«Нам необходимо вглядеться в прошлое, чтобы понять настоящее и увидеть контуры будущего»
Н. А. Назарбаев

Ярмарочная торговля в Казахстане. Часть 1

779
Ярмарочная торговля в Казахстане. Часть 1

Традиционно считается, что XIX век в истории казахского народа связан с активными попытками русских колонизаторов освоить казахские степи и последовавшими за этим восстаниями против царской администрации. Парадоксально, но параллельно с восстаниями и мятежами, в северных районах страны началось зарождение новой эпохи торгово-экономических отношений между народами. Портал Qazaqstan Tarihy расскажет о причинах и условиях развития российско-казахской торговли во второй половине XIX века

Российские историки объясняют развитие торгово-экономических отношений между странами как побочный эффект от колонизации региона. Вместе с тем, они уточняют, что первоначально Казахстан воспринимался не как конечный потребитель продуктов российского рынка, а как перевалочный пункт, благодаря которому товары могли попасть в Бухарский Эмират, Кокандское ханство, Синьцзянь, Китай и Монголию. Однако уже в первой половине XIX века представители российской коммерции отдавали явное предпочтение торговым связям именно с Казахстаном.

Это объясняется тем, что территория Казахстана во второй половине XIX века стала важным источником животноводческого сырья и сбыта промышленных товаров и хлеба. Но на первых порах торговля все еще носила нерегулярный характер, а сбыт товаров в основном происходил на таможнях и меновых ярмарках Оренбурга и Петропавловска. Позже процесс был переориентирован, главным образом, на Ирбитскую, Нижегородскую, Ишимскую и Крестовскую ярмарки, а товар из Казахстана транзитом через Западную Сибирь отправлялся в европейскую часть Российской империи.

Скот был одним из главных предметов торговли, а потому степное скотоводство стало больше ориентироваться к нуждам рынка.

 

«…Если бы не огромное количество скота и запасов животноводческих продуктов, то степные ярмарки утратили бы свою роль в экономической жизни края. Размеры, характер торговых сделок стал отличаться от таковых в первой половине XIX в., когда организация закупки скота большими партиями была слабой. Теперь возникло торговое скотоводство. Новое байство (черная кость) разводили скот не только для собственных нужд, но и для рынка. Торговцы-баи поддерживали связи с ярмарками, в том числе с городскими, приспосабливали свое хозяйство к нуждам рынка…».

Касымбаев Ж.К.

«Города Восточного Казахстана в 1861-1917 (социально-экономический аспект)»

 

Царская администрация рассматривала развитие торговли на территории Казахстана как одну из форм колонизации аграрной окраины путем создания торговой сети. Создание благоприятных условий зависело как от положения русских купцов на рынках Степи, так и казахских торговцев - на рынках Западной Сибири. Возможности для того были зафиксированы в Уставе о сибирских киргизах (1822), согласно которому казахи имели право торговать своим продуктом в городах, поселках и на ярмарках региона. Отдельный Указ от января 1835 года поощрял казахских торговцев разрешением быть записанными в гильдии «во внутренних округах Омской области или в иных городах или уездах внутри империи», а циркуляр (1835) разрешал казахам Среднего и Старшего жузов торговать с заграничными покупателями.

К другим документов, имевшим отношение к развитию торговых отношений между казахами и русскими, можно отнести «Временное положение об управлении Степными областями» (отмена пошлины на западносибирских ярмарках, взимаемые прежде с казахов за привозимые ими товары), а также указы 1840-1850-х годов. В последних отмечалось право среднеазиатских купцов торговать без приобретения торговых свидетельств на трех крупнейших ярмарках империи – Ирбитской, Нижегородской и Коренной. Министерство финансов Российской империи, объясняя причины предоставления льготы, писало, что,

 

«…имея в виду, с одной стороны, пользу от усиления сношений с азиатцами, а с другой, что Тюмень лежит по дороге в Ирбит и, следовательно, представляет удобство для азиатцев, следующих в сей последний город, где ярмарка начинается с половины февраля… полагает в дополнение к ст. 207 свода Законов дозволять иностранным азиатцам, приезжающим в Россию со своими товарами, торговать без взятия торговых свидетельств…».

