«Нам необходимо вглядеться в прошлое, чтобы понять настоящее и увидеть контуры будущего»
Н. А. Назарбаев

К 100-летию Ильяса Есенберлина. Вся жизнь - опасная переправа

2600
К 100-летию Ильяса Есенберлина. Вся жизнь - опасная переправа
10 января известному казахскому писателю Ильясу Есенберлину исполнится 100 лет. Автор статьи образно и емко размышляет о творчестве писателя и его влиянии на современную жизнь казахстанцев.

Главное однако в том, что «Кочевники»

обладают своей ценностью и литературной судьбой,

независимых ни от прошлых, ни от теперешних конюктур.

Чингиз Айтматов

Переоценка ценностей в условиях строительства нового суверенного государства у нас, как и в других республиках постсоветского пространства, уже произошла. Многие выдающиеся личности прошлого времени были отмечены по заслугам, что очень даже отрадно. Однако, при этом почему-то остались незамеченными некоторые крупные личности, внесшие огромный вклад в национальную культуру. Таковым, прежде всего, является для нас писатель Ильяс Есенберлин, чье имя еще при жизни стало легендой и в степи, и в мегаполисах.

Вот уже треть столетия, точнее, начиная с 1969 года, с момента выхода его исторического романа «Хан Кене», И. Есенберлин не уронил пальму первенства, как самый читаемый автор и уважаемый в народе прозаик. В казахской литературе XX века И.Есенберлин не имеет себе равных по объему тиража — более 8 млн. книг, что никак не является формальным показателем. Образно говоря, он в каждом доме. В любом городе и ауле, так как снискал настоящую читательскую признательность и раньше, и ныне. А его исторические трилогии «Кочевники» и «Золотая Орда» по политическому весу и познавательной ценности являются самыми крупными, монументальными произведениями национальной прозы прошлого столетия. Это и есть главный критерий для любого классика. О чем запамятовали, к сожалению, специалисты духовных ценностей.

В чем заключается отличительная особенность творчества И. Есенберлина? Это основной вопрос. Он универсален и приемлем ко всем литераторам. Применительно к личности И. Есенберлина ответ на этот принципиальный вопрос общеизвестен не только в пишущих кругах. Загвоздка в другом: никто не хотел оглашать банальную истину о нем. И до каких пор? Похоже, его коллеги эту приятную миссию решили отодвинуть к 100-летию писателя, то есть в надежде на то, что до 2015 года, как в подобных случаях изрекал Ходжа Нассреддин, «Или ишак сдохнет, или арба рассыплется». Они надеются, что к тому времени вдруг народ подзабудет своего литературного кумира, и он тоже, как иные классики соцреализма, постепенно окажется во власти забвения и на свалке бренного бытия.

Я полагаю, что этого не случится по многим причинам. Ведь далеко не случайно И. Есенберлин де-факто стал немеркнущим символом XX века в нашей республике. И не столько потому, что он родился в начале века (10 января 1915 года), а ушел от нас почти в конце столетия (в 5 октября 1983 года) и был живым свидетелем своего времени, сколько из-за своего многопланового литературного творчества, волновавшего умы современников, которые в глубине души не теряли надежду на грядущие перемены и мечтали о лучшей доли для своего народа.
Он не является таким непревзойденно искусным мастером слова, как великий Мухтар Ауэзов. 

И. Есенберлину было некогда шлифовать каждое слово, каждую фразу. Перед ним стояли иные задачи: философская трактовка уроков истории, издержек современности, планов на перспективу с помощью художественных образов. В целом, его творчество — это глобальный подход к вопросам развития нации в отдаленном будущем. И в этом ключе он строил свои творческие замыслы. Он смог триедино соединить искусственно прерванную способность нации самостоятельно думать и решать судьбоносные вопросы общества без оглядки на «опекунов» свыше и со стороны. Поэтому он прибег к классической формуле: вчера, сегодня и завтра. Для того чтобы нация могла строить свои прогнозы на год-другой, она ясно должна себе представлять, что было в течение прошлых ста лет. Он раньше других понял, что нельзя прогнозировать лет на 10, не зная свою пятивековую историю и так далее. Вот почему миссионер И. Есенберлин уходил в глубину веков, откапывая там наиболее значимые события, реальные исторические фигуры.

