«Нам необходимо вглядеться в прошлое, чтобы понять настоящее и увидеть контуры будущего»
Н. А. Назарбаев

Потомки Абылай-хана на русской службе

1860 0
Потомки Абылай-хана на русской службе
Присоединив к империи Младший и Средний жузы (30-40-е годы XVIII в.), русское правительство в XIX веке обратило внимание на Старший жуз и, в частности, на Семиреченский край.

Царизм начинает активно распространять свое влияние на эту территорию. До присоединения к России, территория Старшего жуза была разбита на отдельные владельческие роды, во главе которых стояли потомки хана Абылая. Султан Большой орды, брат Вали хана и сын хана Абылая Сюк Аблайханов  в 1818 году обратился к русскому правительству с просьбой принять его и подвластных ему казахов в русское подданство. 

 

Сюк Аблайханов. Его дети и внук

Для подтверждения своих истинных намерений он отправляет своего старшего сына султана Джанкожу, биев Сырымбета Унтагарова, Беимбет Бектурсынова и старшину Тугал Черкозова с петицией в Санкт-Петербург. В столице Российской империи, по мнению министра иностранных дел России, они были приняты доброжелательно. В подтверждение этого министр граф К.В. Нессельроде в письма С. Аблайханову писал: «Мне весьма приятно уведомить Вас, что сей сын Ваши депутаты поведением своим заслужили общую любовь и по окончании порученного им дела отправляются ныне обратно к Вам с разными милостями от Его императорского Величества как для Вас самих, так и для некоторых биев подвластного Вам народа» /1/. В свою очередь Джанкожа был удостоен медалью, богатым платьем, кафтаном алого сукна, полукафтаньем полосатой парчи, кушаком с золотою бахромою и парою пистолетов. /1/

Сам же султан Сюк «С подвластными ему киргизами (казахами) в числе 55462 душ обоего пола (имевший 802359 голов скота) по собственному желанию присягнул подданство России /2/. Русский император Александр I благосклонно отнесся к просьбе Сюка и в начале 1819 года дал ему чин 8 класса, приказал построить для него дом и мечеть «на восточной стороне озера Балхаш, при урочище семи рек» /3/.

В южных районах Старшего жуза продолжали хозяйничать кокандские беки. Продвижение русских отрядов вглубь Заилийского края встретило их серьезное сопротивление. Местным властям предстояла борьба за освобождение территории Старшего жуза и алатауских кыргызов от кокандского владычества. Весной 1850 г. русский отряд главе с К.К. Гутковским начал наступление на опорный пункт Кокандского хана в Семиречье - крепость Таучубек, расположенный на левом берегу реки Или, близ Каскелена. Наступление отряда Гутковского было отбито и он возвратился в Копал. На следующий был снаряжен специальный отряд под командой подполковника Карбышева. Кокандский гарнизон на этот раз не смог оказать серьезного сопротивления хорошо вооружённому отряду Карбышева и отступил. Русский отряд разрушил крепость Таучубек /4/. В разгроме кокандской крепости Таучубек принял активное участие еще один сын Сюка Аблайханова - Джучи Сюков.

Продвигаясь по казахской земле, русская военщина не знала ни быта, ни традиций, ни языка колонизируемого народа. Значимую помощь в этом им оказывали подготовленные в кадетских корпусах, русско-казахских школах и других учебных заведениях, казахские переводчики. Среди них был один из внуков Сюка Аблайханова, статский советник Султан Иш-Мухаммед Сюк-улы Аблайханов. Иш-Мухаммед родился в 1851 году в семье поручика Джучи Сюкова /5/. В 19 лет, не окончив полный курс Сибирской военной гимназии, Иш-Мухаммед Сюк Аблайханов 31 августа 1870 года был зачислен на службу урядником во второй отдел Сибирского казачьего войска. Однако военная служба в казачьем войске была не по душе молодому Иш-Мухаммеду. Его больше привлекала чиновничья служба. Вскоре он подает рапорт об освобождении его от службы. И, согласно поданному заявлению, 9 сентября 1872 года, он был уволен без присвоения ему какого-либо воинского звания. Через несколько месяцев, 19 мая 1873 года, Иш-Мухаммед был определен на службу в Семиреченское областное правление. С этого момента начинается его карьерный рост. В 1880 году он был назначен переводчиком маньчжурского и татарского языков при военном губернаторе Семиреченской области. Проявив себя на чиновничьей службе с положительной стороны, он был замечен и отмечен Г.А. Колпаковским, Степным генерал-губернатором. Приказом от 30 ноября 1882 года он назначает его и.д. письменного переводчика казахского языка канцелярии Степного генерал-губернатора, а 12 января 1885 года определяет Иш-Мухаммеда и.д. старшего переводчика, и буквально через несколько месяцев, 31 мая того же года он становится старшим переводчиком канцелярии генерал-губернатора /5. Л. 93 об/.

