«Нам необходимо вглядеться в прошлое, чтобы понять настоящее и увидеть контуры будущего»
Н. А. Назарбаев

Европейский кипчак, который всей душой любил тюркские народы

3399 0
Европейский кипчак, который всей душой любил тюркские народы
Памяти Мандоки Коныра Иштвана (1944–1992)

Доктор Мандоки Коныр Иштван, знаменитый ученый Венгрии, гражданин с большим сердцем был деятелем, внесшим огромный вклад в дело солидарности тюркских народов. Скоропостижная смерть Коныра совпала с обретением независимости Казахстана и согласно его завещанию, его прах был похоронен в Казахстане, на кладбище Кенсай под Алматы. Случай этот беспрецедентный для казахской земли. После смерти имя Коныра было возвышено до мифических высот и послужило золотым мостом между тюрко-мадиярскими народами. По этой причине президент Венгрии Гонц Арпад в своем предисловии к книге Президента Нурсултана Назарбаева «На пороге XXI века» особо отметил заслуги Коныра. В свою очередь Глава государства Н.А. Назарбаев в предисловии к книге Гонца Арпада «Неизвестный образ венгра», опубликованной на казахском языке, отметил что, «казахский народ будет с гордостью помнить и почитать как пример титанического труда, где он доказал, что между двумя народами существует не только историческая родственная связь, а также способствовал совершенствованию взаимоотношений, в единении двух народов и расцвете общей культуры».

Каждого гражданина, патриота волнует вопрос, кто был этой легендарной личностью, что он совершил в науке и для солидарности народов, о чем мечтал? Кажется, приходит время, когда пора поделиться с людьми своими исследованиями об этом гражданине с большой буквы и ученом, который по достоинству не был до сих пор оценен, даже по прошествии десяти лет со дня его смерти.

Мандоки Конгур Иштван родился 10 февраля 1944 года в городе Карцаг, расположенном между двумя самыми большими реками Венгрии, Дунаем и Тисой, в семье Мандоки Шандор и Коныр Каргаш Ержебет. Род Мандоки пользовался большим авторитетом, дед Коныра был мэром города, зажиточным человеком. Вся семья была известна своими аристократическими традициями. Юность Коныра совпала с периодом, когда репрессии коммунистического режима достигли своего апогея. После «освобождения» Европы СССР активно проводил в странах Восточной Европы раскулачивание, коллективизацию, политические репрессии. Особенно сильной дискриминации подвергались мадияры, так как в двух мировых войнах они были на стороне немцев. Революция 1956 года против советской гегемонии (в свое время это произносилось с приставкой – определением – анти) привнесла в сознание молодого Мандоки не только перемены, но ранила душу. Семьи Кумании были уничтожены, а Мандоки был занесен в список подозрительных.

Интерес Мандоки к языкам и истории тюркских народов проснулся в школе: в 6 классе руководитель музея Большой Кумании (кипчакской) Шандор подарил ему учебник тюркского языка. Получив такую же книгу во второй раз от своего учителя Киша Иштвана, он начал самостоятельно учить язык. Видимо, под влиянием учителя истории он нашел в соседнем городке Кунмадьараш представителей тюркских народностей среди советских военных и научился языку у них. В 14 лет он написал письмо знаменитому на весь мир великому ученому и земляку Немету Дьюла и, получив от него советы, приобрел нужные книги.

После окончания общеобразовательной школы его не приняли ни в одну гимназию, и он был вынужден терпеть насмешки судьбы. Подавленный Коныр вернулся в родной город Карцаг и при поддержке директора сельхозтехникума Хайду Бела начал тайно учиться. Не было возможности внести его в список учащихся, но, несмотря на это, он продолжал учиться. Сметливый ребенок с рождения с ненасытной жаждой к учебе заканчил учебу на «отлично».

