибели многих талантливых людей, например, сценаристов Войнова, репрессированного Ермолинского и других. В то время многие из состава ЦОКСа пострадали от сталинских репрессий.

Позже папа будет участвовать в создании первых национальных кинолент, а затем фильмов киностудии «Казахфильм» таких, как «Меня зовут Кожа», «Алдар косе», «Кыз Жибек». А одним из первых фильмов, на котором отец работал в содружестве с мосфильмовцами, был фильм-концерт «Под звуки домбр», где снялась и моя мама – первая казахская пианистка и музыковед Гульжаухар Чумбалова. Наверное, тогда, на съемках фильма-концерта, сошлись и поженились мои родители. Свадебная вечеринка была скромной. Время было тяжелое. Шла война. Присутствовали только близкие друзья: мамина подруга по музучилищу, которая работала тогда уже в кино Дарига Тналина (в 1938 году ее сестра Загфи также была репрессирована и сослана на три года в КарЛАГ за своего мужа Алибаева Абата, работавшего редактором Казгосиздата), и друг братьев Ходжиковых Искандер Тынышпаев. Родители друзей – Конырходжа Ходжиков и Мухамеджан Тынышпаев были тоже большими друзьями и соратниками. В 1917-1918 году вместе входили в первое национальное Временное правительство Туркестанской (Кокандской) автономии. Первым главой автономии, премьер-министром являлся М.Тынышпаев, а мой дед К. Ходжиков – ответственным секретарем. После вооруженного разгрома Туркестанской автономии Мухамеджан и Конырходжа вдвоем покинули Коканд. Затем после ее разгрома и распада Алашорды, в 1921-1922 годах преподавали в Киргизском институте народного образования (Киринпросе) в Ташкенте. Позже будут активно работать в новых условиях на различных участках строительства молодой республики. Дружбу своих отцов продолжали их сыновья – известные казахские кинематографисты: Кулахмет и Султанахмет Ходжиковы и Искандер Тынышпаев. В содружестве ими были сняты несколько замечательных кинолент.

 

Турар и Мухамеджан

Добрые отношения существовали у Тынышпаева и с Рыскуловым также. Они сложились еще в ранние годы, когда Мухамеджан Тынышпаев помог молодому Турару финансами, чтобы он продолжал свое обучение, что сыграло важную роль в его судьбе и, возможно, дало старт карьере молодого революционера. Рыскулов никогда не забывал об этом, и, в свою очередь, также платил семье М. Тынышпаева взаимностью. В знак уважения Тынышпаеву, он назвал своего первенца Искандером, в честь сына Мухамеджана – Искандера-ага. Когда они приехали в Ташкент, Тынышпаевы жили по улице Долинская 17, а Рыскулов со своей супругой, по-видимому, с Надеждой Константиновной Пушкаревой и сыном от предыдущего брака Искандером (Шуриком) поселились рядом, в соседнем доме по улице Долинская 15. Их добрые отношения вызывали раздражение у партийного руководства. В 1929 году Тынышпаев с семьей переехал в Алма-Ату, они жили в трехкомнатной квартире по ул. Красноармейской (Панфилова) и Комсомольской (Толе би). Первая супруга Мухамеджана и мать Искандера Гульбахрам Чалымбекова (дочь военного врача Садвакаса Чалымбекова) к тому времени умерла. Рыскулов, приезжая в Алма-Ату, всегда останавливался в квартире Тынышпаева, спал в его кабинете, на что Голощекин высказывал большое недовольство, упрекая Рыскулова в том, что он живет у алашординца Тынышпаева.

Турар очень тепло относился к Искандеру. Отец Искандера Тынышпаев-старший, будучи инженером, в свое время блестяще окончивший Санкт-Петербургский институт инженеров путей сообщения, мечтал о том, чтобы и его сын пошел по его стопам. В 1927 году Искандер Тынышпаев, видимо, не без помощи Рыскулова, поступает в Политехнический институт на электромеханический факультет в Ленинграде. Но учеба здесь его не привлекала. Искандер Тынышпаев снимается на «Ленфильме» в фильме «Голубой экспресс» в роли китайца и с этого момента влюбляется в кино. В результате он бросает Политехнический институт и переводится во ВГИК. Затем Турар Рыскулов посылает его еще будучи студентом в Алма-Ату и привлекает к организации Казахского отделения Всероссийского треста «Востоккино», призванного производить документальную кинолетопись освобожденного Востока. Начиная с этого момента, Тынышпаев-младший связывает свою судьбу с документальным, а затем и игровым кино. Уникальные кинокадры строительства стройки века, проекта самой длиной железнодорожной магистрали – Турксиба, задуманного и осуществленного Тураром Рыскуловым, были сняты кинооператором Искандером Тынышпаевым. Непосредственное строительство железной дороги Рыскулов поручил первому казахскому инженеру-путейцу Мухамеджану Тынышпаеву.

