Публикации

«Узел» Великой войны

29 Августа 2013
51
0
«Узел» Великой войны
Сейчас очень важно сохранить историческую правду о Второй мировой войне и победе

– Низкий поклон всем вам: ветеранам, фронтовикам, труженикам тыла, участникам партизанских движений, а также тем, кто возрождал страну после страшной войны. Победа в Великой Отечественной войне досталась нам ценой неисчислимых страданий.

– В настоящее время появляются так называемые альтернативные истории прошедшей войны, искажаются факты и события, искусственно смягчается смертоносная опасность фашизма и его идеологов, в том числе и современных. Мы понимаем, что наш мир невероятно хрупок, чудовищно уязвим, и нашей цивилизации необходимо единение. Мы были, есть и будем едины со всеми народами в деле сохранения истины о нашей общей Великой Победе, которая досталась нам ценой неисчислимых страданий, жертв, лишений. Мы свято чтим память о принесенных жертвах.

– Вы спасли планету от фашизма. Если бы не было той победы, наверное, Европа была бы концентрационным лагерем, а в Казахстане абсолютно точно оставались бы эти лагеря, и мы были бы второсортными людьми или наши внуки. Мы не просто чествуем ветеранов, отдаем дань уважения, мы очень четко понимаем, что вы для нас сделали. Если бы ваше поколение дрогнуло, жизнь в Казахстане, как и во всем бывшем Советском Союзе, была другая. Дети наши росли бы в других условиях, и как воспитывали бы наши дети своих детей, мы не знаем. Поэтому я хотел, чтобы всегда помнили об этом, и низко склоняю голову перед вашим подвигом. Сейчас очень важно сохранить историческую правду о Великой Победе.

Из выступления Н.А. Назарбаева на торжественной церемонии награждения фронтовиков в Астане 8 мая 2010 года.

Осмысление Великой войны сегодня

Подсчитано, что за последние пять с половиной тысяч лет на нашей планете было около 15 тысяч войн, в которых погибло более трех с половиной миллиардов человек.

Но ни одна война не может идти ни в какое сравнение с ВОВ ни по масштабам, ни по жестокости, ни по неслыханным жертвам, ни по глубочайшим политическим, социально-экономическим последствиям. Достаточно сказать, что она охватила 61 государство с населением 1 миллиард 700 миллионов человек.

50 миллионов убитых и 70 миллионов искалеченных людей – таков кровавый итог Второй мировой войны.

Самая большая в новейшей истории катастрофа началась 22 июня 1941 года, и хотя с тех пор прошло более 70 лет, в памяти народной она осталась на века. Впоследствии ее назвали отечественной войной, позже добавили эпитет великая. Она действительно была великой, потому что принесла всем народам бывшего СССР великие муки и потребовала от них великого мужества. Народ поднялся на защиту Родины, проявил чудеса выдержки и массового героизма, большой кровью заплатил за победу.

Известно, что на протяжении десятилетий сама тема советских военных потерь была под строгим запретом. В начале 1946 года И. Сталин объявил, что общие потери (армии и населения) составили около 7 млн человек. Через 15 лет Н. Хрущев озвучил цифру «более 20 млн». К 45-летию Победы обнародована округленная цифра – 27 млн человек.

Казахстан участвовал в войне как часть единой страны, население нашей республики восприняло войну как общую беду, ее сыновья и дочери мужественно сражались на фронтах, самоотверженно трудились в тылу. В Казахстане было мобилизовано на фронт почти 25% населения, что значительно выше, чем в целом по СССР. На фронт ушло около 70% мужского населения республики в возрасте от 18 до 50 лет. По последним уточненным данным, Казахстан потерял на фронтах Великой Отечественной войны 601 011 человек, из них 345 тыс. казахов. Наши жертвы уступают только тем республикам Союза, по которым война своим всесокрушающим валом прокатилась дважды – сначала с запада на восток, затем в обратном направлении. Отсюда не трудно понять, какой страшный урон был нанесен генофонду, образовалась огромная демографическая дыра, последствия которой сказываются до сих пор.

Сегодня в странах СНГ проживают около 1,5 млн фронтовиков, в том числе около 500 тысяч инвалидов войны, и примерно 3 миллиона тех, кто в годы войны трудился в тылу. В Казахстане более 10 тысяч участников Великой Отечественной войны и 150 тысяч тружеников тыла. Редеют ряды ветеранов. К сожалению, неумолимое время постепенно забирает живых очевидцев великой битвы. По статистике последних лет, ежегодно уходит из жизни 8–10% бывших воинов-фронтовиков. Наш священный долг – скрасить хотя бы последние годы жизни этих замечательных людей.

Великое лучше видится на расстоянии, и ценность его со временем лишь возрастает. Осыпаются с годами мишура словесной позолоты и шелуха фальсификации. Остается лишь во всей своей суровой простоте и величии наша победа. Она достигнута в том числе и титаническими усилиями тружеников тыла, падавших от усталости у станка или плуга. Она освящена кровью наших соотечественников: русских и казахов, украинцев и белорусов, армян и азербайджанцев, уйгуров и татар, сыновей и дочерей всех народов многонационального государства. Мы едины в борьбе против общего врага. Высокое и трагическое были рядом на войне. Люди жертвовали собой ради победы.

Сегодня, когда террористы разных мастей угрожают миру, многие люди остро ощутили смысл и значение этой победы. Она вновь стала интересна, теперь уже двум мирным поколениям, выросшим без войны. У детей, появившихся на свет в победном 1945-м, уже есть внуки. Время летит вперед. Многое уходит в прошлое, но никогда не уйдет из памяти бывших советских людей и народов Европы, из памяти человечества та страница истории, которая написана слезами и кровью сражавшихся за свободу, счастье и независимость. Слишком много жертв было принесено на алтарь победы. По этой же причине потомки никогда не предадут забвению павших за правое дело, за отечество. Мы говорим и пишем о Великой Отечественной войне еще и потому, что необходимо до конца осознать и раскрыть величие ратного, трудового и нравственного подвига нашего народа в смертельной схватке с фашизмом. Мы должны, обязаны помнить о том, какой страшной ценой досталась сегодняшняя мирная жизнь. Историки говорят, что войну нельзя считать исследованной, пока не определена полная цена победы. Да и будет ли она когда-нибудь определена? У каждого времени свои оценки. До сих пор останки героев лежат под Берлином, в Карелии и Полесье, на Синявинских высотах, под Вязьмой, Ржевом, Сычевкой, Невелем, Тихвином, последний погибший солдат – это древняя истина. Значит, война еще не закончена…

Пришли новые поколения, для которых Великая Отечественная война – времена почти «очаковские», «книжная» история. Но для многих и многих событие это живо и свято. Оно продолжает оказывать влияние на людские судьбы, питает литературу и искусство, вызывает горячие споры историков, философов, социологов. Героическая и трагическая одиссея народов, живущая в сердцах наших.