В 1862 году произошло мощное национально-религиозное восстание мусульманских народов, населявших Илийскую долину. Были образованы ряд мусульманских государств и наиболее крупные из них Дунганский султанат с центром в Урумчи и Таранчинское (уйгурское) ханство с центром в Кульдже. Две крупные державы - Россия и Китай - не могли смириться со сложившейся ситуацией. Китай терял свои колонии, а Россия - влияние на ту территорию. В 1871 году русские войска, выйдя из Борохудзира, оккупируют Илийскую долину и расположились в ней на 10 лет. В 1882 году Китай двинул в долину свою армию, стремясь вернуть ее в свое лоно. Царское правительство решило не вступать в военные действия с сильным соседом, и 12 декабря 1882 года подписала с Китаем Санкт-Петербургский договор, по которому русские войска покидали Илийскую долину. После введения в действие подписанного договора началось массовое переселение уйгур, дунган, казахов, кыргызов, желавших принять российское подданство. Одновременно с ними переселялось из Кульджи в Семиречье и русское население. В ходе беспорядочного переселения были неизбежные нарушения, от которых пострадали не только мусульмане, но и русские подданные-чиновники, купечество, некогда проживавшие в китайских пределах. Они понесли колоссальные финансовые убытки. Для решения этой сложной проблемы, 28 февраля 1884 года была создана комиссия, в составе которой был Иш-Мухаммед. Работа комиссии прошла успешно, за что султан Аблайханов был удостоен наградой в 250 рублей, по тем временам достаточно большая сумма и довольно почетное вознаграждение /5/.

 

 

В 60-х годах XIX века вся территория Казахстана была присоединена к России. Для единого управления казахским краем в 1867-1868 гг. была введена административно-территориальная реформа. По этой реформе Казахстан был поделен на три генерал-губернаторства: Оренбургское, Западно-Сибирское и Туркестанское. В свою очередь генерал-губернаторства состояли из областей, области делились на уезды, уезды на волости, волости на аулы, то есть произошел мощный земельный передел. Не считаясь с теми земельными условиями, которые сложились в казахском обществе, русская администрация нарушила не только веками сложившийся маршрут кочевок, но и границы тех территорий, которые принадлежали тому или иному казахскому роду. В связи с этим между казахами происходили постоянные земельные споры, которые должна была решать русская администрация, так как, по выше указанной реформе, вся казахская земля являлась собственностью Российской империи.

В 1896 году поземельные споры произошли между казахами Каркаралинского и Акмолинского уездов, а в 1899 году - между казахами Кызыл-Токраской волости Акмолинского уезда и Восточной волости Кокчетавского уезда. В 1900 году такие же споры произошли между казахами Кызыл-Кульской и Терсаканской волости Атбасарского уезда. Для урегулирования довольно сложных поземельных проблем между казахами названных уездов, были направлены комиссии, в составе которых был прикомандирован Иш-Мухаммед Аблайханов.

Прекрасно владея казахским и русским языками, а также дипломатическим тактом он умело разрешал довольно сложные земельные проблемы. За успешное выполнение означенных поручений приказом Степного генерал-губернатора от 1 июня 1900 года ему была объявлена благодарность /5. Л. 96 об/.

