Главная История Казахстана Казахстан в составе Советского Союза Казахстан в период становления тоталитарной системы ИЗ ИСТОРИИ СТАНОВЛЕНИЯ СИСТЕМЫ ЗДРАВООХРАНЕНИЯ В СОВЕТСКОМ ТУРКЕСТАНЕ (1917-1919 гг.)

ИЗ ИСТОРИИ СТАНОВЛЕНИЯ СИСТЕМЫ ЗДРАВООХРАНЕНИЯ В СОВЕТСКОМ ТУРКЕСТАНЕ (1917-1919 гг.)

14 Марта 2018
2292
0

Аннотация. Советская модернизация была направлена на трансформацию системы здравоохранения, установившейся в период царской власти. Новая система здравоохранения, несмотря на принципиальные от¬личия в организации и классовый подход в оказании медицинской помощи населению, унаследовала от нее основные формы, методы, научно-теоретическую базу, медицинские и санитарные кадры. Становление советской системы здравоохранения в Туркестане проходило в чрезвычайно сложных условиях гражданской войны, хозяйственной разрухи, голода, эпидемий, нищеты, и по этой причине, первоначально усилия советской власти были направлены на установление санитарных норм и контроля.

В ходе модернизации системы здравоохранения в Туркестане, советская власть попыталась решить комплекс проблем, связанный с подготовкой квалифицированных специалистов, производством лекарственных препаратов и медикаментов, расширением лечебно-медицинской сети, увеличением числа больниц и усилением их мате-риально-технической базы, открытием медицинских учебных заведений, научно-медицинских учреждений по изучению заболеваний, лабораторий по производству вакцин, заводов по выпуску фармацевтиче¬ских препаратов, обеспечения денежными средствами и т.д.

В результате преобразований системы здравоохранения и ценой больших усилий, приложенных властью сократился масштаб эпидемий, увеличилось численность лечебных учреждений и медицинского персонала, на практике был реализован один из главных ее принципов – обеспечение бесплатной врачебной помощью широкие слои населения. Таким образом, в 1917-1919 гг., в Туркестане были заложены основы советской системы здравоохранения, получившие свое дальнейшее развитие в советских республиках Центральной Азии и действовавшие до конца ХХ в.

Введение в проблему

К числу малоизученных проблем в истории Туркестанского края первой четверти ХХ века относится история становления советской системы здравоохранения и медицины. Приоритетными предметами изучения большинства исследователей по истории Центральной Азии в целом, и Туркестанского края, в частности, становились проблемы политических, экономических, социокультурных процессов, межэтнических конфликтов, взаимоотношения коренных жителей с представителями пришлого европейского населения, столкновения геополитических интересов западных держав и России в среднеазиатском регионе, политике большевистской партии в отношении Туркестана и др. По этой причине, такая важная сфера государственной политики как здравоохранение незаслуженно оставалась вне поле зрения историков и исследователей.

До настоящего времени в отечественной и зарубежной историографии отсутствуют значимые научные работы, в которых бы разносторонне изучалась история становления советской системы здравоохранения в Туркестане в первые годы существования большевистской власти в крае. В связи с этим недостаточно изучены как сам процесс становления системы здравоохранения, так и деятельность Народного комиссариата здравоохранения Туркестанской республики по проведению государственной политики в сферах обеспечения медицинской помощью населения и охраны его здоровья; история создания сети лечебно-профилактических и курортных учреждений, местных органов здравоохранения, строительства больниц и амбулаторий, родильных домов; подготовка медицинских кадров и открытие специализированных учебных заведений; организация аптечной службы и производства лекарственных препаратов; установление санитарного контроля и норм, борьба с эпидемиями, голодом и инфекционными заболеваниями и др.

Изоляция Туркестана от России в период гражданской войны, голод 1918-1919 гг., широкое распространение эпидемий и инфекционных заболеваний, внутреннее противоборство за власть между «старыми коммунистами» и тюрко-мусульманской политической элитой, перешедшей на советскую платформу, прибытие и деятельность Турккомиссии, а также многие другие процессы оказывали непосредственное влияние на ход становления советской медицины и системы здравоохранения в Туркестане.

Советская власть приложила немало усилий для трансформации и модернизации системы здравоохранения, которая досталась ей в наследство от царизма и всецело было направлена на поддержание существовавшего в крае колониального режима. Система здравоохранения и ее формы организации в Туркестане неоднократно подвергались изменениям, что находило отражение в изданных законодательных документах и нормативно-правовых актах, которые способствовали поиску по выбору и созданию наиболее оптимальной и функциональной модели ввиду постоянного дефицита медицинского персонала и медикаментов, обширности территории и многочисленности населения, подверженности края к распространению различных инфекционных заболеваний, связанных с его климатическими особенностями, а также отсутствием широкой лечебной сети в сельских местностях и учебных заведений по подготовке медицинских кадров.

Основной задачей, формировавшейся на протяжении всего существования Туркестанской республики (1918-1924 гг.) системы здравоохранения являлось обеспечение бесплатной медицинской помощью всех жителей края. Частично она была достигнута лишь по прошествии полутора лет с момента установления советской власти в крае, когда в мае 1919 г. правительством Туркестанской АССР был принят закон о бесплатной врачебной помощи населению.

Система здравоохранения, созданная в Туркестане, впоследствии легла в основу советской медицины центральноазиатских республик, образованных в результате национально-государственного размежевания, проведенного осенью 1924 г. Масштабные работы по подготовке санитарно-медицинских кадров и открытию специализированных учебных заведений, строительству больниц и лечебных учреждений, сети амбулаторий и фельдшерских пунктов, организации аптекарской службы и фармацевтического производства, получившие свое начало в Туркестанской республике, нашли свое логическое продолжение в Узбекской и Туркменской ССР, Таджикской, Киргизской, и отчасти Казахской АССР. Учитывая тот факт, что в условиях независимости центральноазиатские республики столкнулись с трудностями по модернизации и реформированию своих систем здравоохранения, особую значимость приобретает изучение опыта внедрения советской системы здравоохранения в Туркестанском крае, поскольку жизнеспособность и эффективность советской системы здравоохранения, просуществовавшей вплоть до конца ХХ века была проверена и доказана временем.

Источниковую базу исследования составили архивные документы, которые отложились в фондах двух архив¬ных учреждений Узбекистана – Центрального государственного архива (ЦГА) и Архива Аппарата Президента (ААП). В фондах Р-17 (ЦИК Советов Туркестанской АССР) и Р-40 (Наркомздрав Туркестанской АССР) ЦГА РУз, а также в фондах 58 (ЦК КП Узбекистана) и 60 (ЦК КП Туркестана) ААП РУз был выявлен комплекс архивных документов, разносторонне освещающий историю становления советской системы здравоохранения в Туркестане в 1917-1919 гг. Архивные источники представлены законодательными документами и нормативно-правовыми актами: декретами, приказами, постановлениями, распоряжениями, циркулярами, положениями, а также протоколами и выписками заседаний высших органов государственной власти Туркестанской АССР – ЦИК, СНК, Наркомздрава, Крайкома КПТ, материалами советских и партийных съездов. Важным источником являются отчеты, доклады, объяснительные записки, деловая переписка руководящих лиц Наркомздрава, в которых подробно описывается положение здравоохранения в республике, приводятся ценные статистические данные. Значительная часть из использованных в данной статье архивных документов впервые вводится в науч¬ный оборот.

Бремя царского режима

Становление советской системы здравоохранения в Туркестанском крае имело ряд отличительных черт и особенностей от происходившего аналогичного процесса в России. Начало этому процессу было положено 1 ноября 1917 г., когда в Ташкенте была установлена Советская власть. Состоявшийся вскоре после политического переворота 3-й краевой съезд Советов, «узаконив» власть русских большевиков принял декларацию, в которой объявлялось об образовании правительства Туркестана – Совета Народных Комиссаров. В его состав был включен и комиссар народного здравоохранения [1]. До полного возобновления сообщений между Туркестаном и Россией, произошедшего лишь в сентябре 1919 г. местные советские органы, в том числе и Наркомздрав в своей деятельности пользовались относительной самостоятельностью от центральных органов власти РСФСР.

От старого режима новому краевому органу – народному комиссариату здравоохранения Туркестана досталось тяжелое наследство. Существовавшая до революции система здравоохранения и медицинская сеть в крае были призваны обеспечивать полноценное функционирование колониального режима, в первую очередь обслуживая сосредоточенные в Туркестане воинские формирования и жителей крупных городов, в которых преимущественно проживало пришлое европейское население. Предшественниками комиссариата являлись 4 окружных управления, функционировавших в период правления генерал-губернатора: военно-медицинское, военно-санитарное, военно-ветеринарное и отчасти военно-интендантское. Они отвечали за все нужды войск, военных и лечебных заведений – больниц, военных госпиталей и лазаретов, стационаров, фельдшерских и амбулаторных пунктов, обеспечивая их необходимым медико-санитарным персоналом, лекарственными препаратами и денежными средствами, вещами и продовольствием.

Забота об охране здоровья гражданского населения края и обеспечение его квалифицированной медицинской помощью хотя и входили в обязанности вышеназванных управлений, исполнялись ими лишь частично, и весь груз ответственности был практически переложен на малочисленных областных и уездных врачей, а также на общественную медицину по форме напоминавшую земскую, и которая была организована по принципу территориальной участковости. Общественная медицина в Туркестане была не развита, так как она не получала от краевой власти необходимой поддержки ни средствами, ни медицинскими кадрами. Вследствие этого жители сельских местностей оставались без необходимой врачебной помощи, не имели представления о существовании прогрессивной медицины, и по-прежнему пользовались услугами знахарей и народных целителей (табибов).