Искандер-ага рассказал мне что, его отец не оставался равнодушным и к личной жизни Турара. Неудачные браки, оставленные на его попечение дети, вызывали озабоченность у Мухамеджана Тынышпаевича. По-человечески, он сочувствовал Турару. Рыскулов был большим авторитетом в среде международного коммунистического движения. Большого мнения о нем была и партийная элита страны. Фрунзе, Орджоникидзе и даже Сталин выделяли его из числа деятелей Средней Азии и Казахстана. Они давали высокую оценку его интеллекту и уму, как единственному человеку среди национальных кадров. Конечно же, Рыскулов – один из выдающихся политических деятелей, занимавший высокие посты: Заместителя Председателя Совнаркома РСФСР – на протяжении более десятка лет, что по длительности пребывания на высокой государственной должности явилось своеобразным рекордом в области государственного управления; а также Полномочного Представителя Коминтерна и многих других больших должностей, несомненно, нуждался в верной и достойной спутнице жизни, которая разделила бы его сверх напряженную активную жизнь государственного мужа.

В один из дней, Мухамеджан Тынышпаев вызвал сына и между ними состоялся примерно такой разговор:

– Искандер, надо женить Турара и чтобы она была настоящей женой твоему «дяде».

– Почему, я, а не Вы, папа? В семье Тынышпаева было принято, называть родителей на «Вы». К Рыскулову дети обращались, как «дядя».

– Потому что ты знаешь много хороших девушек.

Действительно, Искандер пользовался большим успехом у женщин, он был завидным женихом, и многие красивые девушки «числились» его невестами. В их числе была и Азиза Исенгулова.

 

Семья Азизы Исенгуловой

Азиза Исенгулова была дочерью врача-ветеринара русского казачьего войска Тубека Исенгулова. Мать Тубека рано осталась вдовой и по казахским обычаям ее хотели отдать замуж за брата умершего мужа. Но независимая по характеру она отказывается от насильственного брака и с грудным ребенком на руках тайно сбегает из Узун-Агача, пешком добирается в город Верный (ныне Алматы), где устраивается жить во дворе губернатора. Приемный отец Тубека, приютивший беглецов, служил конюхом и дворником у губернатора. Тубек, выросший при дворе губернатора, с детства знал повадки лошадей, умел за ними ухаживать. Он выучился с местными детьми, закончил школу, что позволило ему по разверстке поступить в Казанский университет на ветеринарный факультет. После окончания университета, Исенгулов становится дипломированным врачом ветеринаром, возвращается служить в Семиречье. Затем Тубек Исенгулов женится на красавице из Кульджи, татарочке Арифе Минеевой.

Арифа Минеева и Тубек Исенгулов, ветеринарный врач. Джаркент. Семиреченская обл.

В их семье родятся четверо детей: Азиза, Рашид, Шамиль, Надия. Ареал обслуживания Исенгуловым конной армии простирался на огромные расстояния от северо-запада Семипалатинска до южных границ Казахстана. Исенгулов успешно справляется со своими обязанностями, дослужится до чина полковника. Он был один из немногих, если не единственным ветеринарным врачом казахом в царской армии, кто был удостоен высокого чина. Исенгуловы бывали в Санкт-Петербурге, где участвовали на приемах и балах. На одном из них Арифу Минееву признали первой красавицей. Но вскоре Тубек умирает, дети остаются без отца, с матерью Арифой Атауловной. Самая старшая по возрасту Азиза принимает ответственное решение - идти по стопам своего отца. Она поступает учиться на ветеринарного врача.

 

Сватовство Азизы

По желанию отца Искандер Тынышпаев приступил к сватовству. Он выкрал из альбома Азизы ее фотографию и показал Рыскулову. Турару она сразу очень понравилась. Белокожая, с большими карими глазами, со стройной фигурой Азиза унаследовала черты своей матери, слывшей в Кульже и за ее пределами первой красавицей, а статностью она пошла в своего отца.