В одной статье невозможно анализировать ту или иную книгу автора. Даже беглый взгляд только по названиям его повестей и романов говорит о многом. Прежде всего о прозорливости автора. И. Есенберлин всегда тяготел к анализу и осмыслению эпохальных событий как своего времени, так и прошлых веков. При этом для него первостепенное значение имела судьба человека, конкретной личности. Не случайно одна из ранних его повестей так и называется «Песня о человеке». И вся его творческая биография и есть, иными словами, «Поэма о людях». О великих и простых, о героях положительных и отрицательных. Такое отношение к своим произведениям помогло ему раскрыть характеры литературных образов, прототипами которых были в основном исторические личности.
Другая его повесть именуется: «Бурливо течет Есиль». Река Есиль, на берегу которой строится и хорошеет новая столица суверенного Казахстана, течет по равнине Сары-Арки далеко от гор. 

Поэтому она, в прямом смысле, никогда не бурлила. Но, сегодня она, в переносном смысле, действительно приковывает к себе внимание жителей не только Астаны. Все архитектурные планы города привязываются к особенностям Есиля. Ландшафт правого и левого берегов этой реки плавно переходит в ландшафт города. Проектировщики столицы в своей работе отталкиваются именно от Есиля. И она стала не только главной водной артерией города. Такое впечатление, как будто И. Есенберлин 50 лет назад предвидел бурную жизнь на берегах этой спокойной реки. В Казахстане есть более крупные и быстрые реки, а он выбрал именно Есиль. В этом я еще раз убеждаюсь в странном совпадении его образов и грядущих событий. Даже условные названия его книг не теряют с годами свою смысловую нагрузку.

Названия его романов олицетворяют величие, красоту и грацию. Например, «Золотые кони просыпаются» и «Золотая птица». И спустя 40 лет эти же его образы в качестве символов оказывались востребованными для геральдики юного государства. А конь, то есть олицетворение кочевой цивилизации и «крылья» степняка изображен на гербе Республики Казахстан. Поистине, проснулись «Золотые кони» в конце 1991 года и XX века — для нас. И здесь И. Есенберлин опережает события на десятки лет. «Золотая птица» Ильяс-ага теперь парит на флаге РК уже в виде орла, расправив свои могущественные крылья под солнцем и над Великой Степью. Его вчерашние образы сегодня воплощаются в реальности дня сегодняшнего.

У человеколюбивого И. Есенберлина романы о взаимоотношениях людей названы предельно метко и одновременно чрезвычайно романтично: «Влюбленные», «Праздник любви», «Радость белых лебедей». Извечно актуальная тема в этих романах расписана как документальная хроника в точном соответствии своему названию. Одним словом, он оставил нам помимо исторических произведений и «Трилогию о Любви».

Поскольку жизнь писателя была многотрудной, а его творчество полно риска, то многие произведения уже в своем названии наделены бойцовскими характерами. Кстати, такой характер был присущ в полном объеме и самому автору этих книг, ибо без него он не смог бы выполнить и отстоять свои творческие планы. Об этом свидетельствуют его романы «Схватка», «Опасная переправа», «Мангистауский фронт», «Битва в дали». Не только в исторических трилогиях, но и во всех других книгах баталист И. Есенберлин устами своих героев поднимал животрепещущие проблемы современности и будущих поколений, на что моментально обратили внимание вахтеры той идеологии прежде всего не в ЦК КПК, а в самой литературной среде. На него ополчились все «тяжеловесы» словесного ремесла. Одних «подогрели», другие были уверены в аполитичности творчества Ильяса. В подобной обстановке мудрый, но зависимый от Москвы Димаш Кунаев не смог защитить писателя-новатора открыто, хотя очень высоко ценил искренние намерения И. Есенберлина и помог ему как смог ради святого его дела.