Сегодня, восстанавливая историческую правду, ликвидируя белые пятна прошлого, мы с особым интересом, а порой с неизбывной болью вчитываемся в документы, эти немые свидетельства правды о войне.

За эти годы многие оценки, конечно, менялись, пересматривались, уточнялись. Тем не менее и сегодня, спустя почти семь десятилетий после нашей победы, можно с полным основанием утверждать: это была самая тотальная, самая кровавая и жестокая война в истории человеческой цивилизации. Чтобы выжить и победить, нашей стране, нашему народу пришлось мобилизовать все силы – физические, экономические. Но главным образом – духовные. К 1941 году у СССР не было преимуществ перед фашистским блоком – ни в численности населения, ни в промышленности, ни в сельском хозяйстве. На Гитлера работала Европа. И армия наша по силе своей, по качественной вооруженности не превосходила армию рейха. Выстояли и победили мы благодаря, прежде всего, духовной мощи народа!

Великой Отечественной войне посвящено огромное количество литературы, защищены десятки тысяч диссертаций, опубликованы тысячи мемуаров, выпущены сотни художественных и документальных фильмов. Количество названий литературы о войне превысило 20 тыс., а их общий тираж достиг 1 млрд экземпляров. Многое – бесценно. Казалось бы, исследован каждый день войны. Но сегодня на все события Второй мировой войны нужно посмотреть по-новому. Необходимо воссоздать скрупулезнейшим образом подлинную, честную историю самой кровопролитной войны в истории человечества. Много неизвестного о ратных и трудовых делах советских людей в военные годы хранят архивы. Только в Центральном архиве Министерства обороны России находится свыше 11,5 млн дел. Но многих из них не касались руки исследователя.

Дело в том, что в наших исторических фолиантах, в огромном множестве книг нередко представлена усеченная правда о войне. В них много говорится об успехах, победах, великих триумфальных сражениях. Но часто очень глухо, вскользь, а то и вовсе умалчивается о трагических страницах войны, о том, что с точки зрения официальной идеологии было нежелательно, вредно, и, по мнению некоторых, является очернительством.

Сторонники замалчивания и игнорирования поучительных уроков минувшей войны преследуют прежде всего две вполне конкретные цели глобального характера.

Во-первых, призывая «не воротить прошлое», «забыть минувшую войну», они стремятся не показывать молодому современнику виновников этой кровопролитной бойни – гитлеровский фашизм. Тем самым пытаются отвести критику от истинных виновников развязывания войны и от пособников мюнхенского толка, которые несут прямую ответственность более чем за 50-миллионные человеческие жертвы, из которых 27 миллионов жизней лучших своих сыновей и дочерей положила на алтарь победы Советская страна.

Во-вторых, такой нигилистический подход к истории прошлой войны и ее уроком позволяет некоторым людям не привлекать внимания к главной стране-победительнице из состава антигитлеровской коалиции – Советскому Союзу, который вынес основную тяжесть войны, внес решающий вклад в победу над гитлеровским фашизмом и японским милитаризмом, спас человечество от ужасов фашистского рабства и в результате этого завоевал высокий международный авторитет.

Изучение истории войны не прекращалось на протяжении всех этих лет и никогда не выглядело елкой с осыпавшимися иголками, не испытывало синдрома севших батареек.

Историческая литература создавалась применительно к каждой республике СССР, к каждой области, почти к каждому городу, выпускались даже книги, посвященные военной судьбе отдельных фабрик и заводов. В историографии доперестроечных лет значительное место занимали работы историко-партийного характера. Я не считаю эту литературу ущербной, хотя в печати по ее адресу в последние годы то и дело проскальзывают оскорбительные оценки.

Если отбросить обязательную для того времени цитатно-апологетическую шелуху, стандартно-казенную фразеологию, легко обнаружить там живые, реальные, правдивые факты, имена и – в меньшей степени – портреты героев фронта и тыла. Что касается организующей роли партии, то отрицать ее применительно к военному времени было бы по меньшей мере несерьезно.

Так или иначе, доперестроечная литература о войне, взятая в целом, являет собой огромный пласт, который не может и не должен быть предан забвению. Главная заслуга историографии 40–80-х годов в том, что книги, статьи, документальные публикации показали людей – бойцов на фронте и тружеников тыла. Причем показаны были не только и не столько маршалы с генералами или наркомы с секретарями обкомов, сколько рядовые граждане, боровшиеся за победу в отступавших и наступавших дивизиях, партизанских отрядах, в фабричных цехах, на колхозных полях.

Но, разумеется, доперестроечная историография отмечена и существенными недостатками.

Безудержные славословия и восхваления мудрости и военного гения Сталина стали характерным и всеподавляющим явлением. В его «краткой биографии», вышедшей в свет в 1948 году, говорилось: «Товарищ Сталин развил дальше передовую советскую военную науку… На разных этапах войны сталинский гений находил правильные решения, полностью учитывающие особенности обстановки… С гениальной проницательностью разгадывал товарищ Сталин планы врага и отражал их». Что же здесь особенного, может спросить читатель, знакомый с подобными оценками времен культа личности? А особенное здесь то, что эти оценки в «краткую биографию» вписаны самим Сталиным.

Книга Сталина «О Великой Отечественной войне Советского Союза» стала на долгие годы в нашей стране методологической основой освещения событий 1941–1945 годов, своего рода конценпционным фундаментом и источником бесконечно длинного ряда упрощенных и облегченных толкований.

Под определяющим воздействием книги Сталина в историографии Великой Отечественной войны искажались и замалчивались прежде всего те явления и события, которые в результате сталинского руководства обернулись тяжелыми провалами и катастрофами в социально-политической жизни страны, а в ходе войны – поражениями в первый ее период. В то же время решающие победы приписывались его гению.

