«Нам необходимо вглядеться в прошлое, чтобы понять настоящее и увидеть контуры будущего»
Н. А. Назарбаев

Каковы были правила перевозки скота в 1900 году

294
Каковы были правила перевозки скота в 1900 году

30 декабря 1899 года целый ряд министерств Российской империи (в их число входят Министерство Внутренних дел, Военное министерство, Министерство финансов, Министерство иностранных дел, Министерство путей сообщения, Министерство земледелия и Министерство Государственных имуществ) утвердили правила о порядке передвижения крупно-рогатого скота и овец. Это правило вступило в силу с 1 апреля 1900 года и касалось не только территории современного Казахстана, но и европейской части России, Кавказа и ряда сибирских губерний. Портал Qazaqstan Tarihy расскажет о поставленных скотоводам требованиях к передвижению скота

Согласно этому документу, беспрепятственное передвижение скота на территории Уральской, Тургайской и Акмолинской областях (Степное генерал-губернаторство), было возможно лишь при соблюдении дюжины условий. К слову, эти же правила касались скотоводов Тобольской и Томской губерний, Дагестанской области, Черноморской губерний и Северного Кавказа. Так, в правилах сказано, что сельскохозяйственный крупнорогатый скот, предназначенный для работ, перевозки тяжестей, на племя и т.д., мог свободно передвигаться внутри самой губернии или области по всем трактам. Что же касается перегона гуртового крупнорогатого скота в соседнее административно-территориальное образование с целью убоя, выпаса или выкорма, то оно допускалось лишь по разрешенным трактам. Выдача таких разрешений согласовывалась с местным губернским или областным начальством, с местной губернской управой и с утверждения Министерства Внутренних Дел. Если же дело касалось перегона скота по шоссейным дорогам, то требовалось разрешение еще и Министерства путей сообщения.

Правило №3 гласило, что гурты, предназначенные для убоя, выпаса или выкорма в местностях, лежавших за пределами губернии или области, соседней с той, в которой они сформированы, подлежали посадке в вагоны или баржи на ближайшей железнодорожной станции или пароходной пристани. Тут определение станции или пристани производилось с таким расчетом, чтобы эти станции и пристани соответствовали направлению, в котором скоту предстояло передвигаться. Поэтому часто гурту приходилось добираться не до ближайшей станции, а дальше, так как чины ветеринарно-полицейского надзора ревностно следили за соблюдением именно этого условия. Следующее (№4) правило гласит, что скот подвергался ветеринарному осмотру при переходе через места пребывания врачей, ими выдавались соответствующие свидетельства. Что касается времени производства осмотра партии, то ветеринарный врач заблаговременно предупреждал чиновников судоходного или железнодорожного надзора на случай принятия необходимых мер.

№5. Гурты, направлявшиеся в губернии и области, соседние с той, в которой они сформированы, или в более отдаленные местности, получали удостоверения местных сельских властей или чинов ветеринарно-полицейского надзора о сформировании и выходе данного гурта из местности. Здесь важное значение имеет то, что на момент передвижения скота через такие области, эта территория не должна быть признана властями или общественными учреждениями неблагополучной по эпизоотии.

№6. На станциях выгрузки крупнорогатый скот подвергался обязательному осмотру ветеринарных врачей. Последние, сделав на свидетельствах отметки относительно результатов осмотра, уведомляли о следовании скота своим коллегам из той местности, куда животные направлялись. Важный момент: это касалось только того скота, который предназначался не для убоя в месте выгрузки, а для передвижения внутрь губернии или области.

№7. Места выпаса, выкорма и убоя гуртового скота, прибывшего в пределы данной губернии или области из соседних или более отдаленных губерний или областей, определялись по соглашению местной администрации с земской управой и с утверждения Министерства внутренних дел.

№8. Станции загрузки и выгрузки гуртового скота определялись порядком, указанным в предыдущем правило, но по отношению Министерства Внутренних Дел с Министерствами Путей Сообщения и Земледелия и Государственных Имуществ.

№9. Прибывший по железнодорожным путям скот должен был следовать от станций выгрузки в пункты убоя, выпаса, выкорма или назначения для сельскохозяйственных нужд трактами, установленными для того порядком, указанным в правиле №7.