«Твои корни кипчакские, то есть в Великой степи. Если сумеешь, иди в Великую степь на востоке, которая стала мечтой», – завещал отец Коныру, и он был стойким в осуществлении этого завета. Но даже после получения аттестата совершеннолетия для Коныра двери университетов были закрыты. Поэтому ему приходится некоторое время работать конюхом в конной школе. Стараясь не тратить время впустую, он шлет письмо в научные учреждения Средней Азии и Казахстана с просьбой выслать учебники по языку и словари. Благодаря таким поискам и стремлениям он начинает овладевать некоторыми тюркскими языками.

В период политических перемен в Венгрии при содействии земляка, знаменитого востоковеда Немета Дьюла, Коныра приняли в Государственный университет имени Етвош Лоранд в городе Будапеште. Кроме обучения тюркологии и истории древних венгров у профессора Немета он обучается арабской филологии и истории переселения мадияр (венгров) в Европу. От знаменитого ученого Цегледи Кароя - монголоведению и китаеведению, от Телегди Жигмонда – ирановедению. После блестящего окончания учебы Коныр приступил к науке в качестве ассистента на кафедре тюркологии того же университета. Позже он расширил свои научные поиски на кафедре исследований внутренней Азии, в исследовательской группе Академии наук Венгрии, в Государственной библиотеке имени Сечени.

Во время научных экспедиций Коныр часто бывал среди тюркских этнических групп, собирал фольклорные и этнографические данные. В частности, с этой целью он побывал несколько раз среди караимов в Польше, в Болгарии и татар Добруджи в Румынии. В 1970 году он защитил докторскую работу «Изучение языков татар Добруджи». Таким образом, его экспедиции начались среди диаспор тюрко-язычных народов в Европе, далее продолжились в Анадоле (Малой Азии) и дошли до берегов реки Орхон, которая была колыбелью древних тюрок.

В 1974 году во время первого посещения Монголия он увидел древние тюркские памятники и побывал среди тувинцев, казахов, собрал этнографические материалы.

Начиная с 1977 года у Коныра появилась возможность путешествия по тюркским республикам Средней Азии. Он взял за привычку ежегодно приезжать в Казахстан и Кыргызстан. Комплексная экспедиция по вопросам языка, этнографии, фольклора, проведенная им в Узбекистане и Туркменистане, помогла ему добиться своей научной цели. Вместе с тем, дали большие результаты исследования, проведенные среди карачаев, ногаев, крымских татар, кумыков Кавказа. Эту традицию он продолжил позже в Башкортостане и Татарстане в середине 1990-х годов. Цель заключалась, говоря его же словами, в том, «чтобы записать, зафиксировать, классифицировать сокровища, которые уходили в небытие прямо на наших глазах для подготовки к изучению их, пока есть силы и желание».

Основной темой исследования Коныра среди традиционных тем тюркологии Венгрии была древняя история мадияр и тюрко-мадиярские исторические связи. Его исследования раскрыли этимологию многих мадиярских слов, подтвердили их древнетюркское происхождение, дали разъяснение ошибочным представлениям, существовавшим ранее вокруг общего этнонима башкир и мадияр, и с помощью антропонимов и топонимов, диалектных слов, реликтами фольклорного образца он сумел доказать множество аспектов общей связи мадияр и кумыков с тюрками.

Вместе с тем, одной из отраслей его исследований было сравнение преемственности кумыкской, древнетюркской, уйгурской рунической письменности в контексте освещения истории взаимосвязи мадияр и балканских тюрков и куманов. Главной целью всех этих разносторонне направленных исследований было глубокое обоснование следов куманского языка в Венгрии, и таким образом добиться реконструкции куманского языка. Он защитил в 1981 году диссертацию под названием «Памятники куманского языка в Венгрии». Большую часть своей жизни Коныр провел в поездках по степям Азии среди тюркских народов, пребывание среди живых сокровищ было плодотворным для его научного поиска. Вся интеллигенция тюркских народов, особенно граждане Алаша, всемерно поддерживала его стремления и старалась всячески содействовать и создать необходимые условия. Свободное перемещение по бескрайней степи, которую его европейские друзья могли наблюдать лишь из окна поезда, способствовало полету его творческой мысли.