В центре внимания исторической литературы военных лет и первого послевоенного десятилетия были особенности Великой Отечественной войны, ее периодизация, проблемы военной экономики, массовый героизм советских людей на фронте и в тылу, организаторская и идеологическая работа партии, всемирно-историческое значение победы Советского Союза.

На качестве этой литературы, безусловно, сказывались и узость источниковой базы, и особенно пресс культа личности Сталина, который заслонял подвиг народа. К середине 50-х годов сложилась парадоксальная ситуация: в Советском Союзе, сыгравшем главную роль в разгроме германского фашизма, вышли лишь отдельные книги, посвященные войне, а в других странах антигитлеровской коалиции, прежде всего в Англии и США, – серии из десятков томов.

Возможности нового осмысления истории появились после ХХ съезда КПСС, на котором был разоблачен культ личности Сталина. Его книга перестала быть официальным методологическим тормозом в развитии исследований, однако ее положения еще долго оставались в сознании и на страницах исторических трудов. Новый период в историографии связан с работой над «Историей Великой Отечественной войны Советского Союза. 1941–1945 гг.», подготовка которой была начата в соответствии с решением ЦК КПСС от 17 сентября 1957 года.

Создание этого труда – весьма поучительное явление как с точки зрения организации научной работы, так и с точки зрения достигнутых результатов. Уже осенью 1957 года в Институте марксизма-ленинизма был образован отдел истории Великой Отечественной войны во главе с Е.А. Болотиным, объединивший усилия практически всех наиболее крупных специалистов по этой теме. Сотрудники отдела получили широкий доступ в центральные и местные архивы. Выявленные в процессе изучения материалы в копиях поступали в архив отдела, где они составили богатейшую коллекцию из 20 тыс. документов, имевшую предметно-тематическую и хронологическую картотеки. Одновременно проводилась широкая библиографическая работа. Выявлялась не только отечественная, но и основная зарубежная литература. Это собрание было в то время одним из богатейших в мире. При создании труда использовались исследования военных ведомств, выходившие под грифом «секретно» и «для служебного пользования».

В результате за короткое время – уже в 1965 году завершилась подготовка всех шести томов и краткого однотомника. Необходимое место в этом труде заняло исследование причин неудачного начала войны, в том числе отрицательное влияние репрессий 1937–1938 годов в отношении командного состава Красной армии, показ просчетов Сталина и ошибок руководителей Наркомата обороны и Генштаба. В некоторых томах под влиянием политической конъюнктуры явно преувеличивалась роль Н.С. Хрущева. Общая противоречивость и непоследовательность политики того времени отразилась на содержании шеститомника.

В 1965 году вышла книга А.И. Некрича «22 июня 1941 г.». Обсуждение книги в феврале 1966 года в Институте марксизма-ленинизма хотя и выявило различные взгляды и противоречивые оценки, но в целом носило характер дискуссии, проходившей в научных рамках. Однако затем в результате силового давления со стороны командно-административного аппарата книга подверглась разносной критике, а ее автор исключен из партии.

Очередной период в историографии продолжался около двадцати лет и в целом характеризовался регрессом исторической мысли в области изучения истории Великой Отечественной войны, отступлением от критико-аналитического подхода и возвратом к упрощенно-апологетическому, что особенно отразилось на 12-томной «Истории Второй мировой войны» (1973–1982), 2-м и 3-м изданиях однотомника «История Великой Отечественной войны Советского Союза» (1970–1983). Разумеется, нельзя отрицать значительное приращение исторических знаний в результате издания 12-томника, особенно в освещении военных операций. Но в целом в этом труде было еще больше умолчаний и сокрытий. Авторы в духе официальных установок того времени отказались от показа отрицательной роли сталинщины в предвоенное время и в ходе военных действий. В частности, не только не говорится о губительных последствиях репрессий в Красной армии, но и само слово «репрессии» не употребляется. Односторонне трактовался советско-германский договор 23 августа 1939 года. Издание было пронизано апологетикой в адрес Л.И. Брежнева. Исчезли многие критические сюжеты, уже освещенные историками в предшествующий период. Война как глубокая трагедия народа не была показана, а тем самым и недооценен подвиг народа, сумевшего переодолеть огромные трудности, переломить ход войны и добиться победы. Догматизм в тот период одержал верх над диалектикой исторической правды. Пример, ставший хрестоматийным, – гипертрофированное, достигшее просто фантастических масштабов освещение операции «Малая земля» только в силу того, что на этом участке фронта находился Л.И. Брежнев, ставший через годы главой государства. Историки мрачно шутили тогда, что, судя по некоторым статьям, «Сталинградская битва – лишь мелкий эпизод в великой эпопее борьбы за Малую землю». В народе ходила поговорка: «Сражался ли ты на Малой земле или отсиживался в окопах Сталинграда и Ржева?»

Конечно, развитие науки в двадцатилетний период, предшествовавший перестройке, продолжалось, хотя и было существенно приторможено вследствие ограничения доступа к архивным материалам. Расширению источниковой базы в определенной степени способствовало издание мемуаров, особенно таких крупных военачальников, как Г.К. Жукова, А.И. Еременко, В.И. Чуйкова, И.Х. Баграмяна, А.М. Василевского, которые обогатили науку сведениями о действиях высших органов власти и главного командования в годы войны. Однако подготовка мемуаров была фактически взята под жесткий контроль, авторам как бы предписывалось, что они должны помнить, а что – нет. К воспоминаниям предъявлялись зачастую те же требования, что и к научно-исследовательской литературе, а это лишало их ценных индивидуальных черт. Многие интересные эпизоды изымались из мемуаров редакторами издательств, не пропускались в печать различными инстанциями. Ныне известно, как произвольно редактировались даже мемуары маршала Жукова.

Как Жуков советовался с Брежневым

Рассказывает Анна Давыдовна Миркина – бессменный редактор всех двенадцати изданий книги Г.К. Жукова «Воспоминания и размышления».

Идея создания воспоминаний Георгия Константиновича Жукова возникла в издательстве АПН в 1965 году. Первой трудностью стало то, что никто не мог нам сказать ни телефона, ни адреса Жукова. После октябрьского пленума ЦК КПСС 1957 года он, как известно, был в глубокой опале. Связались мы с Георгием Константиновичем лишь благодаря тому, что кто-то вспомнил, что его дочь Элла работает в радиокомитете. Она-то и помогла нам встретиться с отцом.