№10. Владельцы или заменяющие их лица обязывались уведомлять соответствующего ветеринарного врача о прибытии доставленного по железнодорожным путям или пригнанного по грунтовым трактам, предназначенного для выпаса, выкорма или сельскохозяйственных нужд, скота на заводы или в отдельные хозяйства.

№11. Владельцы скота, перегоняемого из-за границы в пределы страны гоном, по железным дорогам или водным путям, должны были иметь свидетельства соответствующих властей той страны, откуда животные были доставлены, о благополучии места их вывоза или выхода. Эти свидетельства, в удостоверение подлинности их, визировались царским консулом. На пограничных же станциях, таможнях и портах этот скот подвергался осмотру ветеринара и в дальнейшем следовании подчинялся общему порядку.

№12. Экспорт скота в иностранные государства производился порядком, определенным правилами от 11 марта 1889 года и последовавшим дополнением к ним распоряжениями Министерства Внутренних Дел.

Для Семипалатинской и Семиреченской областей, а равно для оставшихся областей Закавказского края, правила были несколько иные. Для них передвижение всякого крупнорогатого скота гоном допускалось только по установленным местным начальством грунтовым трактам. Причем владельцы животных должны были иметь удостоверение о благополучии места выхода скота (от местных сельских властей или чинов ветеринарно-полицейского надзора) и свидетельство о здоровом состоянии скота (от ветеринарного врача первого пункта по пути гона животных).

Гуртовой скот, предназначенный для транспортировки в пределы Уральской, Тургайской и Акмолинской областей, следовал по грунтовым трактам только до ближайшей железнодорожной станции, находящейся в пределах той же губернии или соседней с ней губернии или области, где и загружался в вагоны с целью дальнейшего следования к месту назначения.

Пропуски по грунтовым трактам в Тобольскую губернию и Акмолинскую область скота из Томской губернии и Семипалатинской области выдавались только через указанные для того местным начальством пункты и при условии выдержки скота близ означенных пунктов под ветеринарным наблюдением в течение срока, определяемого Министерством Внутренних дел. Что же касается пропуска скота из Енисейской губернии, Китайской империи и Туркестанского края в Томскую губернию, Семипалатинскую и Семиреченскую области, то он дозволялся только через определенные пункты, близ которых животные подвергались ветеринарному наблюдению: крупнорогатый скот в течение 21 дня, а овцы в течение 9 дней.

Кстати, крупнорогатый скот казахов, переходивший границу Китая, Персии или Азиатской Турции, «для кратковременного в сих государствах пребывания (не долее 1-3 суток)», пропускалась обратно лишь по ветеринарному осмотру. Но при условии, если те местности названных государств, из которых он возвращался, были благополучны по эпизоотии, а сам скот после прибытия в Россию в течение трех недель не покидал пределы пограничного ветеринарного участка. Таким же образом пропускали в пределы пограничного участка благополучный по эпизоотии скот иностранных подданных, если его время пребывания в означенном участке длился не более трех суток, по истечении которых этот скот обязательно возвращался за границу.

Из Туркестанского генерал-губернаторства и Закаспийской области передвижение скота допускалось на следующих условиях. В Семипалатинскую и Акмолинскую области кочевой скот пропускался без выдержки на границе ветеринарного наблюдения, но подвергался осмотру на месте первой по переходе границы стоянки в пределах двух названных областей.

Условия пропуска и места выдержки под ветеринарным наблюдением фурного и переселенческого скота, направлявшегося в Семиреченскую, Акмолинскую, Тургайскую и Уральскую области, ввиду редкости такого передвижения и невозможности заблаговременно предвидеть его направление, определялись для каждого отдельного случая местным начальством с разрешения Министерства внутренних дел.

Скот, доставленный морским путем для убоя в закавказские порты Каспийского моря или для следования на бойни, расположенные при железных дорогах внутри Закавказья, пропускались лишь по ветеринарному осмотру, если после такового оказывался благополучным. Скот, доставляемый морским путем в Закавказье, с целью отправки внутрь названного края, должен был быть подвергнут ветеринарному наблюдению близ порта или станции выгрузки.


Автор: Аян Аден