Таким образом, мощный интеллект, способный равно осмысливать увиденное, прочувствовать сердцем историческую действительность, поднял этого гражданина до высот знатока азиеведения. Он занял свое достойное место среди тюркских интеллектуалов и был осыпан почестями.

О неожиданной смерти Коныра его земляки писали: «Он был легендарной личностью среди тюркских народов. А после своей смерти поднялся до мифических высот» или «Он был ведущим азиеведом Европы и классической фигурой тюркологии» («Карcagi mondo» 1992, szeptember).

Цели и интересы Коныра в его сознательной жизни были определены группой куманов Венгрии, выходцем которых он был и обладал их менталитетом, а также их мечтой и неизбывной тоской о своем славном прошлом. Он был продолжателем дел кипчакских ученых Дьерфи Иштван, Кун Геза, Немет Дьюла, и главным его делом было восстановление менталитета языка куманов. Вовсе не случайно то обстоятельство, что яркими представителями ориенталистики Венгрии были именно выходцы из куманцев, в числе которых был и Коныр, а они принадлежали к лучшей школе европейских азиеведов. Для этого Коныр овладел в совершенстве казахским, киргизским и татарским языками, предложил идею реконструкции древнего куманского языка.

Вместе с тем Коныр собрал очень много ценной информации об этногенезе и генеалогическом древе куманов. Основные направления научных исследований Коныра, написанные его собственной рукой до смерти в 1985 году, были такими:

 

  1. История, языки, культура и литература, фольклор и этнография древних и сегодняшних кипчаков (кипчакской ветви тюркских языков).
  2. Сбор и исследование сведений о рунических письменных памятниках уйгур и древнетюркских народов в Монголии.
  3. Исследование тувинцев в Монголии и узбеков, туркмен (бывшего) Советского Союза, а также гагаузов Румынии и Болгарии с позиции этнографической лингвистики и фольклористики.
  4. Исследование древней связи между турками и мадиярами, заимствования в языке мадияр (венгров) древнетюркских и печенежских слов, а также языковые и исторические связи башкир и мадияр.

 

Древняя и сегодняшняя история кипчакских народов, начиная с источников и экспонатов на китайском, арабском, персидском, грузинском, армянском, славянском, латинском, мадиярском, румынском языках.

 

 

Кроме того, помимо истории Золотой Орды я исследовал историю Крымских, Казанских, Касимовских ханств и ханские указы, связанные с ними. Однако, после того один из моих коллег (Вашари Иштван) начал активно заниматься поиском в упомянутом направлении, я на некоторое время приостановил свои поиски в данном направлении.

Одним из основных направлений моих исследований является исследование истории, языка, культуры куманов и других малых этносов Венгрии. Мною посвящено много статей и научных публикаций о следах и памятниках кумано-кипчакских языков. В них освещались вопросы, связанные с куманскими считалками, молитвами, посвященными небесному духу Хан Тенгри, с фрагментами текстов народных песен, переводами религиозных псалмов, антропонимами и топонимами куманского происхождения, с куманскими заимствованиями в языке мадияр, куманскими диалектами. Вместе с тем, мною написано множество работ, которые ждут своей публикации в виде объемной монографии об истории и этнографии куманов (система племенной структуры куманов, расселение куманов в Венгрии, их образцы по катанию войлока, приготовление жилья, скотоводство – тип хозяйства куманов, сохраненный издавна, среди которых изучение в комплексном виде проблемы содержания овец и лошадей).