В 1890-1891 годах цесаревич Николай, будущий император Николай II (1894-1917), совершил путешествие по странам Востока, куда входили и многочисленные посещения различных губерний России, в частности, Оренбургского края для ознакомления с бытом, традициями, историей народов, населявших Русское государство. Для сопровождения императора по Пресно-Горьковской линии до границы Оренбургской губернии, была создана специальная свита из лиц весьма благонадежных, среди которых был Иш-Мухаммед Сюк Аблайханов. Иш-Мухаммед проявил себя не только как переводчик, но и как знаток истории своего народа, за что был высоко отмечен самим цесаревичем. Он «получил в подарок от его императорского Высочества государя наследника цесаревича перстень, украшенный драгоценными камнями» /5. 95 об/.

Продолжительная, непрерывная и безупречная в Степном крае служба Иш-Мухаммеда Сюка Аблайханова была отмечена царским правительством орденами Св. Владимира 4 степени, Св. Анны 2 и 3 степени, Св. Станислава 2 и 3 степени (знаки отличия для нехристиан, установленные) и серебряными медалями: малая на Станиславской ленте и в память царствования императора Александра II /5. Л. 91/.

Иш-Мухаммед был прекрасным семьянином. Судьба свела его с великим казахским просветителем, путешественником, исследователем казахского края и народов населявших его, Чоканом Чингисовичем Валихановым став его бажа (свояк). Иш-Мухаммед, как и Чокан Чингисович, был женат на одной из дочерей известного в степи султана, полковника русской службы Тезека Аблайханова, Гульхан, которая родила ему трех сыновей – Мегдата, Мадалхана, Файрузша и дочь Турлухан. Иш-Мухаммед, несмотря на служебную занятость, проявлял о детях большую работу. Он делал все возможное, чтобы дети получили образование и пристроены на достойной должности. Так, например, после окончания вторым сыном Мадалханом Омской учительской семинарии, он просит управляющего канцелярией Степного генерал-губернатора о зачислении его на службу в VII отдел перевозки почт по железным дорогам на должность помощника разъездного чиновника. Его просьба была удовлетворена, и сын продолжил деятельность на русской службе.

Но работа «Статского советника Аблайханова, сопряженная с частыми разъездами по делам службы при весьма неблагоприятных местных климатических условиях, вредно отразились на состоянии его здоровья, что и заставило его просить увольнения от службы» /5. Л. 110 об/. Прослужив на русской службе 36 лет 7 месяцев и 4 дня, из них на должности старшего переводчика казахского языка при канцелярии Степного генерал-губернатора 24 года 11 месяцев, Иш-Мухаммед вышел на пенсию с правом ношения в отставке мундира. Ему была определена пенсия в сумме 285 рублей 90 копеек в год, на которую, в городе Омске, из-за существовавшей дороговизны на все припасы первой необходимости, прожить было очень сложно. Учитывая добросовестную службу И. Аблайханова, Степной генерал-губернатор Е.О. Шмит рапортом от 12 мая 1910 года просит Министра внутренних дел назначить ему усиленную пенсию: «Вне правил по 1200 рублей в год, с производством выдачи таковой из Омского казначейства, со дня увольнения его в отставку, т.е. 1 мая 1910 года» /5. Л. 103-103 об/. После длительной переписки просьба была удовлетворена частично. 7 декабря 1910 года канцелярией Степного генерал-губернатора было сообщено о том, что «Бывшему старшему переводчику казахского языка... вместо пенсии по 285 рублей 90 коп. в год в усиленном размере назначена пенсия по 800 рублей в год, из Государственного казначейства с 1 мая 1910 года» /5. Л. 117/.

Султан Старшего жуза Сюк, и его сыновья Джанкожа и Джучи, а также внук Иш-Мухаммед Аблайхановы выбрали правильный исторический и служебный путь, приняв российское подданство и добросовестно сотрудничая с русской администрацией. Нет сомнения в том, что ни с деспотичным Кокандом, ни с феодальным Китаем того времени казахам было не по пути.

Макажан Валиханов (1844-1923)

Упомянутый выше великий казахский просветитель Чокан Чингисович Валиханов родился в семье древнего казахского султанского рода. Его отец Чингис Валиев, внук Абылая и сын Вали-хана, появился на свет в 1811 году в Сырымбете. В свое время он поступил в Омское войсковое училище. После семилетнего обучения Чингис вышел из училища образованным человеком, осведомленным в вопросах науки, литературы и искусства, а также истории, географии и статистики своей страны. Чингис был одним из первых казахов, хорошо знавших русский язык, и благодаря этому ему были доступны богатства русской литературы, доброе отношение к которой он передал своим детям.