Во время первой встречи с Жуковым я так волновалась, что он, как потом признался, вполне серьезно подумал, что я упаду в обморок. Жуков шагнул навстречу, поздоровался и обнял меня за плечи. Почему-то я сразу же успокоилась. От него вообще исходила какая-то магическая сила, особое биополе.

Препятствия посыпались как из рога изобилия. «Главным идеологом» тогда был Суслов – ярый противник Жукова. Как вообще удалось «пробить» нашу идею там, «наверху», я до конца не знаю. Считали, что помог Александр Николаевич Яковлев, в ту пору заведующий отделом агитации и пропаганды ЦК КПСС.

Литературная обработка легла на меня, но был нужен еще и военный консультант. Никто на эту работу не соглашался. В военных кругах тогда от Жукова просто шарахались, некоторые, завидев его, переходили на другую сторону улицы.

Всю книгу воспоминаний Жуков написал сам, от руки. Потом текст перепечатывала его теща Клавдия Евгеньевна Семенова – высококлассная машинистка.

В военном отделе ЦК КПСС рукопись сначала отвергли. Военные рецензенты требовали совсем другого: не писать так резко о нашей неподготовленности к войне, более положительно отзываться о Сталине…

Очень многим хотелось самим «попасть в историю». Помню, как генерал-лейтенант Боков просил меня уговорить Жукова указать в книге его фамилию, что он находился в должности начальника Генерального штаба. А исполнял эту должность он всего двое суток…

Надо отдать должное Георгию Константиновичу: он старался до конца отстаивать в мемуарах правду о войне – такую, какой он ее видел. Работа над книгой шла три года. ГлавПУР заставлял нас то сокращать, то дописывать. Жуков боролся до последнего.

В конце 80-х годов, когда Георгия Константиновича уже не было в живых, его младшая дочь Мария, к счастью, разыскала самый первый вариант рукописи. Оказалась, что в общей сложности в печать не пропустили 300 страниц машинописного текста! Начиная с десятого издания «Воспоминаний и размышлений», вышедшего в 1990 году, все купюры восстановлены и теперь даются другим шрифтом – чтобы люди могли сравнить.

Леонид Ильич Брежнев также захотел попасть в мемуары Жукова, но беда в том, что Жуков писал только о тех людях, с которыми встречался лично. Брежнева же он за время войны не видел ни разу.

Кто-то из помощников подсказал генсеку оригинальный ход. Жукову «предложили» вставить текст примерно такого содержания: «при обсуждении возможности расширения новороссийского плацдарма маршал заехал посоветоваться с начальником политотдела 18-й армии Леонидом Ильичом Брежневым, но не застал его, поскольку тот «как раз находился на Малой земле, где шли ожесточенные бои».

Первой реакции Жукова на эту вставку я боялась так, что не повезла ему визировать этот текст. Вместо меня поехал адъютант Прядухин. Конечно, на даче Жукова была буря. Я приехала уже после ее окончания: всем стало ясно, что без этой вставки книга не выйдет. Георгий Константинович был мрачный, как тень. Он долго молчал, а потом сказал: «Ну, ладно, умный поймет», – и подписал текст.

Когда у нас переводили «Воспоминания и размышления» на иностранные языки – а книга вышла в 30 странах на 18 языках, то, конечно же, не рискнули ничего изменить. Во всем мире смеялись.

В рамках хорошо известной историкам серии «Россия ХХ век. Документы», которую издает фонд «Демократия», увидел свет сборник документов (2001) о послевоенной судьбе маршала Советского Союза Г.К. Жукова и в первую очередь о перипетиях октябрьского Пленума ЦК КПСС 1957 года, пожизненно отлучившего полководца от политической и военной деятельности. Это капитальное издание, вобравшее в себя около 200 документов, которые выявлены в фондах Российского государственного архива новейшей истории, Архива президента Российской федерации, Российского государственного военного архива, Российского государственного архива социально-политической истории. Многие документы до последнего времени находились на секретном хранении, составители добились их рассекречивания специально для данного сборника.

Книга содержит восемь разделов: «Сталинская опала», «На посту министра обороны», «Курсом ХХ съезда КПСС», «Поездка в Югославию и Албанию», «Хрущевская опала», «Правда о войне и мемуары маршала», «Частичное признание заслуг», «Реабилитация». Документы сгруппированы таким образом, чтобы дать читателям возможность не только проследить послевоенную судьбу Г.К. Жукова в хронологической последовательности, но и уяснить, почему при всех лидерах партии и государства – И.В. Сталине, Н.С. Хрущеве и Л.И. Брежневе – он подвергался несправедливым гонениям.

Шестой раздел сборника «Правда о войне и мемуары маршала» включает документы, демонстрирующие взгляды Г.К. Жукова и его современников на ту роль, которую сыграл полководец в Великой Отечественной войне. В разделе представлены письма и статьи бывшего министра обороны с изложением некоторых военных операций, а также документы, позволяющие судить, каким образом редактировались и готовились к публикации его мемуары «Воспоминания и размышления». Тщательное сопоставление публикуемых источников демонстрирует, что слова Г.К. Жукова о том, что мемуары «наполовину не его», отчасти соответствует действительности.

С середины 80-х годов развитие гласности, демократизация, плюрализм мнений по широкому спектру общественно-политической жизни создают условия для воссоздания более объективной истории Великой Отечественной войны, осмысления ее уроков.

Все это обусловило решение Политбюро ЦК КПСС от 13 февраля 1987 года о создании 10-томного труда «Великая Отечественная война советского народа». Перед авторским коллективом стояла задача – на расширенной источниковой базе диалектически показать народ от солдата до маршала, от рабочего до наркома как объект и субъект истории и как величайший всенародный подвиг. Пожалуй, наиболее отличительной чертой этого периода является постановка острых вопросов на страницах периодической печати. Это и понятно: в результате длительного замалчивания сложных и болезненных вопросов образовались многочисленные белые пятна. Порой высказываются противоречивые суждения, но важно то, что в полемике эмоции все чаще уступают место аргументированным доводам ученых-историков.

Из исследовательских работ, появившихся в конце 80-х годов, выделяется монография Д.А. Волкогонова «Триумф и трагедия» в двух книгах (1989). 1-я часть 2-й книги охватывает предвоенные годы и период Великой Отечественной войны. Ценность ее прежде всего состоит в том, что автор смог изучить и ввести в научный оборот огромный комплекс материалов, характеризующих черты личности И.В. Сталина и роль субъективного фактора в истории, сделал попытку диалектически рассмотреть и проанализировать мотивы его поступков, проникнуть в ход его размышлений. Автор сообщает интересные сведения, позволяющие уяснить некоторые детали деятельности верхнего звена командно-административного аппарата.