История кипчакских народностей, в первую очередь, кипчакских народов Советского Союза, а именно, казахов, каракалпаков, киргизов, ногайцев, балкаров, карачаевцев, кумыков, крымских татар, татар Добруджи, волжских башкиров, казанских татар. Около десяти лет занимался историей тюрков, проживающих в регионе Алтая, Саяна, Абакана и на эту тему опубликовал ряд статей. Языковую, этнографическую, фольклорную экспедиции, посвященные современным языкам народов кипчакского происхождения, я провожу 2-3 раза в год (на сегодняшний день всего 42 раза), среди татарских диаспор, расселенных в таких местах как Румыния, Болгария, Добруджи и лесная чаща Дели. Помимо объемистых лингвистических обозначений и фактологии подготовил словарь татарской диалектологии. Думаю представить в ближайшем будущем в печать либо в Венгрии, либо в Турции. Вместе с тем собрал материалы татарского фольклора, которые тянут на несколько томов, и факты, связанные с материально-этнографической культурой, народные сказки, героические эпосы, народные песни, образцы айтысов, загадок, пословиц и ораторского искусства. По этим темам опубликованы статьи.

В целях комплексного изучения народов кипчакского происхождения я, начиная с 1974 года, провожу комплексное экспедиционное исследование среди диаспор казахов, живущих в западной Монголии – Баян-Ульгей и в Кобде. Результаты этого – объемные лингвистические факты, сборник слов диалектов, героические эпосы на несколько томов, сказки, фрагменты казахских народных песен-кара олен, состязание импровизированных стихов-айтыс, пословицы и поговорки, загадки, слова шешенов-ораторов, одним словом, редкие образцы устного литературного наследия. Вместе с тем, собрал специальные фактические данные о видах традиционных ритуалов и обрядов, спорта, сознания, игр, посвященных кочевому образу жизни и основанные на них, а также факты о способах выращивания, ухода за такими видами скота, и успел опубликовать несколько статей обо всем этом. Подготовил специально для серии «Девтэр (тетрадь)», выпускаемой на английском языке сборник в один том под названием «Загадки казахов, проживающих в Монголии».

Изучил и осмыслил известные на сегодня источники и памятники древнетюркской рунической письменности, находящиеся в Монголии, передающие новый метод анализа.

 

  1. . В течение 12-и экспедиций, совершенных в связи с упомянутой проблемой, планирую вместе с монгольским коллегой опубликовать результаты исследований о 8-ми памятниках и о памятниках, которые были неизвестны науке до сих пор.
  2. . Был в двух длительных экспедициях среди тувинцев Монголии в будущем намереваюсь продолжить это. В экспедициях со схожей целью был среди кипчаков, узбеков, туркмен Узбекистана и Туркмении, по 2–3 раза. Изучил их своеобразные диалекты вкупе с фольклором и этнографией. Некоторые фольклорные материалы собрал среди гагаузов и татаров Болгарии и Румынии. Эти материалы хоть и не систематизированы, но ценны своей крайней редкостью.
  3. . Связи древних мадияр с тюрками: Во-первых, изучив древнетюркские заимствования в языке мадияр, разгадал этимологию некоторых слов (бір, бөрту биту, дионик, каптань, козма, тилт и т.д.). Бөрту – техника исполнения в ювелирном искусстве венгров, обозначает «зернение, зерно» на казахском языке бүртүк во многих тюркских языках; козма – qasmaq «оскреб остатков пищи, соскребленный со дна кастрюли»; буту– означает конец, крайность, конец чего-нибудь, а первый имеет значение «окончание, выполнение»; Монар – кажется типичным кипчакским элементом, так как он появляется в диалектах куман-кипчакской ветви; в языке Добруджинских татаров – сухой туман, летняя дымка, ногайском – мгла, марево, только в каракалпакском – мгла, мираж, народное название громадного дерева, казахский – мгла; мираж; белесость воздуха. Большинство увидело свет и еще есть некоторые нуждающиеся в дальнейшем осмыслении. Во-вторых, активно исследовал вопросы этнонимов и топонимов, считавшихся до сих пор общими для языков мадияр и башкир. Принятые наукой до сих пор имена башкирские, такие как Иэнэ, Нэмэн, Кеси, Иуламан и другие считались общими по лингвистическим и историческим связям с такими мадиярскими именами как Иена, Кеси, Ньек, Диула, были ошибочными, что я сумел доказать. И наоборот, я обратил внимание на другие новые обстоятельства, существовавшие между мадиярами и башкирами, которые не были известны в науке.