Еще в 1960-е годы он впервые среди творческих работников в своих книгах поднимал вопросы реабилитации таких славных сынов нашего народа, как Магжан Жумабаев, Ахмет Байтурсунов, Алихан Букейханов, Шакарим. Ильяс-ага своему первому внуку дал имя все еще не признанного идеологами той поры М. Жумабаева, как бы в знак протеста, показывая личный пример и другим. Еще ранее, в начале 50-х годов, своему сыну он дал «не ходовое» в то время имя героя из казахского фольклора «Қозы-Көрпеш и Баян-Сұлу», зная, что сыну будет сложновато с этим грузом в жизни.

И. Есенберлин и здесь нам демонстрирует свое искреннее отношение к национальной святыне, чем для казахов является устное многовековое словесное творчество — фольклор. 

В действительности он и оказался чистым родником народной мудрости, вобравшим в себе самое святое — историческую память нации, ратные деяния незабытых за много веков легендарных имен. Все это происходило тогда, когда иные излишне политизированные писатели отреклись от собственной истории, от величайших личностей прошлого. Он всем неустанно доказывал свою правду и в итоге перешел в контрнаступление от безысходности.

Вот вам и мотивы его «Схваток», «Фронтов». Начиная уже с названия книги, И. Есенберлин будоражит читательское воображение. И «Актабан-шубурынды» времен жунгарского нашествия, и строительный бум на берегу Есиля новой столицы равнозначно напоминают «Битву в дали» с той разницей, что первая — во времени, а вторая — в пространстве. Творчество Ильяс-ага вынуждает читателя думать самостоятельно. Его произведения — это, главным образом, пища для размышления, бесконечная череда ассоциаций событий, переходящих из эпохи в эпоху, из одного состояния души в другое. Они написаны не поверхностно (о чем твердили завистники), а сжато, кратко. В них крупные и значительные события спрессованы до предела возможности. Это источник ценных реалий познания себя и других. В этом заключается неповторимость и уникальность литературного наследия Ильяс-ага.

Вся 40-летняя творческая жизнь И. Есенберлина в двух словах и есть «Опасная переправа», ибо он предпочел неизведанное, когда большинство собратьев по перу шли по обкатанному пути. И за ним в начале 70-х все же пошла горстка фанатиков, и он, впервые в казахской прозе XX века, создал литературную школу историков. И. Есенберлин пошел по пути бездорожья, не заблудился в потемках, гениально справился в одиночку с архиважной задачей и первым благополучно пришел к победному финишу.

О чем метко сказал ум и честь казахской поэзии ХХ века — Кадыр Мырзалиев:

«Есенберлин Ілияс қызық еді.
Ұлытаудың сілемі, үзігі еді.
Арктика мұзындай тақырыпты,
Жалғыз өзі — жарықтық бұзып еді!»

Таким образом, ему удалось одолеть свою «Переправу». Полная неожиданность. Сегодня мы обязаны сказать ему: «Хвала созидателю!»

Ильяс Есенберлин, будучи директором издательства и вторым секретарем Союза писателей Казахстана, всячески помогал многим неординарным личностям. Оказывал влияние на взгляды Ануара Алимжанова, сам выпустил скандально известную книгу Олжаса Сулейменова «Азъ и Я» в издательстве «Жазушы» на свой риск. Он по-отечески заботился и любил Олжаса, делился своим богатым исследовательским опытом и бесспорно оказал огромное влияние на юное дарование в подборе масштабной темы о взаимовлиянии тюрко-славянских культур в области лингвистики — билингвизма. И не ошибся. Тут невольно вспоминаешь роман Ильяс-ага «Прикрой своим щитом», название которого говорит само за себя. Если И. Есенберлин «натаскивал», а когда надо, яростно защищал своих младших единомышленников по перу (Кабдеша Жумадилова, Мухтара Магауина и др.) и он сам, в свою очередь, нуждался в аналогичной поддержке со стороны руководства Казахстана и отдельных авторитетных ученых-историков и писателей за пределами республики. Помимо административной, ему оказали моральную поддержку такие известные люди, как археолог, историк, этнограф — академик А. П. Окладников из Сибирского отделения АН СССР (Новосибирск), Кристина Дамм (Варшава), Чингиз Айтматов (Бишкек), Алкей Маргулан (Алматы), и так далее.