 

Этопозволило колонизаторам освоить ведущие ярмарочные рынки страны. Так, благодаря изданным указам, в 1882 г. привоз азиатских товаров (байховый чай, шелк и шелковые ткани, халаты, бумажные ткани, мерлушка, сухофрукты, верблюжья и овечья шерсть и изделия из нее, кошмы и войлоки, азиатские ковры) на Ирбитской ярмарке составлял одиннадцатую часть - 6 млн 350 тыс. руб. из 69 млн 265 тыс. руб., в 1887 году - почти седьмую часть, 8 млн 950 тыс. руб. из 59 млн 827 тыс. руб. На Ишимской ярмарке в 1870 году привоз азиатских товаров составил почти половину: из 2 млн 701 тыс. руб. - 1 млн 750 тыс. руб.

Посреднической деятельностью в товарообмене между казахскими скотоводами и русскими купцами на территории Степного края занимались сформированные на территории Западной Сибири торговые сословия татар и бухарцев. В ходатайствах об открытии ярмарок русские купцы, открывавшие ярмарки в Казахстане, обычно писали, что «лучшим средством к понижению цен на русские товары, возбуждению в киргизах доверия к русским купцам и к доброте русских товаров» могло быть учреждение ярмарок «около пунктов, где стали останавливаться киргизы во время перекочевок, для совершения торговых сделок, так и для зимовок».

Ярким примером развития оптовых торгов в стране послужила деятельность предпринимателя Варнавы Ботова, выехавшего с товаром весной 1848 года навстречу шедшим в Петропавловск гуртам и открывшим меновой торг в 50 км от Каркаралинска. Его примеру позже последовали русские купцы Семипалатинска, ставшие организаторами Чарских ярмарок. В 1876 году они писали военному губернатору Семипалатинской области:

«Ввиду успешного развития торговли скотом у Куяндинского пикета в Каркаралинском уезде, послужившей основанием Ботовской ярмарки, некоторые семипалатинские торговцы сделали попытку несколько лет тому назад завести подобную же торговлю в Семипалатинском уезде на урочище Кара-Мола у р. Чар, в 60 в. на Ю-ЮЗ от Семипалатинска. Попытка увенчалась полным успехом, и ныне установились в названной местности две ежегодные ярмарки, помимо всякого официального разрешения и даже содействия».

Русские торговцы приняли во внимание тот факт, что казахское население вело кочевой образ жизни, что, в свою очередь, сулило трудности при организации ярмарок. Исследователи С.Е. Толыбеков и Н.Э. Масанов писали, что пришлые купцы определили цикл кочевок казахов, в соответствии с которым определяли место и время кочевок. Задача не представлялась трудной, поскольку обычно процесс летнего кочевания представлял собой движение от одного водного источника к другому. На основе таких летовок и возникли многие внутренние летние ярмарки Акмолинской и Семипалатинской областей. Пример ярмарки на месте летовки – Таинчикульская ярмарка, стоявшая на пересечении двух караванных путей: Петропавловск-Акмолинск и Каркаралинск-Ботовская ярмарка. Во время торговли, с 15 июня по 15 июля, на берегу озера Таинчикуль, устанавливалось в два ряда около 200 купеческих юрт: в одном ряду русские купцы торговали фабричными товарами, в другом располагались местные торговцы, торговцы из Троицка, несколько юрт казахских портных, часовой мастер и даже парикмахер. Напротив торговых рядов устанавливались юрты, в которых размещалась уездная администрация, ветеринары и другие чиновники. Вокруг торговой площади по всей степи в юртах или палатках располагались скототорговцы с партиями своего товара.

Однако большинство крупных ярмарок все же выпадало на конец весны и лето. Именно весной, в первых числах марта, когда было больше травы и воды, совершались наиболее интенсивные перекочевки на весенние пастбища, где скот до наступления летнего зноя быстро набирал вес. Поэтому ярмарочная система Степного края начиналась в глубине Семиреченской области с апреля на весенних пастбищах и далее продвигалась к границам Западной Сибири. В летний период быстрое передвижение скота приостанавливалось из-за наступившей жары. Главной проблемой становилось обеспечение животных водой. Летний период состоял в кратковременных переходах от одного водного источника к другому с продолжительными остановками около крупных водоемов. Этими остановками и пользовались купцы, привозя товары и устраивая в местах скопления скотоводов ярмарочные торги. Весь цикл летних степных ярмарок сформировался с целью сбора скота в течение лета со всей территории Степи и перегона его на западносибирские рынки. Особенностью летних ярмарок было то, что они обычно проходили в открытой степи и были удалены на 500–900 верст от значительных местных промышленных и торговых центров. На них производились закупки от 10 до 40 тыс. голов скота, пригоняемых из отдаленных мест Семипалатинской, Акмолинской, Семиреченской областей. На летние степные ярмарки свозились также большие запасы заводских и мануфактурных товаров, как из российских губерний, так и из Туркестанского края и с других центральноазиатских территорий.