По окончании войскового училища Чингис, в возрасте 23 лет, назначается старшим султаном только что образованного Аман-Карагайского округа, с присвоением чина майора, а затем - полковника. В год окончания войскового училища (1834 г.), после переезда в Аман-Карагай женился на Зейнеп Чормановой, сосватанной ему, согласно обычаю, еще в детстве.

В 1835 г. центр Аман-Карагайского округа был переведен в Кушмурун и в связи с этим стал называться Кушмурунским. В Кушмуруне Чингис прожил двадцать лет. Прожив долгие годы в любви и согласии с Зейнеп, он обзавелся большой семьей. У него было семь сыновей и пять дочерей. В 50-х и в первой половины 60-х годов XIX в. Чингис Валиханов становится зрелым политиком, и потому неоднократно утверждается генерал-губернатором Западной Сибири старшим султаном Кокчетавского округа. Несмотря на служебную занятость (деловая переписка, встречи, беседы, устройство быта подопечных казахов и пр.) Чингис Валиханович (в другом случае Чингис Валиевич) не мог не повлиять на воспитание своих сыновей и передать им свою любовь к истории, быту, традициям казахского народа.

Кроме Чокана, знатока многих языков (русский, киргизский, арабский, уйгурский др.), у Чингиса Валиханова было ещё несколько талантливых сыновей, получивших русское образование. Наиболее даровитым был Сахиб-Керей (Козыке), умерший в молодые годы. Это был незаурядный поэт и композитор. Козыке находился в дружественных отношениях с народным композитором Акан-Сере и вместе с ним сочинил ряд напевов и мелодий романтического склада. Из песен, созданных ими, наиболее популярны «Ак кокек», «Топай кок» «Сырымбет», и «Кокеннын аманаты». Последняя песня была посвящена памяти Чокана Валиханова, любимого брата Козыке.

Из других сыновей Чингиса необходимо также отметить Махмуда Валиханова (1846-1918 гг.). Он находился под сильным влиянием Чокана, с детства любил читать русских и западноевропейских классиков. К нему часто приезжали ученые из Западно-Сибирского отдела Русского Географического общества, иногда и из Петербурга. В 1908 году он через Н. Павлова передал в Петербургскую публичную библиотеку письмо Ф.М. Достоевского к Чокану Валиханову, написанное писателем в Семипалатинске в 1856 году /6. С. 16-17/.

 

Чокан Валиханов и Федор Достоевский

 

Особые чувства теплоты и нежности Чокан Чингисович проявлял к своему младшему брату Макажану. Неизвестно по каким причинам, но в семилетнем возрасте Макажан (имя Макажан /по А. Маргулану/ имеет разное написание - Макыжан, Абу-Макжан, Абдул-Макаджан) потерял слух и дар речи, став глухонемым. Однако горячо любящий его отец Чингис Валиханов не терял веры в лучшее будущее своего сына. Воспользовавшись приездом в столицу империи Санкт-Петербург во главе депутации, Чингис Валиевич в апреле 1855 года, обратился через председателя Сибирского комитета князя А. Чернышева к императору России Александру II с просьбой об определении 10-тилетнего Макажана в училище глухонемых. Просьба была удовлетворена и с 11 мая 1855 года Макажан становится штатным слушателем воспитательного дома /7/.