Медицинская сеть края, разраставшаяся по мере расширения русского господства в Туркестане несмотря на некоторые успехи, такие как открытие специализированных лечебниц (дерматологических, венерических, психиатрических, офтальмологических и др.), попыток увеличения количества больничных коек в них, организацию родильных домов, привлечение из России медико-санитарных кадров, создание сети амбулаторных учреждений, частных аптек, единичных клинико-бактериологических лабораторий, оказание частных платных медицинских услуг была не в состоянии обеспечить местное население врачебной помощью в масштабах всего края. В качестве доказательства нехватки лечебных учреждений можно привести следующие статистические данные: в 1910 году в 5 областях Туркестана с населением около 6 миллионов человек действовало всего 63 врачебных участка, 76 больниц (1081 койка), 20 фельдшерских пунктов, 7 приемных покоев (34 койки), 2 психиатрические больницы (55 коек), 2 родильных дома на 33 места, 1 пастеровская станция [2]. По этим показателям весь Туркестанский край был сопоставим только лишь с одной Томской губернией в России.

Помимо вышеназванных лечебных заведений в крупных городах края существовали различные организации и общества, занимавшиеся оказанием медицинской помощи населению. Члены Общества Красного Креста и подчиненного ему Общества сестер милосердия, Общества туркестанских врачей, Общества фельдшеров и другие стремились внести свой посильный вклад в развитие здравоохранения в крае.

Краевая власть и ведомственные медицинские управления проявляли особое внимание проблемам здравоохранения и санитарного контроля лишь в чрезвычайных случаях, когда всему населению угрожала серьезная опасность и она достигала серьезных масштабов, например, при эпидемиях холеры в 1872 и 1892 гг., а также чумы в 1898 г. Тогда ценой больших усилий и благодаря самоотверженной работе русских врачей удалось остановить эпидемии. Но несмотря на это население края, в основном коренное, которое проживало в сельской местности и вдалеке от крупных городов продолжало страдать и гибнуть от таких инфекционных заболеваний как тиф, малярия, оспа, дифтерия, а также многих других социальных болезней, среди которых широко были распространены туберкулез, венерические заболевания, детская смертность.

Разразившаяся в 1914 году Первая мировая война оказала негативное влияние на всю систему здравоохранения в крае. Резкое сокращение и без того скудного финансирования, мобилизация в ряды войск медицинских и санитарных кадров, сокращение притока специалистов и вольнонаемных врачей из России привели к упадку врачебно-медицинского дела. Если до войны, процесс расширения сети амбулаторных учреждений по всему краю развивался медленными темпами, то после ее начала он вовсе был вынужденно приостановлен. Ряд амбулаторий и фельдшерских пунктов, организованных до этого исключительно благодаря усилиям отдельных врачей, и зачастую располагавшихся в неприспособленных зданиях, в которых слабо соблюдались санитарные нормы, повсеместно прекращали свою деятельность, а их здания начали пустовать.

Создававшиеся на территории края немногочисленные стационары в большинстве своем оказывали медицинскую помощь представителям военных структур и органов правопорядка, колониальной администрации, привилегированному контингенту, работникам железной дороги, а также людям, имевшим возможность оплачивать свое лечение. В качестве доказательства, стоит сказать, что функционировавшие в городах 14 больниц обеспечивали врачебной помощью в первую очередь представителей европейских национальностей, поскольку располагались они в новых («русских») частях этих городов. О недостаточном количестве стационаров говорит хотя бы тот факт, что по подсчетам в 1907 году в Туркестане на огромную площадь размером в 26 140 кв. верст приходилась всего лишь одна больница, что же касается количества населения, то на одну больницу приходилось 76,6 тыс. человек [3].

Наряду с существовавшими очевидными трудностями, связанными с недостаточным финансированием, дефицитом специалистов и медикаментов, прибывшим в Туркестан русским врачам и лекарям предстояло своей деятельностью завоевывать расположение местного коренного населения, относившееся к ним не только с недоверием, но и с некой опаской. Часть врачей трудясь в Туркестане на протяжении нескольких лет благодаря накопленному опыту и знакомству с региональной спецификой (бытом и условиями жизни, религией и обычаями, языком и культурой) смогла установить «мирный контакт» с представителями местных национальностей, нередко оказывала им безвозмездную медицинскую помощь, принимала активное участие в ликвидации очагов эпидемий, что говорит об ее гуманности и верном служении врачебному долгу.

Одной из главных проблем на протяжении всего колониального периода (1867-1917) и в первые годы советской власти оставалась острая нехватка квалифицированных медицинских работников. Отсутствие в крае до революции учебных заведений по подготовке медицинского персонала вынуждало Туркестан привлекать врачей из России, по этой причине подавляющая часть врачей и специалистов прибывала в край из-за его пределов, и в большинстве своем определялась на службу в царскую армию по линии военно-медицинского ведомства. Незначительная часть вольнонаемных лекарей, а также народных врачевателей не могла покрыть потребность в медицинской помощи всего населения.

Вклад в развитие здравоохранения в крае могли внести его уроженцы, получившие медицинское образование в вузах России, и в первую очередь в Санкт-Петербурге, но их процент был чрезвычайно низким. Следует заметить, что первыми врачами из числа коренных жителей были казахи – это выпускники Императорской военно-медицинской академии А. Кутебаров, С. Асфендиаров, Н. Ипмагамбетов, а также окончившая Санкт-Петербургский женский медицинский институт Г. Асфендиарова. И если мужская часть этих врачей в качестве лекарей находилась на военно-медицинской службе в царской армии, то первые женщины-врачи трудились участковыми врачами в различных частях генерал-губернаторства. Среди выходцев из Туркестана, вернувшихся с дипломами врачей были также татары, евреи, немцы и русские.

Выпускники Императорской военно-медицинской академии Альмухаммед Кутебаров (слева) и Нургали Ипмагамбетов (справа)

Описанная выше ситуация еще более усугубилась в результате национально-освободительного восстания 1916 г. и последовавшей вскоре после него Февральской революции. Карательные акции царских войск в Семиречье вынудили 60 тыс. семей тысяч казахов и киргизов покинуть насиженные места, тем самым породив проблему беженцев-кочевников. Лишенные своего имущества и скота, оказавшиеся в чрезвычайно сложном положении в Китае семиреченские беженцы уже с наступлением весны в 1917 г. стремились вернуться обратно. Однако их возвращение было усложнено не только дипломатическими сложностями между российской и китайской сторонами, но также и враждебностью, с которой их встречало местное казачество и русские переселенцы, чинившие самосуд и расправу за грабежи, совершенные годом ранее. Гонимые голодом, беззащитные и бездомные беженцы становились распространителями многих инфекционных заболеваний. Все это вылилось в печально известную «Семиреченскую трагедию» на разрешение которой ушел не один год. 

На волне демократических преобразований после крушения монархического режима врачи, работавшие в Туркестане, начали объединяться вокруг созданных при областных управлениях медицинские советы, а также различные союзы. Повсеместно проводя съезды и собрания медицинских работников , и поднимая на них проблемы, требующие скорейшего разрешения, они били тревогу и стремились обратить внимание краевых властей на надвигавшуюся катастрофу, вызванную голодом и вспышками эпидемий, нехваткой кадров, лечебных учреждений, медикаментов. Первый краевой съезд военно-санитарных чинов Туркестанского военного округа. Ташкент, 1917 г.

В июне 1917 года в г. Ташкенте прошел первый в истории Туркестана Краевой съезд военно-санитарных работников, участие в котором приняли 116 делегатов, из которых 32 были врачами, 10 фармацевтами, 49 фельдшерами, 5 сестрами милосердия, остальные чиновниками и служащими ведомственных учреждений [4]. Делегаты съезда среди прочих неотложных проблем, существовавших в сфере народного здравия особо выделяли необходимость создания коллегиальных органов управления в военно-санитарном ведомстве, реорганизацию санитарного дела как в войсковых частях, так и в лечебных учреждениях, улучшения условий труда, а также социально-правового и экономического положения всех медицинских работников. В целях организации дела здравоохранения в Туркестане съезд избрал новый состав военно-санитарного управления. Впервые избранный краевой орган, состоявший из хорошо знакомых с местными условиями известных специалистов рядом мер и решений способствовал определенному улучшению состояния медико-санитарного дела, однако в корне изменить ситуацию не мог, ввиду отсутствия в его руках рычагов власти и материальных средств.

Первые шаги к трансформации

Затянувшаяся война и последовавшая за ней хозяйственная разруха, продовольственный и социальный кризис, массовый голод вызвали небывалые волны эпидемий холеры, оспы, тифа, различных инфекционных заболеваний и поражение эпизоотиями скота по всей территории России и во многих ее окраинах. Ситуация усугублялась острой нехваткой квалифицированных медицинских и санитарных кадров, лекарственных препаратов и медикаментов, специального медицинского оборудования и техники, малочисленностью лечебных учреждений, отсутствием санитарного контроля и гигиены. В совокупности это привело к увеличению смертности в 3 раза и сокращению рождаемости вдвое. Критическое положение требовало от советской власти принятия срочных и неотложных мер по созданию новой действенной системы здравоохранения, способной предотвратить надвигавшуюся катастрофу, остановить сокращение людских ресурсов, оказать помощь в борьбе с эпидемиями и болезнями, привлечь на свою сторону медицинскую интеллигенцию и санитарно-медицинские кадры.

С первых дней советская власть приступила к коренной трансформации системы здравоохранения, а во многих регионах России – к ее созданию. Первым шагом в этом деле стала организация врачебно-санитарных отделов при местных Советах, в задачу которых входило объединение и привлечение к труду всех медицинских служащих, признавших новую власть. Декретом от 15 февраля 1918 года СНК РСФСР упразднив Центральный врачебно-санитарный совет ввиду его антисоветской позиции, тем самым дал понять, что для занятия легальной врачебно-медицинской практикой следует переходить на сторону Советов, либо оставаться в положении «вне закона», дав тем самым толчок к своеобразной «советизации» медицинских работников. Несколько позднее был сформирован Совет врачебных коллегий, объединявший медицинские части некоторых наркоматов, и до организации Комиссариата здравоохранения в 1918 году ставший высшим медицинским органом советского правительства. Такая система организации дела народного здравия сохранялась вплоть до создания специального отраслевого органа в этой сфере – Наркомздрава РСФСР в июле 1918 г., который был образован декретом СНК и утвержден положением о Наркомздраве РСФСР [5]. Следует заметить, что создание отдельного медицинского ведомства в Туркестане по своему времени опередило возникновение Наркомздрава РСФСР. 