С 1993-1994 годов начинается поворот в сторону признания величия народного подвига. Вершиной этого процесса стало помпезное празднование 50-летия Победы в 1995 году. Как известно, юбилеи неизменно способствуют активизации деятельности историков.

Так произошло и на сей раз. Хотя к юбилеям многое готовится на отработанных порах, все же в 1995-м и в последующие годы ряд научных конференций принесли немало свежего конкретного материала. Вышли в свет новые книги, появилось множество статей, сборников документов. С нашей точки зрения, наиболее значимой, глубокой и объективной публикацией являются военно-исторические очерки в

4 книгах, завершенные в 1999 году. Они подготовлены четырьмя институтами Российской академии наук – всеобщей, военной и российской истории и славяноведения.

Из документальных публикаций следует выделить самую фундаментальную – «Москва военная. Мемуары и архивные документы» (1995), выпущенную «Мосархивом», а также ряд исследований и публикаций о внешней политике, в частности две книги XXIII тома «Документов внешней политики» (1998). Огромная, многотомная публикация «Русский архив» содержит такие уникальные материалы, как документы Ставки ВГК, приказы наркома обороны и др. (1998).

Одно из наиболее серьезных исследований военной проблематики – книга «Гриф секретности снят. Статистические исследования» (1993). Подготовленная группой сотрудников Генштаба, эта книга содержит подробнейшие сведения о потерях Советских вооруженных сил в войне по периодам, кампаниям, по фронтам и флотам, родам войск. Что же касается потерь противника, то следует учитывать наряду с германскими потери итальянских, венгерских, румынских, финских, словацких войск, а так же тех граждан СССР, которые воевали в рядах вермахта и войск СС. Власовцы, прибалтийские, мусульманские и другие формирования потеряли в годы войны 215 тысяч человек. В общей сложности превышение безвозвратных потерь Советских во­оруженных сил является незначительным (примерно 1,3:1), причем главным образом за счет неудач лета 1941 и лета 1942 годов.

Бесценным источником истории Великой Отечественной войны является работа писателя-фронтовика Константина Симонова «Глазами человека моего поколения. Размышления о И.В. Сталине» («Знамя», 1988, №№ 3, 4, 5).

Суждения Симонова о войне были проницательны, взвешены, основательны. Показательно, что к ним прислушивались, они были авторитетны и для выдающихся наших военачальников – известно, с каким уважением относились к Симонову Г.К. Жуков и К.К. Рокоссовский, И.С. Конев и И.Х Баграмян, И.С. Исаков и И.Е. Петров, П.И. Батов и А.В. Горбатов. А.М. Василевский однажды назвал Симонова народным писателем СССР, имея в виду не существующее звание, а присущий писателю народный взгляд на войну. «Очень важно для нас, – писал он автору «Живых и мертвых» и «Разных дней войны», – и то, что все ваши всенародно известные и безоговорочно любимые творческие труды, касаясь почти всех важнейших событий войны, преподносятся читателю наиболее капитально, а главное – строго правдиво и обоснованно, без каких либо попыток в угоду всяким веяниям послевоенных лет и сегодняшнего дня отойти от порой суровой правды истории, на что, к сожалению, многие писатели, и особенно наш брат, мемуарист, по разным причинам идут так охотно».

Симонов оставил обширнейшее эпистолярное наследие.

Итак, более чем за полстолетие создана развивавшаяся рывками, зигзагообразно историография, главным достижением которой является появление и укрепление открытого для исследователя и общественности огромного документального поля. Вместе с тем теоретическое осмысление ряда узловых проблем продолжает отставать. Главный недостаток и главная трудность состоят продолжающемся влиянии на научные изыскания политической конъюнктуры.

Кто и почему фальсифицирует историю

История войны – это то немногое, чем народ мог по-настоящему гордиться. Победа в войне стала последним бастионом советской истории. Именно с мая 1945-го народ ощутил себя народом-победителем. Это чувство стало частью национального сознания. И новое руководство страны предприняло попытку это сознание переломить. Вспомним 1991 год. Исполнилось полвека с начала войны. Полвека со времени Московской битвы. Но на эти памятные даты – горькие, трагические и победные – российское правительство, президент никак не отреагировали. И, к сожалению, многие историки вступили на ту же стезю, послушно бросившись «выковыривать бриллианты» из ордена Победы. 

Наступление на историю войны велось по нескольким направлениям. Первое сводилось к преуменьшению побед, одержанных в тяжелых сражениях, и к раздуванию поражений и ошибок, неоправданных потерь, недостатков, слабости командования на фронте и руководства в тылу. Была нещадно обругана формула, известная из популярной песни: «Нам нужна победа, одна на всех, мы за ценой не постоим».

Весной 1989 года в ФРГ, а затем и в других странах Запада была опубликована рассчитанная на массового читателя и запрограммированная на сенсацию книга Виктора Суворова (Резуна) «Ледокол». Сейчас ею затоварены все книжные магазины и у нас. Тезисы автора предельно просты: Вторая мировая война стала результатом дьявольского плана Сталина, который сначала «создал Гитлера», а затем «первым начал мобилизацию, сосредоточение и оперативное развертывание». Что же касается Гитлера, «то он к войне против Советского Союза не готовился», а германская армия «к серьезной войне была катастрофически не готова».

Любое из этих утверждений идет в разрез с общепринятыми выводами мировой исторической науки, и доказать это предельно просто: достаточно раскрыть общедоступные издания – «Военный дневник» начальника Генштаба сухопутных войск немецкой армии генерал-полковника Гальдера или материалы Нюрнбергского процесса. Но почему же в современной России малодостоверные и малооригинальные версии Суворова пользуются шумным успехом? Причины, видимо, состоят в том, что в обстановке глубокого кризиса российского исторического сознания мифы и схемы сталинского и постсталинского времени сравнительно легко замещаются антимифами и антисхемами.

За рубежом иные историки и политики объявили идеи Резуна великим открытием. Но никакого открытия здесь нет. «Ледокол» не взламывает льды, а идет по открытой воде. Военная доктрина СССР, известная в 30-х годах каждому пионеру, в том и заключалась, чтобы, отразив нападение противника, разбить его на его же территории. И на освобожденной земле установить не какую-нибудь, а Советскую власть. О политической стороне говорил опыт Западной Украины, Западной Белоруссии, Бессарабии, Прибалтики. Весь же смысл концепции Резуна состоит в том, чтобы доказать: СССР несет равную с Германией ответственность за развязывание мировой войны.