Речь здесь идет не о спасении головы, благополучия и должности, а о защите литературного произведения типа романа «Хан Кене» или трилогии «Кочевники» от неуместно агрессивной критики, запретов. Причем данное понятие актуально не только в условиях тоталитаризма, но и в наши дни, хотя демократия у нас декларирована конституционно, так как талант — явление крайне редкое, абсолютно новое и непривычное, потому шокирующее консервативное большинство своим вызовом. Власть или совесть нации должны брать под свои «щиты» каждого, кто наделен от Бога столь нечастым дарованием. Тут от власти требуется мудрость, от «совести нации» — решительность и неконюнктурность убеждений. В противном случае даже самый редкий талант превратится в пепел и прах под натиском злобы невежд.

4542387d0bb0b979f9c016fa601b58bf.jpg

Название главной книги И. Есенберлина «Кочевники» однозначно удачное, так как соответствует традиционному образу жизни казахов. Оно при всей своей лаконичности достаточно емко характеризует уклад степняков. Действительно, оригинальное название. Само его определение расширяет границы повествования, так как кочевниками были тогда и другие соседние народы, с которыми наших предков связывали не только одни набеги и десятилетние кровопролитные противостояния, но и добрососедские отношения.

Так, лихо перенося за сжатые дни свою столицу с юга — Алматы на север — Акмолу, руководство Казахстана еще раз доказало миру свою генетическую мобильность и наличие в народе духа кочевой цивилизации. Тут тоже И. Есенберлин, внушивший своим соплеменникам их происхождение, на подсознательном уровне способствовал быстрому принятию столь трудного решения Президенту и Парламенту РК.

Все, что делается, на подсознательном фоне людьми не осознается. Поэтому политики вам ответят: причем тут И. Есенберлин, что-де «мы сами с усами» и тому подобное. Суть произведений Абая Кунанбаева, Ахмета Байтурсунова, Шамши Калдаякова («Мой Казахстан»), трудов Алихана Букейханова, Ермахана Бекмаханова, стихов Кадыра Мырзалиева, книг Ильяса Есенберлина и многих других на языке науки фиксируется в подкорковых слоях мозга, переходя в долгосрочную память, и может быть востребована, в том числе и в экстремальных ситуациях. Все это происходит отчасти неосознанно, и индивид в таких случаях действительно не лукавит, но он сам не замечает мотивы своего поступка. Именно в этом ценность книг И. Есенберлина. Казахи в таких случаях говорят: «жадымда сақтадым», что означает «хранил в себе». Имеется в виду — отодвигать закодированную информацию на второй план, но потаенно держать при себе эти сокровенные мысли.

Ради справедливости скажем о том, что первоначальное авторское название трилогии — не «Кочевники», а «Белая Орда», но красные фаталисты, для которых белый цвет означал оттенок былого идейного врага, и слушать не хотели И. Есенберлина, и он был вынужден идти на компромисс. Тем самым само обстоятельство подтолкнуло автора идти «шире» и «глубже» в неведомый мир старины. И «отмотавший» свое на полную катушку Ильяс-ага уже в возрасте старца, то есть пенсионера, начинает раскручивать свою «Золотую Орду». Это мое субъективное мнение.