Новообразованному комиссариату здравоохранения Туркестана предстояло решить целый комплекс сложных проблем, накопившихся за длительный период колониального режима в крае и являвшийся не только тяжелым препятствием на пути к созданию новой системы оказания врачебной помощи населению, но и к принятию экстренных мер по спасению жизни людей. Первый нарком здравоохранения Н. Баранкин, известный доктор, проработавший в разных уголках Туркестанского края свыше 20 лет (в Новом Маргелане, Перовске, Андижане и Ташкенте), входивший до этого в состав военно-санитарного управления был хорошо осведомлен о многочисленных трудностях. Тем не менее, спустя всего неделю после своего назначения он подал в отставку и спешно покинул занимаемый пост. Причины, побудившие его принять столь неоднозначное решение неизвестны, однако можно предположить, что, сознавая всю тяжесть сложившейся ситуации и не желая нести ответственность за возможный провал в сфере здравоохранения Н. Баранкин добровольно сложил с себя полномочия наркома. Руководство комиссариатом здравоохранения было возложено на другого военного врача, комиссара по особым поручениям Совнаркома – К. Успенского. Однако и это назначение не смогло принести каких-либо ощутимых изменений, поскольку К. Успенский в качестве одного из лидеров партии левых эсеров Туркестана и бывшего черносотенца больше был занят вопросами политики и противоборством с большевиками нежели проблемами здравоохранения. К тому же известно, что сосредоточившие всю власть в своих руках «русские» большевики Туркестана, руководствуясь классовыми принципами были подвержены шовинистическим взглядам в отношении местного коренного населения, пренебрегая оказанием помощи, в которой оно остро нуждалось.

В условиях, когда еще не во всех областях и уездах Туркестана была прочно установлена новая власть, а среди коренного населения и казачества были сильны антибольшевистские и антисоветские настроения, комиссариату здравоохранения наряду с коренной внутренней трансформацией, стоило больших трудов создание отделов здравоохранения на местах. Это все происходило на фоне активизации автономистских устремлений тюрко-мусульманских демократических сил, которые в конце ноября 1917 г. на IV чрезвычайном съезде в Коканде провозгласили Туркестанскую автономию, тем самым фактически отрезав на несколько месяцев Ферганскую область от политического влияния Ташкента. А после ее разгрома в феврале 1918 г., Фергана на длительное время превратилась в эпицентр начавшегося вооруженного сопротивления советскому режиму, более известного в исторической литературе как басмачество.

Еще большим испытанием для всего края стала образовавшаяся в конце ноября 1917 г. так называемая «оренбургская пробка», которая почти на два года прервала прямое железнодорожное сообщение между Туркестаном и Россией, лишив таким образом край финансовой, материальной, продовольственной и иной помощи. Вместе с ней прекратился и приток санитарно-медицинских работников из России, ввиду чего, Туркестан вынужден был бороться с небывалыми эпидемиями холеры, разного вида тифа, оспы, малярии своими силами, испытывая катастрофическую их нехватку.

В отличии от России в Туркестане после октябрьского переворота не было произведено разделение гражданской и военной медицины, а также санитарной службы, по этой причине с началом гражданской войны все врачи были привлечены на службу в войска. В связи с этим краевой орган здравоохранения привлекал медицинских работников, которые имелись в составе военнопленных, содержавшихся в концентрационных лагерях вблизи таких крупных городов как Ташкент и Самарканд.

Заметные сдвиги в сфере здравоохранения начали наблюдаться лишь весной 1918 года, когда Наркомздрав сделал ряд важных распоряжений, способствовавших централизации и систематизации дела народного здравия в крае. 19 апреля 1918 г. Наркомздрав издал приказ, в котором указывалось: «Ввиду необходимости принять самые решительные согласованные меры по организации врачебно-санитарного дела края вообще и главное по борьбе с эпидемией (холера, сыпной тиф), предписывается врачебным организациям всех ведомств впредь руководствоваться указаниями Народного Комиссариата по народному здравоохранению, которому во врачебно-санитарном отношении впредь подчиняться всем означенным учреждениям» [6]. Согласно этому приказу Наркомздраву в подчинение перешла медицинская часть краевого округа путей сообщения, что позволило ему в будущем устанавливать санитарные кордоны на пограничных пунктах и препятствовать проникновению в край эпидемий из соседних территорий – Бухары, Хивы, Афганистана, Китая и Ирана.

Существенные изменения в деле организации советской системы здравоохранения в Туркестане наступили после V краевого съезда Советов, проходившего в апрель-мае 1918 г. На съезде, провозгласившем Туркестанскую автономную республику в составе Российской Советской Федерации был утвержден новый состав правительства, пост наркома здравоохранения занял коренной житель Туркестана, известный общественно-политический деятель – С. Турсунходжаев. Несмотря на то, что он не являлся медиком по образованию, ему за несколько месяцев удалось заметно оживить деятельность Комиссариата и добиться ощутимых результатов. Еще в дни работы съезда, 27 апреля 1918 г. Наркомздрав издал приказ о регистрации всех медицинских работников Туркестана (врачей, ветеринаров, фельдшеров, дантистов, фармацевтов, акушерок, медсестер). Это позволило Наркомздраву выявить приблизительное количество квалифицированных медицинских работников (всего их было чуть больше 250 чел.), внести соответствующие корректировки в планирование работы органов и учреждений здравоохранения. Чуть позднее, благодаря проявленной инициативе С. Турсунходжаева удалось добиться издания СНК Туркреспублики приказа о передаче всего имущества и личного состава военно-медицинского ведомства бывшей колониальной администрации в ведение Наркомздрава [7]. В его распоряжение перешли лечебные заведения всех ведомств, общественных организаций и частных лиц. Вскоре, 23 мая 1918 г. СНК Туркреспублики издал приказ о мобилизации всего медицинского персонала на борьбу с эпидемией. А уже в июне Ташкентским Больничным советом было принято решение, по которому, к общественной работе по борьбе с эпидемиями привлекались все врачи, не достигшие 60-летнего возраста и освобожденные от исполнения воинской обязанности [8]. Масштабы эпидемий были настолько угрожающими, что спешно был издан приказ, который запрещал медицинскому персоналу увольняться в отпуск.

Важность издания этих нормативно-правовых актов обуславливалась политическими изменениями. Подписание мирного договора с Германией 3 марта 1918 г. означало выход РСФСР из войны и начало демобилизации военнослужащих, в том числе медиков. Наркомздрав Туркестанской АССР в условиях свирепствующего голода, повсеместных вспышек эпидемий и инфекционных заболеваний стремился всеми силами хотя бы на время задержать в крае медицинских работников, находившихся в составе воинских формирований и не допустить их скорого возвращения в Россию. К тому же, привлеченные к работе врачи из числа иностранных военнопленных после окончания войны стали считаться иностранными гражданами и имели право вернуться на родину. Учитывая трудность и чрезвычайность условий, в которых приходилось работать санитарным служащим (высокие риски заражения), а также объем выполняемой работы Наркомздрав на период борьбы с эпидемиями смог добиться выделения средств для повышения оплаты их труда [9].

Организация борьбы с эпидемиями. Создание фармацевтической службы и установление санитарного контроля

Весной 1918 г. Наркомздрав приступил к осуществлению комплекса мер, направленных на борьбу с эпидемиями в крае. С этой целью в первую очередь проводилась реорганизация старых и создание новых санитарных отделов на местах. В уездах края формировались уездные санитарные отделы, которые ввиду дефицита специалистов лишь наполовину состояли из санитарных чинов, а на другую из членов местных Советов. В пяти областях Туркестана при областных комиссариатах здравоохранения образовывались совещательные коллегии, которые целиком состояли из санитарного персонала. В таких областных центрах, как Коканд, Самарканд, Ташкент, Верный, Ашхабад, а также в крупных городах, в отличие от уездных центров, при местных Советах создавались отдельные городские санитарные отделы. Все эти санитарные отделы были подчинены напрямую Наркомздраву.

Созданная санитарная сеть позволила развернуть борьбу с эпидемиями сыпного и возвратного тифов, холеры. Восстановление сообщения с Россией по линии железной дороги Оренбург-Ташкент с января по апрель 1918 г. наряду с демобилизацией, привело к тому, что в край вместе с долгожданной помощью из России хлынул поток людей, в том числе демобилизованные солдаты и военнослужащие, уроженцы Туркестана, возвращавшиеся домой, среди которых было немало зараженных инфекционными заболеваниями. Проведенные Наркомздравом обследования показали, что эпидемиями сыпного тифа и холеры были поражены одновременно почти все области и уезды. На организацию борьбы с эпидемиями, а также одной из главных его причин – голодом, было выделено 2,5 миллиона рублей [10], которые были равномерно распределены по всем областям края.

Разрушение прежних, и без того недостаточных каналов поставок, как и транспортировки, отрицательно сказалось и на деятельности местных аптек, поскольку их запасы заметно сокращались, а пополнений не было с начала 1917 г., ввиду этого в продаже наблюдался острый дефицит лекарственных препаратов и особенно различных дезинфекционных средств. До революции в таких городах как Казалинск, Аулие-Ата, Наманган, Самарканд, Катта-Курган, Туркестан, Черняев, Джизак, Новый Урченч, Ташкент были открыты частные аптеки, которыми заведовали русские провизоры и фармацевты. В большинстве своем эти аптеки обеспечивали медикаментами на платной основе лишь городское европейское население, тогда как коренные жители практически не приобретали лекарственные препараты, так как не имели такой возможности. Монопольное положение аптек в городах, наряду с отсутствием общего краевого аптечного склада для обеспечения всего населения медикаментами по нормированным ценам или безвозмездно создало в Туркестане благоприятную почву для частных предпринимателей и спекулянтов, получавшие большой доход с их реализации. Дабы положить конец этому ненормальному положению дел в июле 1918 г. Наркомздрав издал приказ, согласно которому все аптеки, в том числе и военно-аптечные магазины в Ташкенте и Ашхабаде перешли в ведение краевого аптечного магазина, после этих мер был создан Центральный аптечный склад. Для пополнения запасов этих учреждений правительством Туркестанской АССР было выделено 17 млн рублей [10].