Ведомство военно-исторических исследований Западной Германии в середине 80-х годов выпустило многотомный коллективный труд, посвященный подготовке и начальному этапу агрессии гитлеровских войск против Советского Союза. Общий вывод был однозначным: нападение на СССР явилось «тщательно спланированной войной на уничтожение».

Вольфрам Ветте, один из авторов многотомника, убедительно доказал, что тезис о «превентивной войне» был неотъемлемой составной частью «пропагандистского сопровождения» германской агрессии против СССР. Ветте опубликовал архивные документы, из которых явствовало: 21 февраля 1941 года, когда подготовка к нападению уже шла полным ходом, Гитлер подписал директиву о том, что «прикрытие операции «Барбаросса» является важнейшей задачей военной пропаганды». 

В 1991 году увидел свет двухтомник «Наше отечество. Опыт политической истории». Во втором томе, посвященном ХХ веку, отсутствует само понятие «Отечественная война». 50-страничная глава называется «Советский Союз в годы Второй мировой войны». В «военной» главе читатель не обнаружит ни слова о битве под Москвой. Вперемежку с рассказом о неудачах, в трех фразах вскользь упоминается о Московской битве. На десяти страницах последующего текста десять строк отведено Сталинграду, Курску, и некоторым битвам 1943–1945 годов. Причем о форсировании Днепра, Корсунь-Шевченкова, операции «Багратион», освобождении Крыма, прорыве блокады Ленинграда, об освобождении Центральной и Юго-Восточной Европы не упомянуто вообще, а потерях в Будапеште и в Восточной Пруссии рассказано обстоятельно. Ничего не сказано о партизанском движении. Значение победы отмечено сообщением о людских потерях, об инвалидах войны и словами о том, что «война обнажила пороки и слабости диктаторского, бесконтрольного режима власти, утвердившегося в СССР в 30-е годы и названного социализмом. Она почти вплотную приблизила его к той черте, за которой начиналась необратимая катастрофа». 

Огорчает, что в последнее время под благовидным предлогом восстановления исторической правды на страницах различных «демократических», «независимых» газет и журналов, в телевизионных и радиопередачах нагромождаются публикации, искажающие истинный смысл и значение важнейших событий минувшей войны, нашей победы. Замалчиваются, принижаются и даже постыдно оглупляются судьбы и подвиги участников Великой Отечественной войны. Народу навязывается миф о потерянных поколениях. Так А. Минкин в журнале «Социум» пишет: «В 1945 году победили не мы. Не народ. Не страна. Победил Сталин и сталинизм…». «Если бы победил Гитлер – погибла бы не Россия, а ее режим…». «Победа Гитлера стала бы поражением Сталина, а не народа. 300-летие татарского ига пережили – и ничего: ни языка, ни земли, ни веры не утратили».

«…Надо ли призывать к защите чести поколений, воевавших против фашизма, – пишет академик А. Самсонов, – спасших от порабощения отчизну и все человечество. Надо ли опровергать утверждение о том, что антифашистскую войну якобы выиграл Сталин, а не народ? С моральными пигмеями лучше не спорить, но ведь они отравляют историческое сознание подрастающих поколений. А этого позволить нельзя!»

– Основной недостаток многих нынешних книг на историческую тему состоит в том, – пишет генерал армии М.А. Гареев, – что они основываются на необъективном анализе и сопоставлении различных событий, фактов, свидетельств, а чаще всего заранее намечается определенная ангажированная версия, и на нее нанизывается все то, что подтверждает авторскую позицию. Остальное же, даже существенное, просто отбрасывается за ненадобностью. Взять, к примеру, книгу В. Бешанова «Десять сталинских ударов» или другие того же покроя книги. Они не являются плодом каких-либо углубленных исследований, самостоятельных исторических изысканий. Возникает вопрос: почему же тогда даже столь авторитетные издания как, скажем, газета «Аргументы и факты», обращаются именно к таким авторам, особенно в дни юбилеев важнейших событий? Разве нет более авторитетных, профессиональных историков, или еще, слава Богу, здравствующих непосредственных участников тех или иных боев и сражений? Просто падкость какая-то теперь на всякого рода лживые сенсации.

Примечательно, что иногда приводятся самые невероятные цифры или другие данные, но, как правило, какие-либо ссылки на источники, откуда они взяты, отсутствуют. При этом расчет делается на осведомленного читателя.

Так, совсем недавно во всем мире говорили о грандиозной победе Советских войск под Москвой, теперь же пишут об их поражении. К 60-летию Сталинградской битвы в «Аргументах и фактах» была опубликована статья, содержащая самые нелепые измышления о ней. В «Известиях» в свое время сообщалось, что в Прохоровском сражении

12 июля 1943 года немцы потеряли 5 танков, а советские войска – 340. Но почему-то после этого гитлеровцы начали отступать.

В одном из многотомных изданий истории Великой Отечественной войны 12 раз упоминается начальник Генштаба сухопутных войск Германии генерал Ф. Гальдер и ни разу – начальник генерального штаба Красной армии генерал армии Г.К. Жуков, как будто его совсем не было на этой войне. Некоторые ангажированные писатели поговаривают и о том, что не только Ржевско-Вяземская операция («Марс»), но и вся Великая Отечественная война явилась для нас позором, и никакой победы в ней вообще не было. Все чаще стали писать также о том, что, дескать, это англо-американские войска разгромили фашистскую Германию и тем самым спасли Европу «от зверства русских солдат».

Гитлеровских генералов, которые привели свою страну к катастрофе, давно оставили в покое или даже расхваливают, как это делает Г. Владимов в книге «Генерал и его армия», а наших военачальников, одержавших победу, всячески порочат. Мало того, до сих пор идут споры о значимости нашей победы, о готовности страны к войне, о роли в ней военачальников, о больших наших потерях, которые много лет замалчивались… Доходит до того, что некоторые историки предлагают покаяться народу в грехах. Покаяться народу-победителю, спасшего мир от фашистской чумы, взвалившему на свои плечи невиданный груз ответственности за судьбы народа.