- Где она сейчас? Чем занимается? - глядя на фотографию, стал расспрашивать Искандера Рыскулов. 

- Она сейчас учится на 2 курсе ветеринарного института, - и Искандер подробно рассказал о семье Исенгуловых. 

В итоге, смотрины Исенгуловой Азизы прошли успешно. 

Тогда, прихватив свой любимый фотоаппарат, с которым он никогда не расставался, Искандер направился к Азизе с предложением выйти замуж за Рыскулова. 

Азиза в то время находилась на практике в Кокчетаве. 

Узнав о приезде Искандера Тынышпаева, она вышла к нему на встречу.

- Я приехал тебя сватать! - с ходу выпалил прямолинейный Искандер.

- За себя, что ли? - насмешливо спросила Азиза.

- Нет, я от тебя отказываюсь. Выходи замуж за Турара Рыскулова. Это очень большой человек!

- Не знаю…- в нерешительности произнесла Азя.

- Мой папа велел тебе выйти за него.

Она была не знакома с Тураром и возможно, не знала о нем. Турар Рыскулович уже много лет жил в Москве и работал там заместителем председателя Совнаркома РСФСР и к тому времени он был разведен и имел детей. Уже позже, после освобождения и выхода Азизы Тубековны и самого Искандера Мухамеджановича из лагерей, он тоже в 1938 году был осужден на 10 лет, когда они вновь встретились.

- Почему ты выдал меня за Рыскулова? - спросила она его.

- Потому что ты была чистой, из очень порядочной и хорошей семьи, - ответил Тынышпаев Искандер.

Рыскулов потом шутил, когда в гости к ним приходил Искандер: «Наш главный құда (по-казахски, сват) пришел. Угощайте его!».

Так, по словам Искандер-ага, состоялось сватовство Азизы Исенгуловой за Турара Рыскулова.

 

 

Для начала, чтобы познакомиться поближе Рыскулов пригласил Азизу в Москву. Он, соблюдая дистанцию, долго и тактично ухаживает за ней. Водит по театрам и ресторанам, они бывали в цирке. Турар Рыскулович понимал, что между ними большая разница в возрасте, ждал, когда она привыкнет и полюбит его. Более того, он не скрывал этого и даже успокаивал Азизу, что, в случае, если это помешает ей выйти за него, человека намного старше ее и она не решится на брак с ним, обещал отступиться и сохранить дружеские отношения.

Вернувшись домой, Азиза сообщила семье о ее решении выйти замуж. Но она поставила Турару одно условие - вся ее родня будет жить с ней вместе. Человек слова, Турар предоставил свой персональный вагон и увез всю семью Азизы в Москву, где они стали жить вместе с его детьми Майей и Искандером (Шуриком). В 1933 году появилась на свет Сауле, а в 1937 через сорок дней после его ареста родится дочь Рида, которую Турар никогда не увидит.

 

Мать Арифа Минеева с детьми Исенгуловыми: слева направо Шамиль, Азиза, Надия, Рашид. Москва. 1935

 

1937-1938 годы

1937-1938 годы стали трагическими в истории Казахстана и всего советского народа. Началась печальная эпоха – вторая волна сталинских политических репрессий в СССР. Пошли повальные аресты. Одни за другими пустели дома, квартиры, исчезали целые семьи. Людей забирали без суда и следствия в тюрьмы и лагеря. Сотни тысяч людей в одночасье оказались «врагами народа». Им предъявляли нелепые обвинения в шпионаже в пользу Японии, антисоветской пропаганде, террористической деятельности, контрреволюционных преступлениях, диверсиях. Массово объявляли анархистами, диверсантами, троцкистами, правыми, левыми, меньшевиками и эсерами, националистами и белоэмигрантами и т.д. Квартиры и имущество конфисковались. В тюрьмы отправляли также ни в чем не повинных женщин и детей.