Чокан Чингисович будучи в столице империи, из-за своей научной и общественной загруженности не очень часто писал своим родным и близким, но если адресовал им какую-нибудь корреспонденцию, то в каждом письме он обращался к ним не иначе как: «Шлю мой привет вам, дорогому и любимому отцу, милой моей матери и всем братьям и сестрам. Желаю Вам всем счастья и долголетия» /8/. Находясь в Санкт-Петербурге (1859-1861 гг.) Чокан довольно часто встречался с братом Макажаном, интересуясь его успехами в учебе. А отец Чингис Валиевич, тревожась о состоянии одного из любимых сыновей, в письма Чокану часто спрашивал: как чувствует себя Макажан, ни в чем ли он не нуждается? И просил: «Поцелуй за меня Макыжана в губы и в шейку под подбородок» /8. С. 203/. Чокан Чингисович, не скрывая от родителей правды, 4 ноября 1860 года откровенно пишет: «Ваш сын Макы большой лодырь. Ровным счетом ничего не хочет делать» /8. С. 141/. В какой-то степени это было правдоподобно. Дело в том, что, несмотря на свои большие способности, прекрасную память и прилежание, он не всегда был старателен к учебе. 14 сентября 1864 года и.д. директора училища Петров и письмоводитель Штоферн, заполняя «Свидетельство» Макажана Валиханова об окончании учебного заведения пишут: «Во время пребывания своего всем заведения, при очень хорошем поведении, оказал успехи: в русском языке хорошие, в истории и географии посредственные, в арифметике хорошие, в чистописании хорошие, в рисовании отличные» /7. Л. 3/. Отличная оценка, полученная по рисованию в учебном заведении, где очень строгие педагоги, требования и правила, говорит о том, что Макажан проявлял большие способности в искусстве и был прекрасным художником. Лишенный «Природных чувств: дара слова и слуха» (7. л. 1/, Макажан любил читать известных в то время классиков, и он однажды, без позволения, взял несколько книг из личной библиотеки своего старшего брата, что вызвало раздражение и возмущение Чокана. Свидетельством тому является письмо Чокана Чингисовича родителям, в котором он пишет: «Как говорит его воспитатель, он оказался еще «вором». Он украл у меня шесть томов книг. Спасибо его учителю Васильеву, который обнаружил у него их, вернул мне... Макажан вполне здоров, ничем не болеет. Часто просит у меня деньги. В наказание за «воровство» я ему денег больше не даю» /8. Т. 5. С. 141/. Жесткое, но справедливое наказание.

Прожив в столице более 10 лет, Макажан прочно сжился с городской жизнью, вкусив прелести и соблазны, и потому с большим сожалением покидал ее. В докладной записке Степному генерал-губернатору он писал: «Находясь в училище, я был обставлен русской жизнью во всех ее видах, сроднился с ней, полюбил ее душой и сердцем. По окончании курса, я с тяжелым чувством и грустью должен был возвращаться в степь - в дом своих родителей» /7. Л. 1/.

Окончив училище и получив «Свидетельство» об окончании, Макажан в 1866 году был определен к канцелярии военного губернатора области Сибирских казахов, но... без содержания /7. Л. 13/. В том же 1866 году 15 сентября он был переведен на должность толмача в Баян-Аульский приказ. 28 ноября того же 1866 года он становится письмоводителем в Атбасарском окружном приказе. Не проработав и полугода письмоводителем, он 16 февраля 1867 года переводится в Кокчетавский окружной приказ. В 1868 году он был определен на службу в Кокчетавское уездное управление, где выполнял обязанности помощника письмоводителя, проявляя свои способности каллиграфа и чертежника, приобретенные в училище. За добросовестную работу 2-го июня 1871 года Макажан был произведен в коллежские регистраторы. Несмотря на то, что он добротно и качественно выполнял все поручения уездной администрации, Макажан получал мизерную, даже по тем временам, заработную плату. В год он получал жалованья 266 руб. 66,5 коп., столовых 133 руб. 33,5 коп. Итого 400 руб. Конечно, этих денег не хватало на содержание семьи. Проработав три года в уездном управлении, он ушел в отставку по семейным обстоятельствам, и вновь вернулся в отчий дом. Столь частую смену работы можно объяснить тем, что, во-первых, Макажан не был доволен ни маленькой заработной платов, ни работой, которая не приносила ему творческого удовлетворения; во-вторых, чувствуя свою ущербность, порой ощущая недоброжелательное отношение к себе, он как человек очень чувствительный не выдерживал ни жалость, ни yнижение, и, тем самым, вынужден был довольно часто менять место работы.

