«Нам необходимо вглядеться в прошлое, чтобы понять настоящее и увидеть контуры будущего»
Н. А. Назарбаев

Слава, сделанная руками Мариам

2234 0
Слава, сделанная руками Мариам
Середина 20-х годов ХХ века. Мариам, дочери покойного Кожахмета, шел шестнадцатый год, а Сабит тяжело переживал смерть супруги Рахимы и сына Арыстана

Он был на десять лет старше ее, а она еще в детстве была засватана за другого. Портал Qazaqstan Tarihy расскажет о трудностях, с которыми столкнулись Сабит и Мариам на пути к счастью, ведь их история во многом повторяет судьбы многих казахов того времени

Мало кто знает, но до появления Мариам Сабит уже был женат. Его супругу звали Рахима, она была дочерью бая Косшыгула.

В начале 20-х годов прошлого века советское миропонимание начало активно проникать в жизнь казахов, но байское сословие все еще жило по многовековым степным законам – семья жениха обязана была внести калым за невесту. У молодого Сабита было многообещающее будущее, но сирота, сын бедняка, не имел средств для выплаты калыма за дочь Косшыгула. Однако долгие споры с отцом, лояльность самой Рахимы и, не в последнюю очередь, советские законы, обещавшие равные права для всех, позволили Сабиту и Рахиме быть вместе.

У четы вскоре родился сын, которого нарекли Арыстаном. Семья в те годы жила в Петропавловске, в доме муллы Мехди Агисова. Весной 1926 года семье Мукановых пришлось съехать в старый, обветшалый дом. В один из морозных дней Рахима тяжело заболела. Приехавший врач лишь поставил диагноз – скоротечная чахотка. Рахима умерла в апреле 1926 года. А в мае серьезно заболел Арыстан, 12 мая 1926 года младенец умер от кори.

Смерть первенца была большим горем для писателя. В память о сыне Сабит Муканов написал стихотворение «На смерть ребенка»:

 

Говорят, ребенок – это сердца часть…

Сердце мое, сердце рвется, горячась…

Все в груди пылает, рана душу жжет…

Что могу я в горе написать сейчас?

Арыстан мой милый, жеребенок мой.

Нет, тебя не вырвать из сердца долой.

Видно, я старею, гаснет свет в глазах…

Разве человек я, зверем горе вой!

Взор отцовский застит горьких слез поток,

Но твоей улыбки я понять не мог.

Так душа ребенка покидала плоть.

Почему не крикнул? Как ты занемог?

Почему, скажи ты, жив я, невредим?

Я в бездонном море с бедствием своим,

Вытянулись ножки, в тельце нет огня.

Кровь остановилась, сын мой недвижим.

Арыстан! Не слышу, как ты плачешь – «нга»!

Хороню тебя я, все закрыла мгла…

На могилу свежую падаю без сил

Бьюсь о землю горько, мой ушедший сын!

 

Современники говорят, что Сабит Муканов сильно переживал гибель семьи. Друзья и родственники постоянно справлялись о его здоровье, а сам он постоянно навещал могилы Рахимы и Арыстана. Однажды его пригласили в гости, где после трапезы начали обсуждать кандидатуры невест для Сабита.

Достойную девушку нашли быстро. Ей оказалась пятнадцатилетняя дочь покойного Кожахмета Мариам, которая после смерти отца воспитывалась дома у бабушки Зейнеп-байбише. Она, как говорят современники, отличалась послушанием, прилежностью в работе, услужливостью, стыдливостью и честностью, словом, всем, на что обращали в то время внимание сваты.

Родственники Зейнеп поговаривали, что мать Мариам Бят была довольно легкомысленной и болтливой женщиной. После рождения дочери она была засватана за сына ходжи Нурпеиса. Однако после смерти мужа эти договоренности были забыты. Сама Бят вскоре вышла за шурина Хаджимурата, а маленькая Мариам была отдана в дом бабушки.

Вскоре друзья и родственники Сабита Муканова отправились к Зейнеп. Она, в свою очередь, с этой весточкой пришла к внучке, добавив от себя лишь то, что не будет перечить ее воле. Мариам после недолгих раздумий все-таки согласилась выйти замуж за Сабита. Но даже согласие бабушки-опекуна и невесты не давали возможности назвать женитьбу свершившимся фактом.