 

По этим основным указанным мною направлениям моего научного поиска были опубликованы около 60 публикаций. Из них 40 – научные, а 20 - научно-познавательные статьи. В сфере перевода я сделал множество переводов, связанных с фольклором и культурой таких народов, как татары и ногаи Добруджи, татары, карачаи, балкарцы, кумыки, киргизы, башкиры, каракалпаки, казанские татары, алтайцы, якуты, узбеки и др. И в связи с литературой, фольклором вышеуказанных народов составил многотомный сборник, первичные переводы, контрольные переводы, к некоторым из них писал предисловия, комментарии и редактировал. Их общее количество около 50.

 

Мандоки Коныр. Будапешт. 25 марта 1985 года

 

Кроме вышеперечисленного в периодической печати балкаров, карачаев, ногаев, кумыков, казахов, киргиз, башкир, казанских татар, таких как «Ногай Чөллүгі», «Ленин байрагы», «Дагыстын», «Казақ әдебиеті», «Ембі», «Социалистык еңбек», «Ленинын жас», «Кыргыз мадениеты», «Мурок», «Кыргызстан», «Наукуншаг», «Иаскуншаг» и т. д. были опубликованы свыше 30 научно-популярных статей объемом в 1-2 страницы. К примеру, при деятельном участии Коныра некоторые казахские поэты, писатели получили место в «Энциклопедии мировой литературы». В выпуске 1970 года в VII томе было дано место Нурпеису Байганину (С.635), а во второй части 1971 года выпуска были ознакомлены с Жамбылом Жабаевым (С.972), Ильясом Джансугуровым (С.928–929) и Жаиром Жоктау (С.934). Ученый читал лекции о казахской литературе в различных аудиториях Европы.

Предками Коныра были кипчаки, которые в период монгольского нашествия в целях самосохранения переселились в междуречье Тисы и Дуная в 1242 году. Они после этого в течение двух с половиной веков строго держались образцов традиционного хозяйствования, привычного уклада жизни, обрядности, культуры и одежды. Христианскую религию приняли формально под давлением. И утрата куманами своего языка и подпадание под сильное влияние мадияр проистекали в конце XIV и начале XV веков, они признали протестантизм, они вынуждены были вести литургию и чтение Библии на мадиярском языке.

Значительным языковым памятником куманов Венгрии является текст молитвы «Отче наш», который реконструирован Коныром после прочтения его нескольких вариантов путем диахронической лингвистики, и таким образом был восстановлен первичный кипчакский вариант текста.

 

Bizdin atamïz kim-sen köktä

Sen tlensin seniη adїŋ

düšsün sen [iŋ] köŋlüŋ

nečik kim ĵerde alay kökte

biziŋ ekmegimizni ber bizge büt- bütün künde

ilt biziŋ minimizni

nečik kim biz de iyermiz bizge ötrü kelgenge

iltme bizni ol ĵamanga

qutqar bizni ol ĵamannan

sen barsïŋ bu čïn iygi Teŋri - amen

Перевод

Отче наш на небесах

Да святится имя Твое

Пусть сбудутся твои мечты

на земле и на небесах

Един ты на Земле и на Небесах

Дай нам в Твоем цельном

Мире пожнать то, что мы посеяли

не веди нас за плохим,

Спаси нас от всего плохого

Ты есть, Могущественный,

Ты есть, ты всемогущ,

 Ты Хозяин всего Тенгри, Аминь.