В родительском доме он вел практически праздный образ жизни. Но жизненные обстоятельства изменились. К тому времени он был женат и стал многодетным отцом, имея трех дочерей: Зугора, родившаяся 12 июня 1871 года, Ажара 6 апреля 1877 года рождения, и Асема появившаяся на свет 26 августа 1880 года. В проекте был сын Идрис, который родится 1 июня 1884 года. Заботы и попечение о большом семействе заставили Макажана 5 апреля 1883 года обратиться к Степному генерал-губернатору Г.А. Колпаковскому с просьбой об устройстве его на службу. В докладной начальнику Степного края он пишет: «При этом не лишним считано заявить, что мое природное признание — это собственно искусство: рисование, черчение и каллиграфия, которыми я даже горжусь. Следовательно, я с пользою мог бы быть на первый раз чертежником или при Вашей канцелярии, или в другом присутственном месте» /7. Л. 4/. Макажан настолько привык жить в городе и получать удовольствие от городской жизни, что это вынуждает его сделать в докладной небезынтересную приписку: «Чтобы служба эта была собственно в городе Омске, а не в другом каком-либо городе!» /7/. Надо отдать должное Герасиму Алексеевичу Колпаковскому, который мог выявлять талантливых молодых людей и оказывать им содействия в определении службы. Просьба Макажана была удовлетворена, и 1 апреля 1883 года, он был зачислен в штат канцелярии Степного генерал-губернатора, а 12 марта 1885 года был произведен в губернские секретари и, после того, ушёл в отставку по собственной просьбе.

Однако это не помешало Макажану в 1906 году обратиться в императорскую «Канцелярию по принятию прошений», с просьбой о назначении ему пенсии. И.д. главного управляющего егермейстер 15 января 1907 года отправляет прошение М. Валиханова Степному генерал-губернатору с предложением: «Сообщить мне, с возвращением приложений, сведения о службе просителя и Ваше заключение по сему делу» /7. Л. 22/.

И. П. Надаров, Степной генерал-губернатор, не откладывая в долгий ящик ответ в императорскую канцелярию, 6 марта 1907 года пишет: «Возвращая при сем прошение отставного губернского секретаря султана Абу-Макжана Чингисова Валиханова с ходатайством о назначении ему пенсии, уведомляю, что в виду преклонного возраста просителя и его физического недостатка - глухонемой, и материальной необеспеченности, я не встречал бы со своей стороны препятствий к испрашиванию ему в путях монаршего милосердия, какого-либо денежного пособия» /7. Л. 24/.

Макажан Чингисович Валиханов (1844-1923 г.) прожил довольно длинную жизнь, окруженный любовью со стороны близких и родных. Многие годы он посвятил служению русской администрации, и на благо своего народа, оставив достаточное количество художественных творений на казахские мотивы, которые до сих пор хранятся либо в частной коллекции, либо в рукописном фонде Института этнографии АН РФ /6. С. 17/.

 

УРАШЕВ С. А.,

проф. КазНПУ им. Абая

 

Литература

1. Букейханов А. Из бумаг султана Большой Киргизской орды Стока Аблайханова. Избранное. Алматы, 1995. С. 198, 202.

2. Бекмаханов Е.Б. Присоединение Казахстана к России. Изд-во АН СССР. М., 1957. С. 133.

3. Румянцев П.П. Уезды Жетысу, «Жалын Баспасы». Алматы, 2006. С. 61.

4. Бекмаханов Е.Б. Указ. Соч. С. 134.

5. Центральный Государственный архив РК /далее ЦГА РК. Ф. 64. Оп. 1. д. 172. Л. 91.

6. Маргулан А. Очерк жизни и деятельности Ч.Ч. Валиханова. - В кн.: Ч.Ч. Валиханов. Собр. соч. в пяти томах. Т. 1. Главная редакция Казахской Советской энциклопедии. Алма-Ата, 1984. С. 9-13.

7. ЦГА РК. Ф. 64. Oп. 2. Д. 237. Л. 3 8. Валиханов Ч.Ч. Собр. соч. в пяти томах. Т. 5. Алма-Ата, 1985. С. 141.

 

Комментарии

Для того, чтобы оставить комментарий войдите или зарегистрируйтесь
Бас редакторға сұрақ +7 707 686 75 81
Қазақша Русский English