Но даже выделение этих средств не гарантировало приобретение полного перечня необходимых медикаментов, в которых экстренно нуждался край ; определенные виды лекарственных препаратов отсутствовали и в самой России, поскольку импортировались из Европы. По этой причине, Наркомздрав уже летом 1918 г. приступает к организации специальных врачебно-химических лабораторий для производства медикаментов. Этим шагом Наркомздрав старался перейти к самостоятельному снабжению края, а также наладить фармацевтическое производство на месте. Спустя непродолжительное время эти меры дали свои первые плоды: аптечные магазины и лечебные учреждения начали снабжаться эфиром, хлороформом, йодистым калием, ляписом, колларголом, уротропином туркестанского производства .

Наиболее важным событием в этом деле стала национализация сантонинного завода в Черняеве. Контроль за производством этого дорогого препарата, добывающегося из цитварного семени, был установлен Наркомздравом и в будущем мог покрыть нужды не только всего края, но и соседних республик, поскольку данный завод являлся единственным поставщиком сантонина во всем центральноазиатском регионе. Ко всему прочему, этот завод помимо сантонина выпускал морфий, экстракт лакрицы, мыло, мазь против чесотки и др. препараты. Налаженное производство сантонина позволило Наркомздраву на своих складах заготовить его запас в размере 1,2 тыс. пудов. Вместе с тем, на организованном в Кара-Су фосфорном заводе началось производство желтого, красного и йодистого фосфора, а также его оксихлорида и спичек, имевших широкое применение не только в медицине, но и в быту. По расчетам краевых властей в год завод должен быть производить не менее 120 пудов фосфора, что могло бы обеспечить потребность Наркомздрава в этом веществе на первое время [11].

Сантонинный завода в Черняеве (нынешнем г. Шымкенте)

Продолжая работу по производству и заготовке медикаментов и лекарственных препаратов в местных условиях из туркестанского сырья, Наркомздрав организовал изготовление гигроскопической ваты высшего качества в стерильном виде, а также касторового масла для медицинских целей на хлопкоочистительном заводе на станции Серово. В срочном порядке была произведена посадка лекарственных растений: 15 тыс. семян валерианы, 5 тыс. семян наперстянки, и на 1919 г. был намечен сбор в больших количествах водяного перца и белены [12].

Следует заметить, что несмотря на отсутствие связи с Россией Туркестан время от времени получал средства и помощь от нее. Еще 17 мая 1918 г. СНК РСФСР выделил Туркестану 50 млн. рублей золотом для проведения оросительных работ в Голодной степи. Эти средства были направлены на сушку болот и застойных водоемов, в которых была повышенная концентрация главного распространителя малярии – «Culicidae», иными словами – комара. В общей сложности, в 1918 г. Россия послала в Туркестан медикаментов на общую сумму в свыше 1 млн руб. Для борьбы с эпидемией холеры из запасов России были выделены и направлены в республику 1 тыс. пудов зеленого и дегтярного мыла [13].

Одним из основных направлений деятельности Наркомздрава Туркестанской АССР на протяжении всего его периода существования стала организация бесплатной врачебной помощи всему населению края. Как уже отмечалось, до революции все рода войск, подчиненных Туркестанскому военному округу и дислоцированных в крае, обеспечивались квалифицированной медицинской помощью через сеть военно-лечебных заведений. Эти заведения имели оснащенную материально-техническую базу, стабильное финансирование от краевой власти, снабжались медикаментами и лекарственными препаратами через военные аптечные магазины, штат их состоял из опытных и квалифицированных работников, число больничных коек соответствовало нормам и способно было покрыть нужды армии. В период борьбы с эпидемиями, Наркомздрав республики начал широко использовать бывшие военно-лечебные заведения для оказания медицинской помощи местному населению. С учетом условий были внесены изменения в их структуру, открывались санитарные, инфекционные, общие и хирургические отделения. На содержание медицинского персонала и лечебных учреждений края Наркомздравом Туркестанской АССР по смете на вторую половину 1918 г. у Совнаркома были запрошены средства на сумму свыше 30 млн рублей [14].

Несколько позднее в ведение Наркомздрава перешли также все железнодорожные санитарные учреждения края, что позволило установить санитарный контроль по линии железных дорог и станций с целью предотвращения проникновения зараженных инфекционными заболеваниями в республику и производить их дезинфекцию и лечение в приграничных больницах и пунктах.

За летний период 1918 г. Наркомздрав заметно продвинулся в деле централизации работы всех лечебных учреждений. В июле комиссариатом были выработаны общие нормы штата для больниц, определены размеры заработной платы, установлена единая форма отчетности по материальным и денежным расходам. К тому же, Наркомздравом был разработан план строительства лечебных учреждений, который включал в себя как возведение новых больниц в тех местах, где они до этого времени отсутствовали, а также произведение капитальных работ в уже существующих помещениях. Согласно этому плану было намечено увеличение числа участковых больниц, их строительство в уездах и областях. Всего же по краю планировалось открытие 30 уездных больниц (каждая на 150 мест), 5 областных больниц (каждая на 400 мест, и только в административном центре Семиреченской области – Верном на 500 мест), центральной краевой клиники в г. Ташкенте на 1000 мест [15]. На возведение подобной лечебной сети Наркомздрав планировал добиться финансирования почти на 500 млн руб., которыми Туркестанская АССР на тот момент не располагала.

Следует заметить, что в период борьбы с эпидемиями Наркомздрав был ограничен не только в кадрах, но также и в средствах. Острый дефицит медикаментов и врачебных принадлежностей приводил к повышению цен на скудном аптекарском рынке республики. Нехватка термометров, инструментов для проведения инъекций, белья, и иных предметов, применяющихся в медицинском деле, вынуждала комиссариат переходить в режим жесткой экономии, ввиду чего ряд лечебных заведений не получал требуемой материальной помощи. Особенно остро кризис начал ощущаться после образования Оренбургского и Закаспийского фронтов гражданской войны, когда Наркомздраву была поручена организация и снабжение трех санитарных поездов, число которых впоследствии достигло шести.

Госпиталь и пастеровская станция в г. Ташкенте

Одним из применяемых методов в борьбе с эпидемиями стало производство вакцин и проведение вакцинации населения. Наркомздрав через Ташкентский больничный совет организовал в Ташкентском военном госпитале лабораторию, занимавшаяся производством противохолерной вакцины. Над ее созданием трудились известные ученые-доктора С. Шорохов и А. Греков. Уже в первые два месяца работы лабораторией было приготовлено и бесплатно разослано в лечебные учреждения 150 тыс. м3 вакцины против холеры [16]. Наряду с этим, учитывая необходимость производства вакцин против холеры, тифа, оспы и изготовления лечебных сывороток от дифтерии, стрептококков и др., а также стремясь организовать исследовательскую работу по изучению болезней края и подготовки врачей бактериологов Наркомздрав разработал штат и положение о краевой микробиологической лаборатории, которые были представлены на рассмотрение правительства Туркреспублики. Помимо лабораторий, в срочном порядке при Пастеровской станции, занимающейся изготовлением прививок против бешенства приказом Наркомздрава был открыт интернат на 40 чел.

 

Алексей Дмитриевич Греков, 1912 год.

 

 

В условиях нехватки санитарных работников Наркомздрав приступил к разрешению вопроса о подготовке медицинского персонала в пределах республики. Ввиду отсутствия возможности организовать специализированное высшее медицинское учебное заведение, Наркомздрав временно вынужден был ограничиться лишь открытием в г. Ташкенте фельдшерской школы . При участии опытных медицинских работников было выработано ее положение, составлена новая расширенная учебная программа, которая была рассчитана на 5 курсов, а по ее окончании выпускники (фельдшеры и помощники лекарей) получали возможность поступать на 3-й курс медицинских вузов [17].

Одновременно с ведением борьбы против эпидемий, на которую были направлены все медицинские силы края, Наркомздрав также взял на себя ответственность за ветеринарное дело в республике, поскольку возбудителями таких инфекционных заболеваний как оспа, сап, сибирская язва, бешенство, актиномикоз, туберкулез и мн. др. являлись животные. С этой целью в структуре Наркомздрава был выделен самостоятельный ветеринарный отдел, приступивший к борьбе с эпизоотиями в масштабах всего края.

Созданная в первый год своего существования лечебно-медицинская и санитарная сеть, позволила Наркомздраву вести регистрацию лиц, зараженных инфекционными заболеваниями. С 1 июня 1918 г. по 1 января 1919 г. число зараженных сыпным тифом (без учета данных по Семиреченской области) достигало 2771 чел., возвратным тифом – 641, брюшным тифом – 520, холерой – 910. Эти статистические данные не отражают всего масштаба эпидемий, поскольку отсутствие системы достоверного учета, больниц и фельдшерских пунктов во многих сельских местностях не позволяло получить точные данные о количестве больных [18].

Смена курса и тенденции централизации

К сентябрю 1918 г. сосредоточивший в своих руках координирующие и надзорные функции в сфере медицины и здравоохранения Туркестанской АССР, а также отвечавший за распределение выделяемых бюджетных средств, Наркомздрав ввиду увеличения масштаба деятельности остро стал нуждаться во внутренней реорганизации. С этой целью при комиссариате была создана коллегия, в которую вошли нарком, его заместитель, бывший краевой военно-санитарный инспектор М. Тихомиров, врачи А. Спиридонов, А. Греков, фармацевт А. Овсянников. В дальнейшем членами коллегии стали врачи П. Глазунов, Я. Магнетштейн, А. Березский, М. Федорович, фармацевт В. Карпов, фельдшер Л. Косицын, агроном Я. Дашевой [19]. Изменилась внутренняя структура комиссариата. Первоначально он состоял из следующих отделов и управлений: малый совет и мобилизационный отдел, отделы медицинского снабжения, санитарной статистики, научно-практический, госпитального снабжения и санитарно-технический, курортный, ветеринарной службы. По мере разрастания лечебно-медицинской сети число отделов и сотрудников в них увеличивалось; некоторые из отделов подвергались объединению, из других же наоборот формировались новые.