 

Мандоки Коныр был страстно одержим историей с детства, и он неустанно трудился в плане поиска следов древнего языка своих предков, находил доселе неизвестные тексты и их вариации, собирал кумыкские фамилии и диалектные слова из находящихся на грани исчезновения рукописей вплоть до географических куманских названий. Итоги этих своих исследований он объединил в небольшую по объему, но очень ценную по содержанию диссертацию в 1975 году. диссертация открыла очень много нового по сравнению с прошлыми лингвоисследованиями.

Среди куманских письменных памятников Коныр всесторонне исследовал считалку – одного из образцов детского фольклора. Наряду с ней слегка освещает вопросы, связанные с эпосом Халаш, благославлением застольным, видами приветствия и с детскими скороговорками, каламбурами. Одним из удачных и значительных трудов И. М. Коныра среди его новых исследований с методологической точки зрения является детская считалка куманов. С помощью казахской аналогии он сумел объяснить детскую считалку татар Добруджи, которая до него была практически невыполнимой (очень многие попытки европейских ученых были тщетны).

В ходе анализа считали, что автор берет в качестве примера считалку Добруджинского аула Ацаплана (Румыния) и другую считалку, записанную в 1915 году Куношом Игнацом от военнопленных татар, которая была крымско-татарского происхождения, и они полностью совпадали друг с другом.

Коныр с очень большим энтузиазмом собирал диалектные слова, имена собственные, топонимы, которые все еще применялись в Кумании и свидетельствовали о былом славном прошлом. Он все это указал в отдельной главе своего труда под названием «отдаленных памятников», где полностью анализирует каждое диалектное слово и объясняет его фонетические, семантические и исторические особенности.

Среди слов куманских диалектов он выделяет две категории: разные применялись в устном виде или они были широко известны в большом регионе, но ныне известны лишь в качестве диалектизмов: аркан – веревка, боза – разновидность пива, цэткен—на казахском суттуген (молочай), даку – теплая зимняя шуба.

В Кумании и в ее окрестностях применяются нижеследующие слова. Доктор Коныр Иштван собирал одну из групп этих слов: акош (agis)– на казахском агыс – течение реки bajca – паиза (официальное разрешение), barag- на казахском барак– высокий, длинношерстный пес пастуха; csollag – (шолак) одноногий, хромой и много десятков слов лексике. Среди других слов можно указать на эти: docku, kangjiga на казахском канжыға – для украшения седла; garambel – калампыр –гвоздика; аjnas – любимый (оинаи) (ojnas) и др.

Коныр всесторонне разъясняет значение имен собственных, происхождение которых не изучалось в контексте куманских слов.

1. Фамилии на куманском языке. Автор собственноручно собирал их в куманских городах, из протоколов городских собраний, из семейных записей или из куманских семей, с которыми ему случалось общаться: (Agbura (Ag Bura – белый бура), Kada (Qada--колышек), Karacs (Qarac-şàrà), Karaszan (Qarasin, Qarazun- глядеть), Kuvandar – Куандар (Поверили, надеялись, обрадовались), Кoszomos – дорогой, вождь (это фамилия матери Дьюла Немета, всемирно известного венгерского тюрколога. В качестве фонетического эквивалента приводит фамилию Kocskor (Кочкар), Tokszoba (Tog Saba – полная глотка) и Qasagac –Қос ағаш – дерево с двойным стволом и т.д.

Раскрывает тайну географических наименований, которые широко распространены во всей Венгрии, ранее остававшиеся неразгаданными: Atkar–Аткар, географическое название, произошедшее от человеческого имени, название рода, но оно используется как антропоним и топонима. Такие названия тоже происходили от имен собственных. Тугел (по кумански – тугел-целостный) географические названия от возможно печенежского языка, Токол – географическое название от имени человека, Баяндур – название рода, но использовалось как имя собственное. Шивак (Шуак)– название от имени собственного. Ербуга – географическое название от имени собственного, Pecsene – Печене (маленький сокол) и т.д.