Политические репрессии коснулись и нашей семьи. Арестовали почти всех родных и знакомых Ходжиковых. Мои родители - отец Кулахмет Ходжиков и мать Гульжаухар Чумбалова стали детьми «врагов народа». В январе 1938 года был арестован отец папы Конырходжа Ходжиков, а уже 15 февраля он был осужден, приговорен к ВМН (высшей мере наказания) и расстрелян. В 1957 году Ходжиков Конырходжа был реабилитирован посмертно. Видный общественный и государственный деятель, ученый-краевед, блестящий знаток истории, культуры и языков среднеазиатских народов, он выступил в свое время реформатором и организатором школьного образования в Казахстане и Средней Азии, был известен не только в дореволюционном Казахстане, но и во всем Туркестанском крае. В 1912 году на чагатайском написал «Әліппе» – первый букварь для новометодной школы, в том же году историческую поэму к 300-летию дома Романовых. В 1917 году Конырходжа Ходжиков входил в первое Национальное собрание Туркестанской Автономии, где был ответственным секретарем. Во время размежевания республик, именно Ходжиков выдвинул лозунг: «А не пора ли, казахам называться казахами, а не киргизами!», а будущую столицу республики Ак-Мечеть предложил переименовать в Кзыл-Орду. Перед арестом, в 1936 году, он работал в публичной библиотеке, формировал фонд редких книг, принимал участие в создание первого уникального сборника «Прошлое Казахстана в источниках и материалах». К сожалению, арест и расстрел деда прервали его планы и много созидательных предложений и дел оказались не осуществленными.

Ранее деда в 1937 году был арестован старший брат моего отца, Ходжахмет Ходжиков - талантливый график, плакатист, первый казахский художник, учившийся на курсах ВХУТЕМАСА в Москве. Он был осужден на 10 лет с отбыванием срока в Заполярном круге. Как известно, там круглый год стоит полярная ночь. Температура воздуха зимой доходит до 40-50 градусов мороза. Ходжахмет работал прорабом-мастером на строительстве дорог в тундре. После 6 лет каторжных работ, тяжело заболев, был отпущен домой умирать, как безнадежно больной. Благодаря усилиям семьи, матери Латипы и брата Кулахмета, боровшихся за его жизнь, прожил еще около 10 лет. Однако, в 43 года, в самом расцвете сил, Ходжахмет скончался, не успев реализовать свой большой талант.

На моего отца, который был старшим после арестованного Ходжахмета, легло клеймо сына «врага народа», он находился под домашним надзором органов. К нам каждый вечер приходил офицер НКВД и следил за отцом до ночи. Папу долгое время никуда не принимали на работу. Ему порой приходилось с остальными младшими братишками-подростками, детьми наших арестованных родственников (Ходжановых, Дивеевых и др.), которые жили у нашей бабушки Латипы, ходить разгружать на станции вагоны, чтобы заработать хоть какие-нибудь средства на еду.

В 1937 году из г. Ташкента в г. Москву вызвали зятя Султанбека Ходжанова, где он был расстрелян в первой пятерке партийного руководства Казахстана.

Конырходжа Ходжиков и Султанбек Ходжанов доводились зятьями. Они были женаты на родных сестрах Лятипе и Гулямдам Мунайтбасовых-Лапиных. Гулямдам забрали в тюрьму, а потом отправили в АЛЖИР как жену «врага народа» . Квартиру отобрали, а маленьких сыновей - Нурлана и Арстана, отдали в детский дом (позже Латипа-апа заберет племянников к себе).

Ранее был арестован и выслан вместе с семьей старший брат Латипы, Абдрахман Мунайтбасов. Как жена «врага народа» помещена в тюрьму и сослана в лагерь «АЛЖИР» ее племянница Рабига Лапина, жена выдающегося государственного деятеля Санжара Асфендиарова, который также был расстрелян в 1938 году.

Арестовали и расстреляли ее сводного брата, полпреда Совнаркома КазССР в Москве Шакира Дивеева, а его жену Фатиму Кадыровну тоже заключили в АЛЖИР.

Все друзья и знакомые, которые составляли цвет общества, были интеллигентными и образованными людьми, вдруг оказались «врагами народа». Разум отказывался воспринимать это. 

 

Рыскуловы и Чумбаловы

Среди родных моей мамы Гульжаухар Чумбаловой был репрессирован ее дядя – Касым Чумбалов, первый казах механик-авиатор. Мама с Касымом были почти ровесники и были очень дружны. Его также арестовали и отправили в Ухтимжимский лагерь НКВД СССР. Маме вместе с ее дядей Таиром Чумбаловым было разрешено отправлять ему передачи.

Касым и Гульжаухар Чумбаловы.1936.

Сохранились свидетельские документы, которые в настоящее время демонстрируются в экспозиции музея политических репрессий в «Жаналыке» под Алматы – месте самого большого массового захоронения в Казахстане. Там, по приблизительным данным, было тайно расстреляно и захоронено около 4500 невинных жертв.