Параллельно с внутренней реорганизацией выстраивалась система государственного управления отделами здравоохранения, созданными на местах. Низшим звеном этой иерархии являлись единичные и малочисленные волостные здравотделы, за ними следовали уездные отделы, которые организовывались при уездных советах из выборных представителей; их обязанности были аналогичны областным и ограничивались территорией уезда. Отделы народного здравоохранения областных городов состояли из уездного (для руководства уездными отделами) и городского (для управления городским здравоохранением) подотделов. Заведующие подотделами избирались из числа членов Совета. Все областные отделы напрямую подчинялись Наркомздраву и являлись его структурными подразделениями. В чрезвычайных условиях борьбы с эпидемиями и инфекционными заболеваниями, такой шаг был необходим, поскольку некоторые ведомства продолжали сохранять руководство над врачебно-санитарным делом. В связи с этим, Совнарком Туркреспублики постановлениями от 13 и 21 августа 1918 года подтвердил сосредоточение всего медицинского дела и санитарной службы в ведении Наркомздрава [20].

Однако остановить рост эпидемий и распространения инфекционных заболеваний усилиями лишь одного Наркомздрава было невозможно. За год борьбы запасы и ресурсы Наркомздрава были практически истощены: катастрофическая нехватка санитарно-медицинских работников, врачей и лекарей усугублялась дефицитом медикаментом, лекарственных препаратов, врачебных, санитарных и дезинфекционных принадлежностей, гигиенических средств, медицинской техники и оборудования, больничного инвентаря, недостаточным количеством лечебных учреждений, амбулаторий, стационаров, фельдшерских пунктов, химических и бактериологических лабораторий, аптечных магазинов, отсутствием специализированных медицинских учебных заведений и научных-медицинских учреждений. Для ликвидации эпидемий в первую очередь необходимо было устранить их главную причину – голод, свирепствовавший в Туркестане достаточно продолжительное время и от которого в основном гибли сотни тысяч коренных жителей края. Назревшая необходимость перемены курса в борьбе с эпидемиями и голодом нашла свое отражение в резолюции принятой фракцией коммунистов VI чрезвычайного съезда Советов Туркестана, проходившего в первой половине октября 1918 г. В ней говорилось: «Комиссариат здравоохранения, несущий одно из наиболее важных заданий, должен встать из довольно беспорядочного современного состояния на путь обслуживания широких масс населения с помощью специалистов медицины и врачебного дела, продолжающих и ныне заниматься весьма доходной частной практикой. Привлечение к делу народного здравоохранения всех научных и специальных сил необходимо провести немедленно, дабы тем самым подойти к нуждам самой бедной и покорной судьбе почти полуголодного населения, частично продолжавшего вымирать от голода и эпидемий благодаря тому, что заботы и внимание в этой области Комиссариата плохо использовали контакт с Комиссариатом продовольствия и советами на местах» [21].

На пост наркома здравоохранения вместо С. Турсунходжаева был назначен Т. Рыскулов, имевший опыт борьбы с голодом в Аулие-Атинском уезде. Ему хватило одного месяца, чтобы понять, что задача борьбы с голодом и его прямыми следствиями – различными эпидемиями, которая была возложена краевыми властями на Наркомздрав мало осуществима в сложившихся политических условиях. Находящихся у власти русских большевиков мало заботили проблемы голода и невиданного продовольственного кризиса, которые охватили все коренное население края. Посредством продовольственных органов и Краевой продовольственной директории русские большевики снабжали продуктами питания в первую очередь армию, работников железной дороги и представителей европейского населения, в то время как коренные жители края, особенно в кочевых волостях, испытывали острый недостаток в них и продолжали гибнуть, подвергались постоянным реквизициям как со стороны властей, так и со стороны вооруженного русского крестьянства, казачества и кулачества, когда силой отбирались их главный источник пропитания зерно и скот. Плюс ко всему, в органах продовольствия наряду с полным безразличием к катастрофическому положению местного коренного населения, процветали взяточничество, коррупция, нецелевое расходование и разбазаривание государственных средств, отпущенных на закупку товаров первой необходимости.

 

 

Турар Рыскулов

 

 

Учитывая вышесказанное, наркомздрав Т. Рыскулов уже 26 ноября 1918 г. выступая с докладом на заседании ТурЦИК, выдвинул предложение о создании специальной комиссии по борьбе с голодом, в состав которой будут включены представители отдельных комиссариатов и советских органов, в прямую обязанность которых входила борьба с голодом. Заслушав данное предложение ТурЦИК выдвинул Т. Рыскулова на пост председателя этой комиссии, поручив ему детальную разработку ее положения, определение функций и степень взаимоотношений с ответственными за дело борьбы с голодом комиссариатами, а также их представителями [22]. Спустя два дня, 28 ноября 1918 г. ТурЦИК издал приказ об образовании Центральной комиссии по борьбе с голодом . Таким образом, к концу 1918 г. в Туркестане одновременно действовали сразу 3 органа – Наркомат продовольствия, Краевая Директория и ЦК по борьбе с голодом при ТурЦИК, на которые была возложена задача разрешения продовольственного кризиса, снабжения населения продуктами питания, ликвидация голода. В нашей статье не ставится цель изучения борьбы с голодом, к тому же в научной литературе имеются научные работы, которые освещают данную проблему [23]. Следует лишь заметить, что благодаря деятельности ЦК по борьбе с голодом во главе с Т. Рыскуловым было спасено свыше миллиона жизней коренных жителей Туркестана.

В середине декабря Т. Рыскулов, добровольно покинув пост наркома здравоохранения, целиком и полностью переключился на работу в ЦК по борьбе с голодом. Несмотря на краткосрочность его пребывания во главе Наркомздрава, в этот период был принят ряд важных мер, способствовавший росту числа лечебных учреждений, расширению их сети по всему краю, привлечению на работу в комиссариат и в его местные органы квалифицированных специалистов, мобилизации медицинских сил Туркестана. Вскоре руководство Наркомздравом было поручено Г. Трофимову, который, однако ввиду занятости разбором дела «старых коммунистов» (И. Тоболина, Ф. Колесова и др.) в составе Чрезвычайной следственной комиссии не мог уделять работе в комиссариате достаточно времени. Свидетельством тому является считанное количество протоколов заседаний комиссариата, проходившие под председательством наркома Г. Трофимова [24]. По этой причине, в начале января 1919 г. его на этом посту сменил известный врач И. Орлов.

 

 

Иван Иванович Орлов

 

 

Забегая вперед, скажем, что И. Орлов по сравнению со своими предшественниками стал первым наркомом здравоохранения, которому удалось проработать на этой должности больше 9 месяцев. Столь продолжительный срок по туркестанским меркам во главе комиссариата позволил ему добиться определенных результатов в организации дела здравоохранения в крае, реализовать комплекс мер и добиться существенных изменений в расширении медицинской сети по всему краю. При И. Орлове продолжился процесс как национализации частных лечебных клиник, так и увеличения медицинской сети за счет реорганизации части военных госпиталей в гражданские больницы. К примеру, еще в ноябре 1918 г. клиника бывшего кадетского корпуса в Ташкенте была преобразована в Пролетарскую больницу, чуть позже этому примеру последовали Самарканд и Коканд, в которых открылись детские больницы, в Скобелеве была организована лечебница, в январе 1919 г. частная клиника известных врачей, братьев Слонимов перешла в собственность государства и на ее базе был создан Институт физических методов лечения. Всего же к началу 1919 г. в Туркестанском крае действовало свыше 70 лечебных учреждений, в которых имелись около 7,5 тыс. больничных коек, из них чуть более 6 тыс. находились на балансе военных учреждений [25].

Здание больницы в Самарканде

Эти преобразования позволили Наркомздраву приступить к осуществлению одной из главных идей трансформации старой системы здравоохранения в советскую – обеспечение бесплатной врачебной помощью населения путем увеличения числа медицинского персонала и лечебных заведений. Однако реализация этого замысла на практике столкнулась с определенными сложностями. На протяжении всего 1918 г. Наркомздрав и подчиненные ему лечебные заведения лечили больных, зараженных инфекционными заболеваниями без взимания платы, остальная же часть населения, нуждавшаяся в лечении должна, была его оплачивать, как и раньше. К тому же попытки внедрения этого новшества встречали противодействие со стороны врачей, которые при царском режиме занимались частной практикой и, очевидно, тогда получали более весомую плату за свои услуги. В связи с этим, еще 12 октября 1918 г. Наркомздрав обратился с докладом в ТурЦИК, в котором просил содействия в разрешении данного вопроса путем издания соответствующего декрета. Специально созданная ТурЦИКом комиссия при участии наркомздрава Т. Рыскулова после изучения положения дел на протяжении всего ноября пришла к выводу, что в сложных условиях становления советской системы здравоохранения в Туркестане бесплатной медицинской помощью можно обеспечить лишь определенные социальные категории, в первую очередь служащих советских и партийных органов, красноармейцев, а также рабочих и бедняков-крестьян. Остальным же представителям рабочего класса, занятым трудом в частном секторе следовало получать платную медицинскую помощь за счет своих работодателей. В итоге, 31 декабря 1918 г. ТурЦИК издал приказ «О бесплатном лечении пролетариата» [26], в котором ввиду недостатка лечебных учреждений, персонала, а также непрекращающейся борьбы с эпидемиями нашла отражение выборность оказания медицинских услуг населению. Тем не менее, такой дифференцированный подход просуществовал недолго. Уже 13 мая 1919 г. в Туркестане произошло знаковое событие – правительство республики приняло закон, согласно которому врачебная помощь населению края стала бесплатной [27]. Таким образом, в Туркестане впервые за всю его историю квалифицированная медицинская помощь стала доступна широким слоям населения, что явилось важным шагом в реализации на практике программы советского здравоохранения.

