Главная История Казахстана Казахстан в древности Бронзовый век НЕКОТОРЫЕ ИТОГИ ИССЛЕДОВАНИЯ МУГАЛЖАРСКОГО ГОРНО-МЕТАЛЛУРГИЧЕСКОГО ЦЕНТРА ЭПОХИ ПОЗДНЕЙ БРОНЗЫ

НЕКОТОРЫЕ ИТОГИ ИССЛЕДОВАНИЯ МУГАЛЖАРСКОГО ГОРНО-МЕТАЛЛУРГИЧЕСКОГО ЦЕНТРА ЭПОХИ ПОЗДНЕЙ БРОНЗЫ

24 Января 2017
501
0

Начало эпохи поздней бронзы в срединной части Центральной Евразии отмечено нарастанием миграционной активности населения и масштабными культурными трансформациями, что привело, в конечном счете, к переоформлению всей свиты культурных образований. Содержание этих процессов наиболее полное отражение получило в концепции Волго-Уральского очага культурогенеза. Изменения в технологии производства металлических изделий повлекли за собой смену морфологических стандартов и ознаменовали формирование Евразийской металлургической провинции (ЕАМП), ставшей самой крупной историко-металлургической системой эпохи палеометалла Старого Света.

Освоение меднорудных ресурсов Уральской ГМО в ПБВ связано с формированием синташтинского металлургического очага. Генезис синташтинской культуры (2000–1700 лет до н. э.) стал результатом корпоративной миграции населения из различных центров, имевшей место на заключительной стадии среднего бронзового века (СБВ). В этот период из Среднего Поволжья сначала в лесостепные районы Предуралья, а затем в степное Приуралье смещаются носители абашевской культуры. Здесь они вступают во взаимодействие с населением посткатакомбной волго-уральской группы, являвшейся своеобразным дериватом лолинской культуры Северо-Западного Прикаспия. Этот юго-западный импульс из Северо-Восточного Предкавказья можно в самом общем виде расценивать как последний выплеск кавказского очага культурогенеза, определявшего на протяжении эпох ранней и средней бронзы характер историко-культурных процессов в Урало-Каспийском степном субрегионе на северо-восточной периферии ЦМП.

По всей видимости, первоначально носителями синташтинской культуры были освоены месторождения медистых песчаников Актюбинского Приуралья. Дальнейшее расширение ареала синташтинской культуры в восточном направлении с выходом в Южное Зауралье вплоть до Притоболья повлекло за собой и начало эксплуатации богатейших месторождений меди в зоне главного Уральского разлома, приуроченных к гипербазитам и тальк-карбонатным породам. С этого момента минерально-сырьевую базу цветной металлургии синташтинского населения составляют наряду с медистыми песчаниками Приуралья меднорудные источники, сосредоточенные в южной части Южно-Уральского ГМЦ и на северной оконечности Мугалжарского ГМЦ. В памятниках синташтинской культуры, представленных горными выработками на медь (рудниками), укрепленными поселениями, погребальными комплексами, в настоящее время зафиксированы выразительные свидетельства горно-металлургического производства.

Распространение волго-уральского комплекса из ареала синташтинской культуры Южного Урала имело несколько векторов различной направленности. Синташтинская культура стала генетической основой алакульской (1700–1500 лет до н. э.), что наиболее отчетливо прослеживается на ее раннем (петровском) этапе. Уже на этой стадии окончательно оформились географические границы алакульского ареала, в пределах которого локализуются Южно-Уральский и Мугалжарский ГМЦ Уральской ГМО и все ГМЦ Центрально-Казахстанской ГМО.

Необходимо отметить, что в синташтинское и петровское время на процессы культурогенеза, но в еще большей степени на развитие металлургии, существенное влияние оказал импульс из среды носителей сейминско-турбинских металлургических традиций (2000–1600 лет до н.э.), происхождение которых связано с культурами алтайско-западносибирского круга (елунинской, кротовской и др.). Наиболее рельефно это проявилось в распространении технологии тонкостенного литья, вследствие чего появляются орудия с литой втулкой, а также в появлении оловянных лигатур в бронзолитейном производстве. Поскольку памятники с металлом сейминско-турбинского облика локализуются на южной кромке лесной зоны, в данном случае, вероятно, мы имеем дело с культурной диффузией.

На западной периферии андроновской общности, в металлоносных районах Западного Казахстана в ПБВ локализовались две обособленные культурные группы алакульской линии развития: западноалакульская в бассейне р. Илек, несущая на себе отпечаток воздействия срубной культуры, и кожумбердынская в Орско-Иргизском междуречье, демонстрирующая наличие федоровских элементов в материальном комплексе.

Ареал западноалакульской культурной группы охватывает среднее течение р. Урал. В физико-географическом отношении этот район располагается в подзоне южной степи в пределах Сыртово-Предуральской холмисто-увалистой провинции, а также охватывает западную часть Западно-Примугалжарской увалисто-равнинной провинции. Памятники кожумбердынской культурной группы с точки зрения физико-географического районирования локализуются на южной оконечности Уральской горной страны в пределах Приюжноуральской степной предгорно-равнинной области и Мугалжар. Интересующая нас южная зона их распространения охватывает восточную часть Западно-Примугалжарской увалисто-равнинной провинции, Центрально-Мугалжарскую низкогорно-мелкосопочную и Восточно-Примугалжарскую равнинно-увалистую провинции.