Вторая волна ярмарок выпадала на осенний период, когда начиналось обратное передвижение кочевников на юг. В осенний период многие скотоводы, готовя скот к зимовке, часть его забивали как для продовольствия, так и для продажи, а субпродукты увозили на осенне-зимние ярмарки вблизи постоянных казачьих поселений. Поэтому осенне-зимние ярмарки имели меньшие обороты. Их посещали обычно скотоводы ближайших кочевок; те же, кто имел кочевки в глубине степи, начинали движение на юг уже во второй половине сентября и не участвовали в торговле. Самым же неблагоприятным периодом для ярмарочной торговли являлся зимний цикл кочевания, когда скотоводы были наиболее удалены от торговых центров.

Известно, что качество товаров имело широкий спектр. В торговле ими существовала определенная шкала качества, но для покупателей важно было «увидеть товар лицом». В отличие от торговли промышленным товаром, корреспондент ярмарочной газеты писал:

 

«…при непосредственном обмене степных продуктов на европейские произведения торговля не может производиться по образцам… требуется собственный взгляд хозяина на степные товары, состоящие в совершенной зависимости от климатических случайностей…».

Ирбитский ярмарочный листок № 16

18 февраля 1870 года

 

Ярмарочная торговля развивалась настолько бурными темпами, что вскоре встал вопрос обустройства охранной и ветеринарной службы. Торговля на стихийных ярмарочных торгах зачастую велась в антисанитарных условиях, под открытым небом, без оборудованных мест, без достаточного количества питьевой воды, при этом главным товаром являлись огромные стада скота. Ярмарки превратились в источники распространения инфекций среди животных. Для организации ветеринарной службы были разработаны особые сборы со скототорговли, которые шли на покрытие расходов по санитарному надзору на ярмарках. Первые такие сборы были установлены указами от 7 и 15 февраля 1871 года «Об учреждении денежного сбора со скота, продаваемого на ярмарках Актюбинского и Иргизского укреплений Тургайской области», от 17 декабря 1874 года на ярмарках Уральской области, указом от 7 февраля 1878 годабыли утверждены размеры сборов (5 коп. с лошади, 3 коп. с головы рогатого скота, 1 коп. с барана и 10 коп. с верблюда) на Кояндинской ярмарке в Семипалатинске. На эти сборы также были организованы управления ярмаркой, обустройство ярмарочной площади, устройство путей сообщения, а также на «покрытие издержек по устройству ветеринарно-полицейского надзора на ярмарках, а равно для удовлетворения других торгово-промышленных нужд».

Для ярмарок Акмолинской области рекомендовалось установить надзор из 2–3 ветеринаров, караул и пикеты для осмотра и пропуска скота в Западную Сибирь. Деньги поступали в специальный фонд Акмолинского областного правления, а позже расходовались по утверждаемым сметам, с ежегодной отчетностью. Конечно, были и злостные неплательщики, которые во избежание платы оставляли закупленный скот в течение ярмарки на попечение продавцов-казахов и гнали его по окончании ярмарки, когда снимался правительственный надзор.

Стихийное появление ярмарок ставил вопрос о ее организации. В Казахстане, в отличие от российской территории, организацией ярмарок ведало не только Министерство внутренних дел и Министерство финансов империи, но и Министерство военных дел. К примеру, ярмарочный комитет Кояндинской ярмарки состоял из 6 членов и председателя, функции которого исполнял каркаралинский уездный начальник. В отсутствие уездного начальника председательство возлагалось на выборного члена ярмарочного комитета. Кояндинский ярмарочный комитет ведал всеми делами: снабжение торговцев ярмарочными билетами, сбор денежных пошлин за скот, статистический учет торговли, санитарный надзор, обустройство скотопрогонных трактов, разбор споров между торговцами, вопросы устройства ярмарочной площади. Вместе с тем, в управлении ярмаркой особую роль играли гражданская и военная администрация. Они заведовали надзором за порядком во время торговли и пресекали все попытки купцов торговать после окончания ярмарки. Для этих целей в распоряжение администрации поступало 15 конных и 20 пеших завербованных казаков и вольнонаемных.