Параллельно с этим процессом шла активная подготовка нового положения о Наркомздраве. 7 мая 1919 г. Совнарком республики утвердил положение, в котором Наркомздрав объявлялся центральным медицинским органом, на него возлагалось руководство всем медико-санитарным делом в крае [28]. Согласно данному положению претерпела изменения и структура комиссариата, который теперь состоял из личного состава, химико-фармацевтического, научно-практического, эпидемиологического, санитарно-технического, госпитального, счетно-финансового, ветеринарного, военно-санитарного, школьно-санитарного отделов, а также общего сектора и отдела медицины путей сообщения. Это положение и новая форма организации позволили Наркомздраву не только расширить полномочия, но и придать должную организацию всей системе здравоохранения в Туркестане.

Следует отметить образование школьно-санитарного отдела при комиссариате. Первая попытка организации этого отдела была предпринята еще в октябре 1918 г., тогда при Наркомпросе республики непродолжительное время действовала Коллегия школьно-санитарных врачей, которая вскоре была распущена. В феврале 1919 г. она была вновь организована уже при Наркомздраве. В состав данной коллегии входили 33 врача среди которых имелись окулисты, дерматологи, оториноларингологи и невропатологи. Число детей, находившихся в ведении каждого врача доходило до 1 тыс. человек и зависело от расстояния между школами. Врач следил за физическим развитием учащихся, предупреждал распространение инфекционных заболеваний, наблюдал за санитарным состоянием учебных заведений. К моменту возникновения коллегии только лишь в г. Ташкенте насчитывалось 16 тыс. детей в школах и детских садах [29]. Врачи, на которых возлагались обязанности школьно-санитарного контроля получали дополнительное денежное вознаграждение к окладу в размере 350 руб. Коллегией перед Наркомздравом и правительством республики поднимались такие важные вопросы как открытие детской больницы, организация стационарного и курортного лечения для детей школьного возраста, необходимость учета детей с врожденными пороками и дефектами, и оказание им медицинской помощи, обеспечение детей завтраками в школах и многие др. Впоследствии, Наркомздрав учитывая необходимость и важность организации школьно-санитарного дела преобразовал Коллегию в самостоятельный отдел, который был включен в структуру комиссариата [30].

Нарком И. Орлов, находясь во главе комиссариата, приложил немало усилий для привлечения к работе видных врачей, занимавшихся частной медицинской практикой как в Туркестане, так и за его пределами. Одной из важной формой взаимоотношений Наркомздрава с медицинским сообществом стали периодические съезды врачей, на которых обсуждались насущные проблемы здравоохранения и медицины в крае. Наряду с этим, в целях эффективного взаимодействия, обмена мнениями, налаживания взаимосвязи, организации борьбы против эпидемий между Наркомздравом и его отделами на местах начиная с 1919 г. начали проводиться съезды заведующих областными и уездными отделами здравоохранения. Один из таких съездов был проведен в июле 1919 г. [31], на нем обсуждались планы работ как комиссариата, так и его структурных подразделений на ближайшее время, вопросы упорядочения работы местных органов здравоохранения, установления общих принципов работы всех лечебных и медицинских учреждений, обеспечения больных стационарной и курортной помощью, устройство сети амбулаторий, ведения статистики и др.

Работа по подготовке медицинских кадров

Летом 1919 г. Наркомздрав приступил к подготовке медицинских и санитарных работников в крае, о чем докладывал нарком И. Орлов в отчете СНК Туркестанской республики [32]. 15 августа 1919 г. в Ташкенте на базе больницы им. Полторацкого была открыта Высшая медицинская школа [33]. В первый год на учебу были приняты 150 человек, занятия для учащихся в школе проводились по программе медицинских факультетов университетов. Для регулярной практики учащихся школы количество коек в больнице было доведено до 1000, а также их дальнейшей специализации организованы новые отделы (оториноларингологии, педиатрии, офтальмологии, неврологии, водолечебница и т.д.). В налаживание работы данной школы внесли свой весомый вклад такие известные врачи в Туркестанском крае как А. Греков, П. Боровский, М. Слоним, Н. Тихоновский, Л. Ошанин и др.

Боровский Петр Фокич и Ошанин Лев Васильевич

С целью покрытия потребности в медико-санитарных кадрах воинских формирований на территории Туркестана и большой нужды населения в хирургической помощи Наркомздравом в Ташкенте были организованы краткосрочные курсы, на которых врачи имели возможность улучшить свои практические навыки и методы по наиболее часто проводимым хирургическим операциям. Слушателями этих курсов могли стать все врачи, работавшие в Туркестане и получившие специальное направление от Наркомздрава. Наряду с этим для фельдшеров и помощников лекарей были запущены специальные курсы, на которых читалась сжатая и обновленная учебная программа, с целью освежить знания среднего медицинского персонала. Вместе с тем, для решения кадрового вопроса Наркомздрав приступил к подготовке сестер милосердия путем открытия отдельной школы в г. Ташкенте. В середине августа 1919 г. был произведен первый выпуск сестер милосердия, которые прошли 4-месячный углубленный курс подготовки [34] и поступили в распоряжение лечебных учреждений.

Врачи-организаторы и преподаватели медицинского факультета Туркестанского государственного университета.

Открытие в апреле 1918 г. первого вуза в Туркестанском крае – Народного университета в составе 5 факультетов (литературно-философского, социально-экономического, сельскохозяйственного, естественно-математического и технического) [35] дало толчок к организационной работе по открытию в его составе медицинского факультета. Длительная деловая переписка между центральными органами (СНК и Наркомпрос РСФСР) и правительством Туркестана завершилась тем, что 25 июня 1919 г. Организационный комитет направил докладную записку в отдел вузов Наркомпроса РСФСР, в которой признал необходимость и целесообразность организации медицинского факультета в составе ТГУ, особо подчеркнув: «Страна, занимающая площадь около 2 млн. кв. верст […], с населением приблизительно семь миллионов жителей, должна иметь на своей территории, хоть одну самостоятельную медицинскую школу, которая могла бы удовлетворить большую медицинскую нужду и потребность населения Туркестана, и в достаточной мере снабжать его санитарные учреждения медицинскими силами и работниками» [36].

13 сентября 1919 г. на заседании совета ТГУ заведующими кафедрами новообразованного медицинского факультета были назначены доктора А. Крюков, П. Ситковский, К. Хрущев, И. Давидовский, Г. Берлацкий. Спустя несколько дней, на первом заседании нового факультета деканом был избран профессор П. Ситковский. В организации работы факультета и кафедр, учебного процесса и плана приняли деятельное участие известные врачи-профессора – А. Мартынов, А. Абрикосов, Е. Марциновский, Л. Тарасевич и др. Из России на работу в ТГУ были приглашены С. Наумов, А. Миллер, И. Рождественский, С. Циммерман, О. Лепешинская, М. Захарченко, А. Юдин, Г. Ильин и многие др. [37]. Их прибытие отдельным поездом из Москвы, вместе с необходимым оборудованием, техникой, учебным материалом и специальной медицинской литературой ожидалось лишь весной следующего года. Хотя само обучение на медицинском факультете ТГУ началось сразу на 5 курсах лишь в мае 1920 г., это стало важным шагом в деле подготовки высших медицинских кадров в крае, поскольку первый его выпуск состоялся уже в 1921 г.

Здание медицинского факультета Туркестанского государственного университета (бывшее здание Кадетского корпуса)

Воссоединение с Россией и начало процесса унификации

На процесс развития не только советской системы здравоохранения, но и всей государственно-политической системы в Туркестане существенно повлияли политические события, произошедшие летом и осенью 1919 г. Активизация деятельности Краевого мусульманского бюро РКП (б) в связи с радиограммой ЦК РКП (б) от 10 июля 1919 г. о пропорциональном представительстве коренных национальностей в органах государственной власти сказалась на ходе работы VIII съезда Советов, состоявшегося в сентябре 1919 г. Одновременно с этим съездом в г. Ташкенте также проходили II краевая конференция мусульманских организаций РКП (б) (12-19 сентября) и IV Чрезвычайный съезд Компартии Туркестана (12 сентября – 6 октября). Содержание данной радиограммы вызвало большой политический резонанс и положило начало противоборству группы «старых коммунистов и революционеров» с тюрко-мусульманской интеллигенцией, объединенной вокруг Мусбюро РКП (б). По итогам съездов группа А. Казакова (куда также входили К. Успенский, К. Сорокин, Г. Темлянцев и др.) была отстранена от власти , а набиравшее политический вес Мусбюро во главе с Т. Рыскуловым приступило к выдвижению на руководящие и ответственные посты в советские органы выходцев из местных национальностей.

На протяжении октября 1919 г. проходило формирование нового правительства Туркестанской республики при непосредственном участии Мусбюро, которое подготовило список кандидатов на руководящие должности из числа мусульманских работников и представило его на заседании Крайкома КПТ 13 октября 1919 г. [38]. Однако выдвижение Мусбюро своих кандидатур встречало активное сопротивление как со стороны ТурЦИКа, так и Крайкома КПТ, так как «русские» коммунисты и революционеры небезосновательно опасались усиления и роста влияния центрального мусульманского партийного органа. По каждой из кандидатур разворачивались длительные обсуждения, и Мусбюро стоило больших усилий их назначение на руководящие должности. В данной статье, мы разберем лишь один эпизод из этой широкомасштабной кампании Мусбюро, на примере такой важной государственной сферы как здравоохранение и медицина.