Мандоки Коныр собирал богатый фактологические материал по многовековой истории тюркских народов, культуре, их цивилизации, руководствуясь передовыми научными методами того времени он собирался написать большую работу о тюркских народах, подытоживая все накопленное после своего пятидесятилетнего юбилея. И он об этом говорил откровенно. Но преждевременная смерть лишила его этой возможности.

22 августа 1992 года от сердечного приступа в городе Махачкале покинул этот мир яркий представитель тюркологии, который мог бы еще многое поведать этому миру о том, кто такие тюркские народы. Он был похоронен 3 сентября на кладбище Кенсай города Алматы Республики Казахстан, рядом с великими сыновьями казахского народа. «Он ушел из жизни, находясь в пути среди живой культуры, которую изучал в течение всей своей жизни, а не рядом со своей богатой библиотекой». Значительное время своей жизни Коныр тратил на сбор духовного наследия среди азиатских народов и на чтение лекций в европейских университетах. Его также часто приглашали университеты США и Турции, предлагались дипломатические должности, но он не разменивал свои научные поиски ни на что другое.

 

 

Коныр особо выделялся в среде и без того редких ученых, которые имели глубокие, конкретные, реальные познания о тюркских народах. Академия Наук Венгрии удостоила его премии Постумус в 1993 году.

Горы возвышаются все выше, чем они дальше. Это свойственно и великим людям, похожим на горы. Хоть он и не успел до конца поделиться плодами своего титанического труда, но путь под названием «След Коныра» он оставил. Венгерский народ и все тюркские народы еще долго будут изучать его наследие с тем, чтобы как следует освоить их.

Мечтой Коныра было возрождение былого величия всех тюркских народов, и он, не скрывая, говорил об этом вслух на каждом шагу. Он на эту свою мечту смотрел с большой верой. И он не ограничивался только ею, а делал все, что было в его силах, чтобы приблизить забытое прошлое, помирить поссорившихся для благоденствия тюркских народов. Но то, что наследие Коныра остается неосвоенным, закладывается в долгий ящик является огромным минусом для нас, казахских граждан, чьи земли он выбрал в качестве колыбели вечного покоя. Разумеется, нелегкое дело – осмысление научного наследия Коныра, которое является трудом высочайшего уровня, пропагандировать его, перевести на русский и казахский языки. Издание работ Коныра на соответствующем уровне вместе с научными комментариями и разъяснениями – это громадный труд, который возможен только при государственной поддержке. Надеемся, что это доброе дело ожидает нас впереди со всей своей сложностью и радостью, которых оно несет.    

Бабакумар ХИНАЯТ,

кандидат исторических наук

 

Литература:

 

  1. Okresne Bartha Julia. Magyarorszagi turkologia es Kunsag kapcsolatai. (eloadas) // Қазақ елі. – 1996. – 6 қырк., №25. (Қазақ тілінде).
  2. Agoston Gabor-Makszumkizi Ongajsa. Mandoky Kongur István emlékere // Jaszkunsag.
  3. Henryk Jankowski. In memoriam István Mandoky Kongur // Journal of Turkology. – Winter 1993. –Vol.1, Number 2. – P. 327–332
  4. Zsuzsa Kakuk. Kun nyelv magyarországi emlékei // Journal of Turkology. 1993. – Vol.1, Number 2. –Winter. – P.327–332.
  5. Торма Йожеф. Последнее путешествие Мандоки Конгура в Турцию // Столичное обозрение. – 1996. – 14 декабря, №50.
  6. Саламат Өтемісұлы. Ұлы құштарлық // Парасат. – 1996. – №8..
  7. Қинаятұлы Б. Қоңыр Дала, Қоңыр ұл //Азия апталығы. – 1994.  

 

Комментарии

Для того, чтобы оставить комментарий войдите или зарегистрируйтесь
Бас редакторға сұрақ +7 707 686 75 81
Қазақша Русский English