Сама Кояндинская ярмарка находилась в долине, окруженной невысокими горами Токпань. В 1876 году в числе занятых торговцами мест насчитывалось 16 бараков и 120 юрт, а уже в 1883 году – 110 бараков и 205 юрт. Все помещения делились на две группы: магазины и лавки, а также ярмарочные торговые помещения. Они принадлежали частным лицам, сдававшим их за плату от 8 до 30 рублей. Для администрации ярмарки использовались юрты баев Аксаринской волости.

Тем не менее, были ярмарки без надзора и системы, большинство из которых находились не в городах, а на обширных открытых пространствах. Часто их ярмарочные площади находились в пользовании обществ, самостоятельно распоряжавшимися вопросами аренды, что приводило к произволу. Так, по мнению городских обывателей Усть-Каменогорска, городское управление Екатерининской ярмарки в 1880-е годы назначило за лавки такую цену, что иногородним купцам было невыгодно торговать. А в «Акмолинских губернских ведомостях» описывался случай, когда жители Баян-Аула, где проходила ярмарка, составили между собой письменное соглашение о взимании с приезжих алыбсатар платы по 2 рубля с человека. Торговцы обратились к арендатору с протестом, но арендаторы сослались на распоряжение начальства. Это вынудило торговцев покинуть Баян-Аул.

Одним из важных вопросов ярмарочной политики стала разработка правил провоза транзитных грузов с рынков Казахстана через ярмарки Западной Сибири. В первую очередь это касалось торговли скотом, которая могла сопровождаться занесением в Западную Сибирь чумы, сибирской язвы, ящура и других болезней. Для ограждения Западной Сибири от заразы царской администрацией были приняты правовые и административные меры. Так, во второй половине XIX века были созданы карантинные пункты на всех скотопрогонных и торговых трактах из Степи в западносибирские и уральские пункты.

Для гарантии безопасности около пропускных пунктов вводился в летнее время 21-дневный, а в зимнее время 14-дневный карантин. Во время всего срока карантина скот содержался на арендуемой земле за счет владельцев скота. Животные неоднократно осматривались ветеринарами. Если в гурте не обнаруживали никаких болезней, то выдавали свидетельства о здоровом состоянии скота, и он пропускался. Во время движения по трактам Западной Сибири отары и стада подвергались ветеринарно-полицейскому осмотру в лежащих на пути городах. При отсутствии свидетельств или отклонении от утвержденных правительством трактов гурты скота и отары овец возвращались в Акмолинскую область. В случаях обнаружения больных животных задержанный скот помещался за счет владельцев в месте, безопасном для местного скота и проходящих гуртов. Зачумленные и подозрительные животные убивались без выдачи вознаграждения. Оставшийся скот возвращался обратно через границу губернии или продавался владельцем на ближайшую бойню для немедленного убоя на мясо.

Товары на ярмарках Степи были представлены четырьмя группами. В первую входил скот овцы, вторую группу составляли продукты скотоводства, в третью группу входили т.н. «азиатские товары» (халаты, одеяла, ковры, бумажные и шелковые ткани, сухофрукты), а четвертую группу составляли привозные промышленные товары и продукты питания (мука, чай, сахар, холст, деревянная, стеклянная и фарфоровая посуда, кожевенные и железные изделия, бумажные, суконные и шерстяные ткани, бакалейные товары). Товары первой и второй групп были местного производства, третьей - из сопредельных азиатских территорий, четвертой - из Сибири и России.

Условно выделялись «скотоводческие», «скотские» и «универсальные» ярмарки. На первых преобладала торговля субпродуктами скотоводства, на «скотских» велась массовая закупка скота, а на универсальных ярмарках осуществлялась скупка скота и продуктов скотоводства. Большинство летних ярмарок являлось «скотскими». На осенне-зимних ярмарках, в период массового забоя скота, в большом количестве торговали скотоводческим сырьем.

В подготовке статьи использованы материалы монографии Т.К. Щегловой «Ярмарочная торговля Западной Сибири и Степного края во второй половине XIX века»

 

 


Автор: Аян Аден