Основное ядро Мусбюро составляла группа мусульманских работников, которые под руководством Т. Рыскулова в первой половине 1919 г. в ЦК по борьбе с голодом занималась спасением коренного населения Туркестана от голода и эпидемий, и поэтому достаточно полно была осведомлена о положении дел как в самом Наркомздраве, так и всей системы здравоохранения в целом, и по этой причине она стремилась исключить вероятность повторения подобной катастрофы в будущем. Еще будучи наркомом здравоохранения, лидер Мусбюро Т. Рыскулов пришел к выводу, что для успешного развития формировавшейся советской системы здравоохранения в крае, состоявшего на 95% из представителей коренных национальностей, необходимо было, чтобы Наркомздравом управлял квалифицированный медик, уроженец Туркестана, хорошо знакомый с его бытом и спецификой, владеющий местными языками, который будет отстаивать интересы мусульманского большинства и способствовать продвижению прогрессивной медицины в самые его дальние уголки.

Следует заметить, что ввиду практического полного отсутствия медицинских кадров из числа коренных национальностей края, дело народного здравия как в период царского режима, так и в первые годы советской власти в Туркестане находилось исключительно в руках русских врачей. При первых наркомах коллегия Наркомздрава, а также руководство и штат служащих как центрального органа, так и его отделов на местах состояли полностью из медицинского персонала, прибывавшего на службу в Туркестан из-за его пределов, который был слабо знаком с местной спецификой, не проявлял должной инициативы по разрешению проблем, связанных с оказанием медицинской помощи коренному населению, стремился заниматься прибыльной самостоятельной врачебной практикой, обосновывался и работал в новых («русских») частях крупных городов края, не выражал стремления служить в отдаленных уголках, ввиду чего имел смутное представление об истинном положении дел в них. К тому же, такие важные составляющие сферы медицинского дела как фармацевтическое производство, аптекарское дело, зубоврачебные и протезные кабинеты, курортные лечебницы, частные клиники также находились в его руках или под его контролем. По этой причине, усилия Наркомздрава и проводимые им реформы, направленные на обеспечение бесплатной медицинской помощью всех слоев населения края, и в первую очередь представителей коренных национальностей слабо претворялись в жизнь. Даже непродолжительное пребывание во главе Наркомздрава выходцев из Туркестана – С. Турсунходжаева и Т. Рыскулова, не являвшихся медиками по образованию, не смогло в корне изменить ситуацию, поскольку национальный состав медицинского персонала в крае оставался неизменным.

Выдвигая своего кандидата – военного врача С. Асфендиарова на пост Наркомздрава вместо бывшего наркома И. Орлова, Мусбюро намеревалось в корне переломить данное положение. Это было особенно важно, учитывая тот факт, что после прорыва блокады Туркестана в сентябре 1919 г., вновь была восстановлена связь с Россией и намечался сложный процесс реорганизации органов здравоохранения края по образцу Наркомздрава РСФСР. Сама же кандидатура С. Асфендиарова не только не вызывала никаких сомнений, но в то же время была наиболее подходящей для Мусбюро, приступившего к коренизации государственного аппарата. С. Асфендиаров являлся уроженцем Ташкента, был дипломированным медиком, окончившим Императорскую военно-медицинскую академию в Санкт-Петербурге, за время службы в качестве военного лекаря в царской армии (1913-1917 гг.), в том числе и в немецком плену (1914-1915 гг.) сумел накопить богатый опыт врачебно-хирургической практики [39], состоял в ЦК по борьбе с голодом, возглавляя снабжение санитарных поездов и организацию летучих отрядов в Сырдарьинской области, в мае 1919 г. был мобилизован на Закаспийский фронт военным врачом Чернявского полка, в том же месяце полковой ячейкой был принят в ряды РКП (б) [40].

Приказ о вступлении С. Асфендиарова в должность наркома здравоохранения Туркестанской республики

На состоявшемся 16 октября 1919 г. заседании Крайкома КПТ развернулось бурное обсуждение кандидатур на пост наркома здравоохранения. Выдвигая кандидатуру С. Асфендиарова заместитель председателя ТурЦИК Т. Рыскулов особо отметил, что Краевой комиссариат здравоохранения должен возглавить представитель от мусульман, только тогда, можно будет ожидать изменений в деле обеспечения коренного населения медицинской помощью [41]. Следует отметить, что незадолго до этого заседания в г. Ташкенте состоялся Съезд врачебных служащих, по предложению Президиума ТурЦИК который избрал свою кандидатуру [42]. Однако, Мусбюро все же удалось добиться назначения С. Асфендиарова на пост наркома здравоохранения, и 18 октября 1919 г. ТурЦИК издал приказ об его утверждении на эту должность [43].

При С. Асфендиарове начался новый этап реорганизации Наркомздрава. Одним из важных нововведений стала передача власти в комиссариате из коллегии в руки наркома. Коллегии же, которая до этого принимала все важные решения отводилась роль совещательного органа при наркоме, который назначался ее председателем. Во вновь организо-ванную коллегию вошли в качестве председателя – С. Асфендиаров, его замести¬теля – А. Павлович, членов – А. Березский, Д. Дегтяренко, М. Слоним, от Мусбюро был делегирован А. Каримов [44].

 

 

Слоним Моисей Ильич

 

 

В основу реструктуризации Наркомздрава Туркестанской АССР была положена форма организации Наркомздрава РСФСР с введением некоторых измене¬ний с учетом местной специфики. По итогам реорганизации Наркомздрав начал состоять из отделов и управления делами [45]. Кроме того, было создано отдельное военно-санитарное управление. Данную форму организации намечалось внедрить в отделах здравоохранения на местах, однако ввиду дефицита квалифицированных специалистов, эта работа была проведена лишь частично и неравномерно. В это же время впервые было произведено разделение лечебных учреждений на военные и гражданские, а также при РВС Туркфронта была создана самостоятельная санитарная часть.

Уже спустя месяц после своего вступления в должность наркома, 17 ноября 1919 г. С. Асфендиаров подготовил для ТурЦИК обстоятельный доклад, в котором им подробно было описано положение здравоохранения в республике [46]. В докладе было особое внимание обра¬щено на дефицит санитарных и медицинских работников, недостаточность фи¬нансирования, скудность материально-технической базы, нехватку медикамен¬тов, гигиенических и дезинфекционных средств. Все это в совокупности препят¬ствовало налаживанию работы и развертыванию дело здравоохранения в крае.

В связи с надвигавшимися угрозами эпидемиями сыпного и возвратного тифов Наркомздравом был поднять вопрос перед ТурЦИК о необходимости принятия срочных мер. Еще в летний период, готовясь к новым волнам эпидемий тифа, холеры и малярии, ожидавшихся осенью 1919 г., по поручению Наркомздрава Краевой бактериологической лабораторией были изготовлены вакцины против различных видов тифа (126 тыс. см3), холеры (160 тыс. см3), оспы (246 тыс. см3), гонореи (гонококковой инфекции) (840 куб. см3) [47]. Наряду с этим, в лаборатории работали над созданием сывороток против столбняка, дифтерии, а также вакцины против сибирской язвы для борьбы с эпизоотиями скота. В деле производства вакцин, Наркомздрав также прибегал к услугам частной лаборатории доктора С. Шорохова, в которой было изготовлено 60 тыс. доз сыворотки против дифтерии.

 

 

Санжар Сейтжафарович Асфендиаров

 

 

 

Однако, даже этих запасов было недостаточно. Поскольку, больницы и лечебницы Туркестана не справлялись с большим количеством больных, находившихся на стационарном лечении. По сведениям С. Асфендиарова, к ноябрю 1919 г. число больных в 150 лечебных учреждениях края достигало 9 тыс. человек [48], ввиду чего наблюдалась острая нехватка больничных коек и лечащего персонала, возникала трудность в снабжении лечебных заведений топливом, бельем, больничным инвентарем и медицинскими препаратами, плохо была организована служба питания больных и слабо соблюдались санитарные нормы. В связи с этим, больницы, вместо того, чтобы бороться с эпидемиями и инфекционными заболеваниями, в некоторых случаях, из-за большого наплыва зараженных больных и плохой организации больничного дела, сами превращались в очаги заражения и становились проводниками инфекций.

Однако, бурная деятельность по реорганизации и налаживанию системы здравоохранения развернутая наркомом С. Асфендиаровым была прервана вмешательством прибывшей Турккомиссией во главе с Ш. Элиавой. 27 декабря 1919 г. на совещании Турккомиссии было принято решение о необходимости прове¬дения очередной реорганизации Наркомздрава, произвести которую поручили уполномоченному Наркомздрава РСФСР Л. Геллеру, назначив его новым наркомом. Турккомиссией в коллегию Наркомздрава были введены 3 человека – Л. Геллер (председа¬тель), С. Асфендиаров (заместитель) и М. Слоним [49]. Несмотря на несогласие и активное противодействие Мусбюро, а также заместителя председателя ТурЦИК Т. Рыскулова с этими кадровыми перестановками, 9 января 1920 г. на заседании Президиума ТурЦИК Турккомиссии все же удалось добиться назначения К. Геллера новым наркомом здравоохране¬ния вместо С. Асфендиарова [50]. Это неод-нозначное решение Турккомиссии было поддержано и Крайкомом КПТ [51].

Тем не менее, Л. Геллер пробыл в этой должности не так долго, уже в марте 1920 г. последовала обратная перестановка, в результате которой С. Асфендиаров при поддержке ТурЦИК вернулся на пост наркома здравоохранения. Оче¬видно, что такие частые смены руководителей и неоднократные реорганизации Наркомздрава, которые наблюдались и в предыдущие годы, не могли положи¬тельно сказаться на развитии всей системы здравоохранения в республике, од¬нако, они достаточно ярко демонстрируют не только степень противоборства Мусбюро с Турккомиссией за наиболее приемлемую и эффективную модель со-ветского здравоохранения в крае, но и отмечают большую значимость этой сферы, как неотъемлемой части государственного строительства в Туркестане.