2a6ee78ae31f96bffda5c3206d0e55cd.jpg

Для меня всегда было загадкой написание трилогии «Золотая Орда», которая за треть века так и не понята казахстанским обществом. У всех в умах сидит вульгарный стереотип о том, что эта империя была злом для народов Евразии, с чем просвещенный люд с давних пор не согласен (Л. Н. Гумилев и многие другие). И. Есенберлин и 35 лет назад лучше историков понимал истинное положение вещей. Об этой, проклятой в официальной идеологии центра, о так называемой Дикой Орде. Она просуществовала три столетия только потому, что была веротерпимой к своим подданным и жестокой для непокорных и дерзких. Разве не по этому признаку сегодня строится любая государственность при наличии высоколобых парламентариев? «Белая Орда», рожденная в казахских степях независимо чьими потомками, а главное нашими ханами Жанибеком и Кереем, в связи с распадом Красной Империи, именуемой СССР, которую лично я не считаю рассадником зла, сегодня претерпевает свое второе рождение.

Казахстанское руководство неплохо справляется с вопросами реанимации «Белой Орды» И. Есенберлина. На сегодня это главное и с этим фактом нам остается соглашаться. Когда возникла нешуточная дискуссия о переименовании будущей столицы Акмолы, казахская интеллигенция вдруг вспомнила есенберлинскую «Белую Орду» и предложила дать столице имя «Акорда». Данная инициатива не нашла полного понимания во властных структурах РК, и главному городу дали имя «Столица» — Астана. Теперь новая резиденция Президента Казахстана на левом берегу Есиля так и называется: «Ак Орда». В любом случае, думы и чаяния И. Есенберлина живут в умах. У простого народа и его правителей.

Трилогии «Кочевники» и «Золотая Орда», не считая другие девять книг, оказали благотворное влияние для осознания нами своего национального «Я». Среди писателей Казахстана XX века творческий запал И. Есенберлина простимулировал процесс созревания нации к строительству самостоятельного государства.

Книги И. Есенберлина имеют огромное нациоформирующее и государствообразующее значение для нашего древнего этноса. Именно Ильяс-ага впервые указал на то, что Казахстан практически является самым большим осколком в центре огромной империи той Золотой Орды (Алтын Орда, Улус Джучи, самоназвание на казахском Ұлы Ұлыс — «Великое государство»), у которой «голова» была вначале монгольского происхождения, но становой хребет — бескрайние кипчакские степи, подпитавшие военно-политическую мощь Державы потомков Чингисхана, отюреченных затем в течение каких-то нескольких поколений. На современном языке Казахстан стал как бы правопреемником Золотой Орды, на которую гнули спины наши предки на своей исторической родине.

Любознательный И. Есенберлин интересовался Золотой Ордой ради разоблачения стандартной лжи и познания исторической истины, так как Золотая Орда возникла у подножья гор Улытау (недалеко от Астаны) и исчезла тоже там, имея свою столицу — Сарай — на казахских землях на западе Казахстана. Теперь наша страна от этого факта имеет уже историческо-политические дивиденды, так как Золотая Орда известна во всем мире и обозначена на карте по истории.
Ведь современники И. Есенберлина клеймили «Золотую Орду» позором, обвиняя при этом автора самого прогрессивного произведения в ущербности его самосознания, в убогости взглядов. Эти же критиканы сегодня лихорадочно идут по его стопам и дошли до Кагана Модэ, Томириса, Султана Бейбарса, Аттилы и идут еще дальше, так как нынче нет былого запрета. Напротив, историческая тема вдруг стала выгодной для имиджа вчерашних соцреалистов.

Самым драматичным явлением 23-х последних суверенных лет стало практическое отсутствие сколь-нибудь ценных литературных произведений, способствующих полноценному становлению и формированию казахстанского патриотизма и государственной идеологии наподобие трилогии «Кочевники» или «Золотая Орда» летописца казахской государственности Ильяса Есенберлина.


Ахмет Дюсенбаев,
научный сотрудник-хранитель
Музея истории казахстанской науки
РГП «Ғылым ордасы» МОН РК