Заместитель наркома здравоохранения КАССР Мажит Чумбалов. 1923-1928 гг.

В 1938 году был также репрессирован ее двоюродный дед знаменитый медик, замнаркома здравоохранения, организатор аптечного дела и противочумных станций Мажит Чумбалов.

Турар Рыскулов и мамин дядя, профессор Таир Чумбалов доводились друг другу свояками, были зятьями, тоже были женаты на родных сестрах - Азизе и Надие Исенгуловых.

 

Турар Рыскулов, муж Азизы, и Таир Чумбалов, муж Надии.

 

Сестры Исенгуловы. Ветеринарный врач Азиза Тубековна Рыскулова и кинорежиссер Надия Тубековна Чумбалова. 1970 год.

 

АЛЖИР - 26-ой точка спецотделения Карлага НКВД

Счастливая семейная жизнь Рыскуловых оборвалась в страшный 1937 год. 21 мая 1937 года арестовали Турара Рыскулова. Через два месяца, 26 июля 1937 года, в Москве забрали младшего брата Азизы, двадцатилетнего Шамиля Исенгулова – шофера транспортного отдела ЦИКа СССР и ВЦИКа.

 

Он был арестован по делу Рыскулова и осужден на 5 лет, срок он отбывал в Ухтинском лагере Коми АССР. Работал в леспромхозе шофером, возил лес с лесоповала на склады в город Ухту.

Шамиль Тубекович был очень одаренным человеком. Самостоятельно выучился игре на различных музыкальных инструментах. Играл настолько превосходно, что его приняли в оркестр Леонида Утесова. Он мог стать отличным музыкантом.

 

Шамиль Тубекович Исенгулов, узник У.И.Л. Н.К.В.Д.

Но репрессии и арест, которым он несправедливо был подвергнут, исковеркали его жизнь.

В детстве мы часто бывали в гостеприимном доме дяди Таира и тети Нади, я помню его и его супругу тетю Пану, с которой он приехал из заключения. Шамиль заступился за свою сестру, когда шел обыск и конфискация вещей Рыскулова. Он сказал людям из НКВД, что многие вещи, которые они забрали, принадлежат самой Азизе. Они были куплены на ее собственные средства, поскольку она самостоятельно зарабатывала, работая ветеринарным врачом. Такого заявления органы не могла простить. Он тут же стал первым родственником, арестованным вслед за Рыскуловым.

Из Ухтинского исправительного лагеря Шамиль Тубекович вышел больным и морально опустошенным.

Вслед за Шамилем Исенгуловым арестовали старшего сына Турара Рыскулова недавнего школьника, семнадцатилетнего Искандера, тоже «проявившего чрезмерное рвение» – он посмел интересоваться судьбой своего арестованного отца.

Шурика сослали в Онеглагерь, где он заразился тяжелой формой туберкулеза легких.

В 1939 году его освободили, как безнадежно больного и отправили умирать домой.

В том же году он вернулся в Москву, на следующий год скончался. Ему едва исполнилось двадцать лет.

 

 

Искандер (Шурик) Рыскулов. Москва. 1924 год.

 

В феврале 1938 года по делу Рыскулова забрали пятидесятилетнюю тещу Рыскулова – Арифу Атауловну Минееву-Исенгулову. Ей дали 8 лет и отправили в КарЛАГ, как ЧСИР (члена семьи изменника родины).

Ее сын Шамиль, скучая по своим родным, писал ей из своего заключения:

«Мамочка, милая успокойте своего любимого сына. Утешьте его я согласен по новой взять срок только быть вместе с Вами»

(пунктуация сохранена, как в оригинале).

Арифа Атауловна просидела в лагере долгие восемь лет. Она скончалась в возрасте пятидесяти восьми от кровоизлияния мозга. В этом же лагере находилась ее дочь Азиза, но встретиться им не удалось.

 

 

Ужасная участь ареста не миновала и старшую дочь Рыскулова, восьмилетнюю Майю. Ее органы обвинили в том, что она не донесла на своего отца – «врага народа», и поместили в детдом тюремного типа с колючей проволокой на окнах. Как писала Сауле Тураровна, ее в четырехлетнем возрасте забрали вместе с Майей и отправили в Дубчанский детский дом в Одесской области. Дети голодали, Майя, как старшая, водила младшую сестренку за руку в столовую, где они просились помыть посуду, чтобы получить какую-нибудь еду.