Следует отметить, что стремление умалить значение победы советского народа в Великой Отечественной войне нередко присуще политическим деятелям разных стран мира. Так, около ста депутатов Европарламента подписали в свое время обращение к главам государств мира против празднования юбилея Победы в Москве 9 мая 2005 года. Подвергается фальсификации очень многое, начиная с причин возникновения войны, виновников ее развязывания и кончая итогами войны, а также конкретным содержанием важнейших боевых операций. Так, в книге американского полковника Р. Хоббса «Миф о победе» ставится под сомнение положение о том, что создание антигитлеровской коалиции и объединение усилий народов СССР, США, Англии, Франции, Китая явилось величайшим историческим достижением, во многом предопределившим исход войны. Вопреки этому утверждается, что, участвуя в антигитлеровской коалиции, западные союзники якобы играли на руку Советскому Союзу.

Американский военный историк Д. Глентц, не разобравшись в сути операции «Марс», написал книгу «Величайшее поражение маршала Жукова», которую некоторые отечественные его последователи всячески рекламируют. Многие факты и события, как ими, так и теми, кто придерживается его взглядов, рассматриваются в отрыве от условий конкретно-исторической обстановки.

В августе 1994 года в Нормандии праздновали день открытия второго фронта. Делегацию России не пригласили. Эта была поразительная попытка принизить роль Советского Союза в разгроме фашизма. В 1942–1943 годах, несмотря на договоренности, второй фронт не был открыт. Советский Союз воевал в одиночку. И разве могла быть осуществлена высадка Нормандии, если бы основные силы немецкой армии не были отвлечены на Восточный фронт.

В одной из газет недавно были опубликованы воспоминания начальника отдела штаба 5-й ударной армии Матвея Крола, который тогда отвечал за снабжение Берлина продовольствием. На подписании акта о безоговорочной капитуляции Германии, пишет он, приехали делегации Великобритании и США. Отсутствие делегации Франции американцы и англичане объяснили тем, что их правительства не считают Францию равноправным партнером в победе над Германией. И только благодаря энергичному дипломатическому вмешательству руководства Советского Союза делегация Франции прибыла в Берлин и участвовала в подписании капитуляции. Тогда все отмечали, как несравнима со вкладом союзников была цена, которую заплатил за победу над фашизмом наш народ. А теперь вот… даже не пригласили.

Группа российских и немецких историков и литераторов выпустила в 2005 году сборник статей о Второй мировой войне под названием «Память о войне: 60 лет спустя. Россия. Германия. Европа». С одной стороны, в нем приводится высказывание германского федерального президента Рихарда фон Вайцзеккера: «С каждым днем становилось все яснее то, что мы сегодня должны высказать все вместе: 8 мая было днем освобождения. Этот день освободил нас всех от человеконенавистнической системы национал-социалистического деспотизма». В других статьях сборника пишется об оккупации Красной армией Польши, Венгрии, стран Балтии. Почему же для одних ее приход – освобождение, а для других – оккупация, если во всех этих странах господствовал германский фашизм, и цель советских войск состояла в изгнании фашистских оккупантов с их территории? 

Если бы прибалтийские страны в 1940 году не были в составе СССР, Гитлер заставил бы их воевать на стороне нацистской Германии, и они оказались бы в стане побежденных со всеми вытекающими отсюда последствиями. По крайне мере Литва сегодня не владела бы ни Вильнюсом, ни Клайпедой.

Гросс-адмирал Карл Дениц в конце войны заявил, что германский вермахт сражался «героически», «с честью», «изо всех сил», принося большие жертвы, всегда оставаясь верным военной присяге, а «результаты его военных действий незабываемы».

К сожалению, в таком же духе пишут о вермахте и некоторые отечественные авторы. А про армию, которая сокрушила вермахт, говорят, что она воевала из рук вон плохо и чуть ли не проиграла. И вот уже один из авторов сборника, Вольфрам Ветте замечает: «Германский вермахт, конечно, проиграл Вторую мировую войну, зато добился победы после 1945 года, а именно в борьбе за представление о себе в глазах общественности – немецкой и международной».

Американцы после войны засадили гитлеровских генералов писать мемуары, обобщать опыт войны. Эта литература распространялась по всему миру, формировала соответственное общественное мнение. И теперь американский историк Джозеф Най растолковывает нам, «неразумным совкам», что «в информационный век побеждает тот, чья история убедительнее, чья история способна привлекать людей».

Убедительность нашей истории – в объективных свершившихся исторических фактах, но ее пытаются извратить и оплевать, сделать непривлекательной.

В первой половине 2006 года по Центральному телевидению был показан многосерийный документальный фильм «Вторая мировая. Русская версия». Смотрелся он с интересом, однако вызвал много вопросов и сомнений. Так, в нем говорится, что Сталин зря начал войну с Японией, поскольку ее главным результатом явилось возвращение СССР Южного Сахалина и Курильских островов, в то время как Япония якобы предлагала нашей стране в 1945 году отдать те же территории за обязательство не начинать против нее военных действий. Нигде и никогда ранее ничего подобного не публиковалось, поэтому очень уж смахивает на подлог.

Дана в фильме и негативная оценка деятельности во время Великой Отечественной войны маршала Г.К. Жукова и адмирала Трибуца: Жуков, дескать, обвешал себя наградами, и Трибуц бездарно командовал Балтийским флотом. Мемуары Жукова «Воспоминания и размышления» создателями фильма названы самой фальсифицированной книгой о войне. Разве это не наговор? Разве это не самая настоящая фальсификация.

Говоря об итогах битвы под Москвой, на экране показываются только четыре фотографии командармов (их-то было значительно больше), в том числе и портрет бывшего советского генерала А.А. Власова, изменившего воинскому долгу и Родине. Да и по сравнению с другими командирами, добывавшими победу под Москвой, мягко говоря, очень уж скромными силами руководил он короткое время в ходе битвы под Москвой. Скорее всего, эти силы можно назвать стрелковым корпусом неполного состава, чем армией. К тому же Власов вступил в командование 20-й армией после того, как наши войска освободили Красную поляну и Солнечногорск, вели бои за Волоколамск. Надо иметь в виду и моральный облик этого человека, предавшего до перехода к врагу свою семью, а в плену женившегося на вдове видного эсэсовского бонзы, чтобы втереться в доверие к Гитлеру и подороже продать запятнанное звание советского генерала. Разве не умаляется вот такой экранной подменой истинных победителей на лжегероя великий подвиг защитников отечества?