Вместе с вестью о скорой свадьбе Сабита и Мариам в дом Зейнеп прибыли родственники ходжи Нурпеиса. Тогда-то Зейнеп попросила сторону Сабита прибегнуть к помощи закона, а именно – к помощи милиции. Для бабушки важно было не допустить ухудшения отношений с Нурпеисом, а потому она предложила Сабиту пойти на уловку. Суть ее заключалась в том, что Сабит должен будет прийти к Зейнеп вместе с сотрудниками милиции, а сама Зейнеп будет яростно сопротивляться уходу внучки. В конце концов яростное сопротивление Зейнеп вынудит милицию спросить Мариам о ее желании, а она, в свою очередь, выберет сторону Сабита. Эта хитрость должна будет увести из-под байской опалы семью Зейнеп и в то же самое время дать правовое обоснование свадьбе Мариам и Сабита.

Чтобы план сработал Сабиту требовалось договориться с милицейским начальством, а именно с Баязитом Тлегеновым, председателем волисполкома. Он выслушал план Сабита и усомнился в том, что девушке хватит отваги обидеть родственников, выбрав Сабита. Но сам Сабит ничуть не сомневался в девушке. Он попросил Б. Тлегенова отправить к дому Зейнеп троих: начальника волостной милиции Самаркана Джумадилова, младшего милиционера Касыма Садвакасова и председателя первого аулсовета Имана Токпанова.

Баязит Тлегенов послал троих человек в дом Зейнеп. Они забрали девушку с собой в отделение милиции, у которой уже толпились всадники из числа родственников ходжи Нурпеиса, а также мать девушки Бят с мужем Хаджимуратом, бабушка Зейнеп и брат Шугаип. Люди Нурпеиса были вооружены тяжелыми дубинками и в целом были готовы к столкновениям с людьми Сабита.

К слову, большую часть времени девушка находилась под присмотром милиции, к ней не допускали ни одну из сторон. Сабит в своих воспоминаниях рассказывал о том, как волновались его двоюродные братья и его бывший учитель Хамит Махмудов, которые, как и Сабит, ждали решения Мариам. Подогревало волнение и то, что милиционеры говорили, что мать и бабушка девушки настроены решительно против Сабита, а от самой Мариам ни слуха, ни духа.

Родственники Мариам даже обращались в волость с просьбой опросить Мариам одну. Но к тому времени милиция уже создала комиссию для определения законности сватовства, куда был приглашен Хамит Махмудов. Перед тем, как зайти внутрь, он попросил своих друзей поставить дозорного. «Если все будет хорошо, - сказал он, - я выйду из конторы и взмахну большим цветастым платком». На том и условились.

Время шло, а Хамит не появлялся. Друзья, чтобы унять напряжение, принялись говорить на отвлеченные темы, но все разговоры сводились к теме ненужной сложности этого сватовства, о первом свидании с Мариам, о кызылжарских могилах, куда их мечтают вогнать родственники ходжи Нурпеиса. Тогда-то и послышался звонкий и радостный возглас караульного: «Суюнши!», а через мгновение Сабит увидел, как весело Хамит размахивает ярким платком.

Прошло еще немного времени, прежде чем Сабит и Мариам официально оформили отношения в ЗАГСе Кызылжара. Оттуда они отправились в Кызылорду и начали новый путь, который продлится без малого сорок семь лет, полных дружбы и веселья.

Мариам навсегда осталась верной спутницей Сабита Муканова. Впоследствии друзья семьи, вспоминая великого писателя Сабита Муканова, с той же гордостью будут вспоминать и Мариам. Про нее будут говорить: «Если у Сабита Муканова есть слава человеческая, то сделана она ее руками». Это изречение как ничто другое говорит о вкладе верной и любящей супруги в труды мужа…

Комментарии

Для того, чтобы оставить комментарий войдите или зарегистрируйтесь
Бас редакторға сұрақ +7 707 686 75 81
Қазақша Русский English