Когда девочки заболели золотухой, их поместили в подвал и обмазывали дегтем. У Сауле болезнь протекала тяжелее. Она была вся покрыта болячками. В подвале крысы сгрызли подол ее чесучового платья и принялись грызть корки на ее голове. Майя, выздоровевшая раньше, продолжала приходить к Сауле в подвал и просовывала ей в решетку печенье. Истошные вопли страха и отчаяния долго еще бередили душу Сауле и сохранились в ее памяти на всю жизнь.

Позже из приюта Майю заберет Надежда Константиновна Пушкарева, а Сауле – жена дяди Рашида, Саида Алиевна.

После войны в 1949 году также, как и ее старший брат Шурик, Майя начала интересоваться в компетентных органах судьбой своего отца, за что, как «социально опасный элемент» она вновь получила пять лет ссылки и была отправлена в далекий Казахстан.

В начале войны в 1941 году Сауле вновь попала в детдом в Челябинской область. Только в конце войны, через пять лет ей разрешат жить в семье дяди Рашида, который, как родственник репрессированных, навсегда лишился карьеры – должности и работы дипломированного авиационного инженера, окончившего престижный Московский авиационной институт. Но окончательно Сауле заберет к себе самая младшая из сестер Исенгуловых – Надия Тубековна Чумбалова. Именно, она станет для нее ангелом хранителем и практически заменит ей мать. Надия Тубековна привезет с собой из Москвы Сауле в солнечную Алма-Ату. Будет отмывать, кормить, лечить душу и тело девочки.

После ареста бабушки Арифы в апреле 1938 года наступил черед жены Рыскулова Азизы Тубековны. К ней органы проявили «гуманность», поскольку она была на последнем месяце беременности, ее оставили в конце длинной очереди арестов домочадцев Рыскулова. Но, как только Азиза Тубековна родила, через месяц с лишним, ее незамедлительно арестовали и с грудным ребенком на руках отправили, как ЧСИР, в печально известный лагерь АЛЖИР. Здесь, в АЛЖИРе, в бывшей 26 точке спецотделения Карлага НКВД, сидели жены и сестры государственных деятелей, военачальников, писателей, артистов и многих других известных и малоизвестных людей. Их было сотни тысяч.

До трех лет малышка Рида находилась при матери. По правилам ИТЛ (исправительно-трудового лагеря), грудные дети находились в отдельных яслях – бараке, куда матери ходили кормить детей по определенным часам. Но, по достижению трех лет, всех детей отбирали у матерей и отправляли в различные детдома. Большего изуверства над людьми трудно себе представить! Несчастные матери от горя и отчаяния сходили с ума, кончали собой.

Самой одиозной и печальной славой в Карлаге слыл детприемник под названием «Мамочкин дом» с «Мамочкиным кладбищем». Бедные дети находились в кошмарных условиях содержания. Голод, холод, болезни. К примеру, многие малыши еще не умели есть самостоятельно. Грубые воспитатели на скорую руку запихивали им еду в рот, которую детки не успевали прожевать и проглатывать. Они не доедали, все время были голодные. Все постоянно ходили грязные и обмоченные. Многие болели, партиями умирали. Зимой в Карагандинской области земля сильно промерзала, было трудно закапывать умерших. Трупики собирали в бочках из-под керосина и так они стояли до весны.

Трехлетнюю Риду, поместили в Осакаровский детдом. Обстановка была такой же ужасающей. Тот же голод, страх, грязь, болезни, вши.

У чуть подросшей Риды завшивленность была настолько запущенной, что в ранках от расчесов от вшей в волосах девочки завелись черви. Когда она расчесывалась, черви сыпались с ее головы.

За малую провинность детей наказывали, помещали в мокрые подвалы, туда же клали больных детей. Голодающие дети собирали и ели мышиный, крысиный помет. Спали по два ребенка на одной кровати. Однажды, девочка, с которой Рида спала в одной кровати, не проснулась. Она умерла от голода. Два дня она лежала мертвой, ее считали спящей.

Когда Азиза Рыскулова прибыла в лагерь, как рассказывала мне Гулямдам Ходжанова, все женщины ходили поглядеть на нее. Но из-за уважения к Азизе Тубековне, сама она этого открыто не делала. Чтобы не смущать Азизу, Ходжанова делала это тайком. Позже Гулямдам назначили пасти скот. При случае она передавала Азизе молоко, для маленькой дочери.

