«Нам необходимо вглядеться в прошлое, чтобы понять настоящее и увидеть контуры будущего»
Н. А. Назарбаев

Кипчакские женщины в русских былинах

1377
Кипчакские женщины в русских былинах

Роль женщин высоко почиталась в мифологиях различных народов. В скандинавской мифологии почитались дочери конунга, девы-воительницы валькирии. Германские воины верили в существование женских богинь алайсиаги, а в Древней Греции даже «существовало» воинственное государство амазонок. Достойное продолжение этой традиции было и на территории Великой степи и звали их «поляницами», чья история сохранилась в устном народном творчестве русского народа. Кем были эти женщины? Откуда они появились? И чьи имена сохранили русские былины? Обо всем расскажет портал Qazaqstan Tarihy

О поляницах сохранилось мало информации, а та, что есть, чаще всего ссылается на русские былины. Оттого вопрос об их происхождении до сих пор остается открытым. Судя по былинам, поляницы были не просто воинами. Они, как правило, обладали недюжей силой и нередко превосходили своих соперников-богатырей: «Поляница на коне будто сена копна. Она палицу булатную подкидывает, да под облако, под ходячее». Из былин также известно, что девы-воительницы вступали в поединок с мужчинами и лишь тот, кто сумеет победить ее достоин ее руки. К примеру, в былине «Женитьба Добрыни» даже существует рассказ о том, как богатырь Добрыня Никитич встретился с Василисой Микулишной:

 

Догнал Добрыня поляницу, богатыршу удалую,
Ударил поляницу булатной палицей,
Да ударил её в буйну голову.
Поляница тут назад приоглянется,
Говорит поляница таковы слова:
— Я думала, меня комарики покусывают,
А это русский богатырь пощёлкивает.

 

Однако позже, несмотря на то, что Настасья все же одолела русского богатыря, она вышла за него замуж.

Из былин известно не так много поляниц. Упомянутая нами Настасья Микулишна была дочерью олицетворения крестьянской силы, русского богатыря Микулы Селяниновича. К слову, у Настасьи была родная сестра, тоже поляница, Василиса Микулишна, супруга боярина Ставра Годиновича. Настасья Королевична была женой богатыря Дуная Ивановича. Их история, к слову, трагична: во время поединка она выбила Дунаю глаз, но все же вышла за него замуж. Позднее, уже на свадебном пиру, она становится жертвой выпущенной им стрелы и погибает. Сам Дунай Иванович совершает самоубийство. Целых три поляницы связаны непосредственно с Ильей Муромцем. Его жена Савишна, переодевшись в богатырский костюм, спасла Киев от Тугарина. Поляница Златыгорка родила от него богатыря Сокольника, который вступил с отцом в поединок. По другой былине, поляницей была и его неназванная дочь, которая хотела отомстить за бесчестие матери Златыгорки, но была убита. Известна из былин также степная королева-воительница Марья Моревна, образ которой позже не раз использовался при описании другой героини русских народных сказок Василисы Премудрой.

Были ли поляницы славянками? На этот вопрос большинство исследователей прошлого отвечали отрицательно. Академик и один из самых влиятельных деятелей советской историографии Борис Рыбаков считал, что сюжеты об отважных воительницах уходят с корнями в мир скифов и сарматов. Известный советский филолог-русист Дмитрий Балашов продолжил мысль своего предшественника. Он считал, что несмотря на на славянское происхождение самого слова «поляницы», они были конными сарматскими наездницами и искусными лучницами:

 

«Это — степные наездницы и вместе с тем, после сражения с героем, — жёны богатырей. Допустить их корневое славянское происхождение едва ли возможно, этому противоречит факт упорной, постоянной борьбы с ними русских героев, хотя нарицательное имя этих наездниц — «поляницы» — славянское. По-видимому, надо признать женщин-поляниц сарматскими конными воительницами, а наличие славянского названия их означает, что представления о поляницах утвердились в эпическом творчестве до появления в русском языке тюркского слова «богатырь», название женщин-воительниц не изменилось, ибо из живого бытия они уже исчезли»

 

В иных источниках на вопрос о происхождении поляниц ссылаются на традицию поединка между русскими богатырями и поляницами. Это, по мнению части исследователей, олицетворяло поединок славянских богатырей с сарматами, чей образ благодаря сильному влиянию матриархата воплотился в образе женщины-воина. Кроме того, косвенным подтверждением тому может служить рассказ о смерти Настасьи Королевичной, чья кровь, согласно былине, родила реку Днепр, в то время разделявшую степь и русские земли. Современная историография же говорит, что образы поляниц, описанные в русских былинах, имеют общий корень с тюркским эпосом. Здесь можно привести пример героини крымско-татарского дастана «Зюльбюэр-къыз» (у татар - «Турай батыр»), которая в попытке обезопасить мужа состригает волосы и надевает его одежду подобно тому, что сделала Василиса Микулишна в былине «Ставр Годинович».

Исследователь Е.В. Чернышова в своей работе «Культура народов Причерноморья», размышляя о мотивах воинственности героинь тюркских дастанов и русских былин, приходит к выводу, что

 

«…воинственность героинь дестанов направлена исключительно на врагов супруга, рода, на чужаков, враждебных племени. Тюркские амазонки, в том числе и в домусульманский период, полностью свыклись с властью мужчин, которые прислушиваются к их советам и окружают их любовью и уважением. Что касается поединка жениха с невестой, у тюркских народов в эпоху средневековья последний был частью свадебного обряда и в любом случае не предполагал фатального исхода. […] Сюжет былины трагичен и парадоксален, и исследователи каждый по-своему прочитывали основную идею произведения»

 

Впрочем, помимо сарматской, существует еще и другая версия. Ее отстаивала ведущий отечественный специалист по археологии, истории и культуре кочевых народов Средневековья Светлана Плетнева. Она считала, что в эпоху Средневековья во всех европейских государствах положение женщины было чудовищно тяжелым. По ее словам, «в XI веке о каких-то поляницах – русских девушках не могло быть и речи. Это несомненно были молодые половчанки». Она подчеркивала, что существование женщин-воительниц в степях в Средневековье подтверждается и археологически. Погребения женщин с оружием до сих пор встречаются на огромной территории от Урала до Западной Европы и охватывают время от бронзового века до Средневековья.

Как бы то ни было, но в общественной жизни тюркских народов женщина играла значительную роль в течении долгого времени. По словам Джованни Карпини, кипчакские женщины прекрасно ездили верхом и ловко скакали на конях. Поэтому женщина, что в былинах, что дастанах, предстает в роли верной соратницы, готовой в трудный момент прийти на помощь супругу и проявить не только мужество, но и проницательность.


Автор: Аян Аден