Заключение

Установление большевистской власти в г. Ташкенте в ноябре 1917 г. положило начало процессу становления советской системы здравоохранения в крае. Сопровождался он трансформацией и модернизацией преж¬ней системы здравоохранения царской России. Процесс становления этой системы происходил в сложных политических и социально-экономических условиях. На его ход оказывали прямое влияние продовольственный кризис и свирепый голод 1918-1919 гг., гражданская война и блокада Туркестана, эпидемии тифа, холеры, чумы, малярии, оспы, широкое распространение среди местного населения множества социальных заболеваний, недостаток квалифицированных специалистов и санитарных кадров, острый дефицит лекарственных препаратов, медикаментов, гигиенических и дезинфекционных средств, недоста¬точное количество лечебных учреждений, амбулаторий и фельдшерских пунк¬тов, отсутствие медицинских учебных заведений.

На созданный Наркомздрав были возложены задачи централизации всего медицинского дела в крае, в т.ч. объединение общественной, городской, железнодорожной, фабрично-заводской, военной и страховой медицины. Его становление проходило наряду с длительным оформлением нормативно-правовой и законодательной базы в сфере здравоохранения. Частая смена руководителей (только в период с ноября 1917 г. по декабрь 1919 г. сменилось 8 наркомов), неоднократная реорганизация комиссариата и его структурных подразделений, отделов здравоохранения на местах отрицательно сказывались на ходе становле-ния всей системы здравоохранения.

Однако, несмотря на вышеуказанные сложности новая система организации медицинской помощи в Туркестанской республике постепенно укреплялась и разрасталась. В рассматриваемый период были осуществлены такие важные мероприятия по налаживанию работы в сфере здравоохранения как национализация больниц и лечебных заведений, сети частных аптек, курортов, сантонинового и фосфорного заводов, осуществлен переход на оказание бесплатной медицинской помощи широким слоям населения, в ведение Наркомздрава были переданы все медицинские кадры и лечебно-санитарные учреждения края, созданы микробиологические и химические лаборатории, открыта высшая медицинская школа и организованы курсы по подготовке фельдшеров и лекпомов, медсестер и акушерок, периодически проводились съезды санитарно-медицинских служащих, налажено фармацевтическое производство, повсеместно проводилась санитарно-просветительская работа, путем реорганизации военных ле¬чебных заведений (госпиталей, лазаретов и др.), а также строительства новых ко¬личество больниц было увеличено до 150 против 70 в предыдущее время и мно¬гие другие.

После прорыва блокады Туркестана и восстановления связи в сентябре 1919 г., начался процесс реорганизации Наркомздрава Туркестанской АССР и унификации всей системы здравоохранения края по российскому образцу. Формирование советской системы здравоохранения проходило на протяжении всего существования Туркестанской АССР (1917-1924 гг.) и получило свое продолжение в центральноазиатских советских республиках, образованных после национально-территориального размежевания.

Алмас ДЖУНИСБАЕВ,

научный сотрудник Института истории и этнологии им. Ч.Ч. Валиханова, г. Алматы, Казахстан

Список литературы и источников:

1. Ямзин И.Л. Врачебное дело в Азиатской части России // В кн.: Азиатская Россия. – СПб., 1914, т. 1. – С. 275.

2. Ямзин И.Л. Врачебное дело в Азиатской части России // В кн.: Азиатская Россия. – СПб.: 1914. Т. 1. – С. 271.

3. Махмудов М. История медицины и здравоохранения Туркестана, Бухары и Хорезма (1865-1924 гг.). – Тараз, 2015. – С. 244.

4. Собрание узаконений и распоряжений правительства за 1917-1918 гг. – Москва, 1942. – С. 688-689.

5. Сборник декретов и приказов Совета Народных Комиссаров Туркестанской Фед. Республики. (приказ №105, от 19 апреля 1918 г. – С. 39).

6. Кадыров А.А. История медицины Узбекистана. – Ташкент, 1994. – С. 152.

7. Мобилизация врачей // «Наша газета». – 1918. – № 11. – 12 июня.

8. Центральный государственный архив Республики Узбекистан (ЦГА РУз), Ф. Р-40. Оп. 1. д. 10. Л. 750.

9. ЦГА РУз, Ф. Р-40. Оп. 1. д. 10. Л. 751.

10. ЦГА РУз, Ф. Р-40. Оп. 1. д. 10. Л. 752.

11. ЦГА РУз, Ф. Р-17. Оп. 1. д. 19. Л. 4 об. – 5.

12. ЦГА РУз, Ф. Р-17. Оп. 1. д. 19. Л. 5.

13. Махмудов М. Здравоохранение Советского Узбекистана // КПСС – организатор советского здравоохранения. – Ташкент: ТГМИ, 1978. – С. 46.

14. ЦГА РУз, Ф. Р-40. Оп. 1. д. 10. Л. 753.

15. ЦГА РУз, Ф. Р-17. Оп. 1. д. 19. Л. 5 об.

16. ЦГА РУз, Ф. Р-40. Оп. 1. д. 10. Л. 754.

17. ЦГА РУз, Ф. Р-17. Оп. 1. д. 19. Л. 3 об. – 4.

18. ЦГА РУз, Ф. Р-17. Оп. 1. д. 19. Л. 6-6 об.

19. Махмудов М. История медицины и здравоохранения Туркестана, Бухары и Хорезма (1865-1924 гг.). – Тараз, 2015. – С. 250.

20. Кадыров А.А. История медицины Узбекистана. – Ташкент, 1994. – С. 156.

21. ЦГА РУз. Ф. Р-17. Оп. 1. Д. 21. Л. 64-65.

22. ЦГА РУз. Ф. Р-17. Оп. 1. Д. 1100. Л. 61.

23. См.: Қоңыратбаев Ордалы. Тұрар Рысқұлов: қоғамдық-саяси және мемлекеттік қызметі. Түркістан кезеңі. – Алматы: Қазақстан, 1994. – Б. 51-69; Буттино Марко. Революция наоборот. Средняя Азия между падением царской империи и образованием СССР. – М.: «Звенья», 2007. – 447 с.; Қоңыратбаев О.М., Жүнісбаев А.Ә. Мұсылман Бюросы – егемендік идеясының жаршысы (1919-1920). – Алматы: ИП «Уатханов баспасы», 2011. – 246 б. и др.

24. ЦГА РУз. Р-40. Оп. 1. Д. 16.

25. ЦГА РУз. Ф. Р-17. Оп. 1. Д. 23. Л. 44.

26. Кадыров А.А. История медицины Узбекистана. – Ташкент, 1994. – С. 156.

27. ЦГА РУз. Ф. Р-40. Оп. 1. Д. 104. Л. 184.

28. ЦГА РУз. Ф. Р-40. Оп. 1. Д. 1. Л. 29.

29. ЦГА РУз. Ф. Р-40. Оп. 1. Д. 137. Л. 25.

30. ЦГА РУз. Ф. Р-17. Оп. 1. Д. 32. Л. 76 об.

31. Кадыров А.А. История медицины Узбекистана. – Ташкент, 1994. – С. 158.

32. ЦГА РУз. Ф. Р-17. Оп. 1. Д. 32. Л. 75-80.

33. ЦГА РУз. Ф. Р-17. Оп. 1. Д. 32. Л. 76.

34. ЦГА РУз. Ф. Р-17. Оп. 1. Д. 32. Л. 76 об.

35. ЦГА РУз. Ф. Р-368, оп. 1, д. 21, л. 170.

36. ЦГА РУз. Ф. Р-368, оп. 1, д. 1, л. 6.

37. Махмудов М. История медицины и здравоохранения Туркестана, Бухары и Хорезма (1865-1924 гг.). – Тараз, 2015. – С. 258-259]

38. Қоңыратбаев О.М., Жүнісбаев А.Ә. Мұсылман Бюросы – егемендік идеясының жаршысы (1919-1920 жылдар). – Алматы: ИП «Уатханов» баспасы, 2011. – Б. 108.

39. Более подробно о военно-медицинской деятельности С. Асфендиарова в 1913-1917 гг. см.: Жүнісбаев А.Ә. Санжар Асфендиаров: өмірі мен қызметі (1889-1938 жж.). Т. 1: (1889-1918 жж.). – Алматы: «Елтаным баспасы», 2014. – 256 б.

40. Архив Аппарата Президента Республики Узбекистан (АПП РУз.). Ф. 58. оп. 65. д. 77. л. 120 (из автобиографии С. Асфендиарова).

41. АПП РУз. Ф. 60. оп. 1. д. 61. л. 61.

42. ЦГА РУз. Ф. Р-17. оп. 1. д. 229. л. 26.

43. Қоңыратбаев О.М., Жүнісбаев А.Ә. Мұсылман Бюросы – егемендік идеясының жаршысы (1919-1920 жылдар). – Алматы: ИП «Уатханов» баспасы, 2011. – Б. 109.

44. ЦГА РУз. Ф. Р-17. Оп. 2. Д. 37. Л. 70.

45. ЦГА РУз. Ф. Р-40. Оп. 1. Д. 137. Л. 108.

46. ЦГА РУз. Ф. Р-17. Оп. 1. Д. 1105. Л. 34-37 об.

47. ЦГА РУз. Ф. Р-17. оп. 1. д. 32. л. 79.

48. ЦГА РУз. Ф. Р-17. Оп. 1. Д. 1105. Л. 35 об.

49. ЦГА РУз. Ф. Р-17. Оп. 1. Д. 1105. Л. 81.

50. ЦГА РУз. Ф. Р-17. Оп. 1. Д. 1105. Л. 86.

51. ЦГА РУз. Ф. Р-17. Оп. 1. Д. 1105. Л. 81 об. 

Для копирования и публикации материалов необходимо письменное либо устное разрешение редакции или автора. Гиперссылка на портал National Digital History обязательна. Все права защищены Законом РК «Об авторском праве и смежных правах». kaz.ehistory@gmail.com 8(7172) 79 82 06 (внутр. – 111)

Комментарии

Для того, чтобы оставить комментарий войдите или зарегистрируйтесь
Опрос

Программе «Болашак» исполнилось 25 лет. Вы участвовали в программе?