Однажды с Гулямдой Ходжановой произошел несчастный случай. Взбесился бык, который стал раскидывать вокруг себя всех и напал на нее. Для усмирения быка вызвали Азизу Рыскулову, которая работала ветеринарным врачом. Апа замерла от страха за Азизу, но та спокойно подошла со стороны к быку, и он утихомирился через минуту-другую.

В лагере от животного пострадала также наша няня - Дивеева Фатима-апа. Она отсидела восьмилетний срок в Акмолинском отделении Карлага. Жена Полномочного Представителя Совнаркома в Москве, разъезжавшая по стране с супругом в отдельном представительском вагоне, в АЛЖИРе Дивеева чистила туалеты и управляла лошадью, развозившей лагерное дерьмо. Однажды лошадь неожиданно тронулась, телега с груженой бочкой переехала ей ногу, после чего она постоянно у нее болела. Большая вмятина на ступне осталась на всю жизнь памятным увечьем. Но Фатима-апа никогда не рассказывала и не жаловалась на свою лагерную жизнь. Единственное, о чем она сокрушалась, что ее любимый «старик» не дождался выхода из заключения. Она верила в то, что нарком Дивеев скончался от разрыва сердца, узнав о своей невиновности. Эту, придуманную в стенах НКВД сказку, о якобы естественной смерти заключенных, я слышала неоднократно. К примеру, говорили, что и наш дед К. Ходжиков умер от бронхиальной астмы. Тетя Азя приходила навещать Фатиму-апа к нам домой. В лагере между ними были добрые отношения.

В гостях у Кулахмета Ходжикова в доме бывшем «Лауреатник» в Алма-Ате,1960-е. Слева направо: узница АЛЖИРа Ф.К. Дивеева, Ходжиков К.К. художник-постановщик «Казахфильма», сын «врага народа», А.Т. Рыскулова (Исенгулова) узница АЛЖИРа, О.К. Пушкарева жена Дж. Досмухамедова, сестра второй жены Т. Рыскулова – Н.К. Пушкаревой

Сталинские репрессии прошлись как каток по судьбам почти всех членов семей осужденных, сломали им жизнь.

«В семье Рыскулова дети, выросшие без родной матери, несли лишь воображаемый ее образ. Мать долгие годы не видевшая своих детей, вообще не представляла их повзрослевшими. Мы, две сестры, встретились фактически не знакомыми. Наступил период узнавания друг друга, привыкания. Долгое время мы не могли произнести слово «мама». Наконец, я, как старшая, начала его выговаривать, но называла маму только на «Вы». За мной последовала сестра. Разве это не трагедия?», - писала Сауле Тураровна.

Многие родственники и знакомые отвернулись от них. Таких, как они, не принимали в вузы, выпускников школ лишали под всякими предлогами медалей, поступившим в вузы, не давали общежитий. Сауле поступала на химический факультет университета. Сдала на отлично экзамен. Но один из членов приемной комиссии зачеркнул, написанное без ошибок ее сочинение и поставил 4. Тоже, самое, было с физикой. И только заступничество и хлопоты мамы лучшей подруги по школе – Фани Вульфовны Дрейцер, работавшей в райкоме партии заведующей отделом пропаганды и агитации, помогли ей поступить в медицинский институт.

Сауле Тураровна с отличием закончила медицинский институт, защитила докторскую степень, стала крупным ученым биохимиком, академиком МАИН. Рида Тураровна стала прекрасным знатоком английского языка, долгие годы проработала в московском Интуристе. Все дети Турара Рыскулова, несмотря на величайшие трудности и испытания, которые выпали на их долю, остались достойными наследниками своего великого отца, беззаветно их любившего!

Турар Рыскулов – член ВЦИК, заместитель председателя Совета Народных Комиссаров РСФСР

 

Сауле Кулахмедовна ХОДЖИКОВА,

исполнительный директор Республиканского историко-просветительского общества «Адилет», культуролог, член Союза художников и Союза кинематографистов Казахстана (Алматы, Казахстан)

 

Редакция благодарит автора за предоставленные уникальные фотографии.

Комментарии

Для того, чтобы оставить комментарий войдите или зарегистрируйтесь
Бас редакторға сұрақ +7 707 686 75 81
Қазақша Русский English