Как истину в последней инстанции преподносят своим зрителям создатели документального фильма «Штрафники» сногсшибательное утверждение, что крупную стратегическую группировку врага на Сталинградском направлении окружили… штрафные батальоны и роты (?!), что именно они отразили удары танковых сил противника под командованием Манштейна, рвавшихся на помощь окруженной 6-й немецкой армии. 

Мало того, режиссер этого фильма Лев Данилов голосом, звучавшим с экрана, глаголет и о том, что будто бы основные задачи и в таких решающих сражениях войны, как Курская битва и битва за Днепр и Правобережную Украину, Белорусская и Берлинская стратегические операции, также решались именно этими подразделениями. Нелепость подобных утверждений очевидна.

Грубыми фальсификациями занимались и продолжают заниматься не только противники, но и апологеты И.В. Сталина. Особенно много самых нелепых выдумок содержится в книге В.М. Жухрая «Роковой просчет Гитлера», изданной в 2000 году в Москве. Этот автор решительно отрицает причастность Сталина к массовым репрессиям 1937–1938 годов. В этих репрессиях, по его мнению, «повинен не Сталин, а враги народа – иностранные агенты, сумевшие пробраться на руководящие партийные посты и в органы государственной безопасности». К числу таких агентов В.М. Жухрай относит и Н.С. Хрущева.

«Сталин был добрым и сердечным человеком, – утверждает Жухрай, – и он проявлял повседневную заботу о товарищах, с которыми ему приходилось сталкиваться по работе. Он жил на скромную заработную плату, никогда не допускал никаких материальных злоупотреблений, берег народную копейку и, будучи руководителем Советского Союза, нередко сам испытывал денежные затруднения».

Накануне 9 мая в одной казахстанской либеральной газете была опубликована статья «Оболганная победа», где делается попытка оправдать сталинизм. Автор пишет: «Рабский и забитый» народ одолел врага, который, кстати говоря, объяснял свою агрессию против СССР в первую очередь ненавистью к коммунизму. Словом, если разделять логику нынешних антисталинистов (в России это сообщество, кстати, все больше смахивает на секту), выходит, что советские люди, ненавидящие Сталина и коммунизм, ценой прямо-таки титанических усилий и повсеместно проявленного героизма рядовых солдат и офицеров одолели своих «спасителей», тех, кто хотел их от коммунизма и Сталина освободить. То есть нам предлагают считать наших отцов и дедов мало того что трусливыми и забитыми рабами, так при этом еще и круглыми болванами, которые воевали за железный хомут сталинской идеологии и рабские колодки строителей коммунизма.

Очевидно, именно эта ущербность подвергла антисталинистов на создание иного мифа – мифа о том, что в Европу с Советских просторов ворвалась банда мародеров и насильников. Не отвергая победы, нас пытаются уверить, что схватку с европейским фашизмом одолели коммунистические дикари и людоеды. Поэтому, мол, ветераны так редко рассказывают о войне – дескать, стыдно вспоминать, что было, когда советские неандертальцы увидели сытую Европу.

Все эти нелепые россказни своей целью преследуют главное – как можно больше грязи вылить на сталинскую эпоху. Победа 1945 года – главный камень преткновения, мешающий до конца реализовать предательство ХХ съезда. Потому что всегда будет стоять ребром один и тот же вопрос: «Так за что же эти рабы тогда воевали так доблестно и отважно, что Европа, ковавшая победу Гитлеру, все же оказалась разбитой? Неужели за свой тоталитаризм?»

Ввиду сложности вопроса об оценках проблем, связанных с войной, продолжаются дискуссии, порой весьма острые. Я не скажу, что они носят только политический характер, но, к сожалению, политика прямо или опосредованно, зримо или незримо всегда стоит за ними. И наши СМИ способствуют политизации истории вообще и истории войны в частности. Плюрализм, устанавливающийся в нашей науке, позволяет высказывать любые точки зрения, но он требует одного – научной обоснованности.

Происходящая ныне в стране демократизация, в том числе и в исторической науке, гласность в делах прошлых лет, рассказ об истории народа с позиции полной правды, какой бы горькой она ни была, а не с позиции той или иной конъюнктурной полуправды, что находило место не только во время сталинщины, но и в годы волюнтаризма и застоя в нашем обществе, значительно способствует удовлетворению законного интереса к истории. И мне думается, наш общий долг и состоит в том, чтобы утверждать эту правду, создавать и в дальнейшем большие и малые труды по истории минувшей войны, как научные, так и научно-популярные, в которых имелся бы аргументированный противовес всем бытующим фальсификаторским концепциям по важнейшим проблемам предыстории, истории и уроков войны.

О войне сказать всю правду, наверное, нельзя – слишком она всеохватна и алогична. Объективное и субъективное сплелось в такой узел, что не размотать, а рубить нельзя – память живая.

Когда-нибудь в будущем Великую Оте­чественную войну тоже будут описывать холодно и отвлечено. Ее оценки перестанут носить общественно-политический характер, перейдя исключительно в научное поле. Научный анализ плюс народная память очистят факты от шелухи мифов. Но на пути к правде о войне еще предостаточно препятствий. Много неизученного, еще больше искаженного. Живы люди, лично заинтересованные в том, чтобы мифы жили как можно дольше. Другим просто тяжело расставаться с привычными стереотипами сознания. И все же никуда не деться – история рано или поздно все расставит на свои места.

И мы все, кто понимает значение Великой Победы, кто чтит мужество советского солдата, принесшего миру эту Великую Победу на своих плечах, должны сказать нет фальсификаторам нашей истории, фальсификаторам Великой Победы!

История великой отечественной войны будет изучаться вечно, по крайней мере до тех пор, пока существуют народы, составляющие великую державу, которая одержала победу над фашизмом. Исторический опыт войны жизненно необходим для новой национальной идеи, для укрепления патриотизма, без которого невозможны сильное государство и сильная армия, для воспитания молодого поколения.

История великой отечественной – богатейший материал для воспитания подрастающего поколения. Как никогда важно со всей полнотой использовать в этой работе, во всех сферах общественной жизни бесценный жизненный опыт ветеранов войны и труда, бессмертные традиции боевой и трудовой славы народа.

Автор: Тлеу КУЛЬБАЕВ, доктор исторических наук, профессор, академик АГН РК, Алматы


Опрос

Какую национальную одежду вы носите?