Минерально-сырьевую базу металлопроизводства западноалакульской культурной группы, судя по имеющимся в нашем распоряжении данным, составляли медистые песчаники Актюбинского Приуралья. Эта группа меднорудных источников, учитывая близкую геологическую позицию, выглядит как южная периферия Приуральского ГМЦ, однако потенциально, по мере накопления источников, вполне может претендовать на обретение статуса самостоятельного ГМЦ, обеспечивающего самодостаточность производственной структуры западноалакульской культурной группы.

Горно-металлургическое производство носителей кожумбердынского культурного комплекса базировалось на эксплуатации обширной группы медных месторождений и рудопроявлений Мугалжар, приуроченных к различным геологическим структурам в пределах нескольких меднорудных районов. Объектами добычи служили зоны окисления медных руд в гипербазитах, пироксенитах, базальтах с прослоями яшм и контактовых зонах гранитоидов. В результате широкомасштабных комплексных исследований удалось обосновать выделение Мугалжарского ГМЦ, функционирование которого связано с металлопроизводственной деятельностью кожумбердынской культурной группы.

В пределах Актюбинского Приуралья и Уральско-Мугалжарского региона древние выработки на медь (рудники) локализуются в разных географических и ландшафтных ситуациях, демонстрируют различную геолого-минералогическую приуроченность. В целом физико-географическая характеристика южной оконечности Уральских гор свидетельствует об отсутствии факторов, ограничивавших возможности горного промысла в эпоху палеометалла, что отображает картина равномерного распределения древних рудников на всей интересующей нас территории независимо от природно-климатических условий.

С точки зрения геологической приуроченности, строения рудных тел, минерального и химического состава руд в рамках геолого-минералогической классификации можно выделить пять основных типов меднорудных объектов в регионе: 1) рудники в медистых песчаниках; 2) рудники в гипербазитах и тальк-карбонатных породах; 3) рудники в пироксенитах; 4) рудники в базальтах и яшмах; 5) рудники в гранитоидах и контактовых зонах. Они располагаются в различных рудоносных комплексах и демонстрируют устойчивые тенденции в плане географической локализации.

На крайнем северо-западе интересующего нас района сосредоточена группа древних выработок, приуроченных к медистым песчаникам Актюбинского Приуралья: Кушукбай, Унгир, Кундуздь. В Актюбинском Приуралье в ходе геологоразведочных работ выявлено более 80 рудопроявлений медистых песчаников и одно месторождение Кушукбай, которые объединяются в несколько рудных районов. Меденосные породы размещаются в казанском и татарском ярусах верхнепермского времени и приурочены к древним русловым потокам Киялыбуртинскому, Каргалинскому, Табантальскому, Тамдинскому и другим, истоки которых находятся в Мугалжарах, образуя серию рудных районов. Медное оруденение представлено малахитом. Примечательно, что обычно оно прослеживается с поверхности, а в некоторых случаях отмечено в береговых обнажениях рек Илек, Бутак, Жаман-Каргала, Жаксы-Каргала и др. Эти обстоятельства свидетельствуют о доступности данной группы рудных источников для разработки в древности.

В историко-металлургическом отношении они составляли юго-восточную периферию Приуральского ГМЦ. Но граница с Мугалжарским ГМЦ была размытой, поскольку в Орско-Илекском междуречье в ПБВ сформировалась своеобразная буферная зона, где отмечается культурная диффузия носителей западноалакульского и кожумбердынского культурных комплексов.

Памятники горной археологии, сосредоточенные в пределах Мугалжарского ГМЦ, изучены более детально как сточки зрения географической локализации, так и с позиции их геологической приуроченности. В северной части Орь-Илекской возвышенности в пределах Алимбет-Каргалинского грядово-мелкосопочного района локализуется группа горных выработок, приуроченных к гипербазитовым и пироксенитовым рудоносным комплексам (Придорожный, Шаншар, Чудской, Шиликтинский). В целом на северной оконечности Орь-Илекской возвышенности выделяются три обособленных в геоструктурном отношении рудных района: Коктугайский, Косистекский и Каргалинский.

На северо-востоке Мугалжарского ГМЦ основной массив геоархеологических производственных объектов относится к категории рудников в базальтах и яшмах, размещающихся в зонах окисления медно-колчеданных месторождений. В южной части Домбаровского рудного района на площади Весенне-Аралчинского месторождения у слияния рек Аралча и Кугутык открыта древняя выработка Аралча, а также андроновское поселение и могильник. Меднорудные объекты в базальтовых рудоносных комплексах известны в правобережье р.Орь в пределах Средне-Орского рудного района. Вероятно, в эпоху бронзы разрабатывалось Тастыбутакское месторождение («50 лет Октября»), где в настоящее время располагается действующий рудник Коктау. К югу от него находится древний рудник Кызыл-Кибачи.

Наиболее массовая серия однотипных меднорудных объектов, приуроченных к базальтовым рудоносным комплексам, сосредоточена в Южных Мугалжарах на юге Зеленокаменной металлогенической зоны в Южно-Мугалжарском (Берчогурском) рудном районе. В верховьях р. Кундузды находится рудник Жинишке, у истоков рек Каинды, Карасай и Аулие располагаются сразу три древних рудника Куркудук (Северный, Центральный и Южный), в междуречьях рек Сырлыбай, Шуулдак и Каульжар размещаются рудники Пшенсай, Актогай, Сарлыбай, Мысказган, Жангана. Самым крайним пунктом в этой цепи меднорудных объектов является рудник Южный Жамантау. Здесь на широте 48º Мугалжары, протяженность которых с севера на юг составляет порядка 200 км, переходят в кряж Шошкаколь.

С точки зрения картографирования геоархеологических производственных объектов важное значение имеет то обстоятельство, что в северной части Западных Мугалжар на правобережье р.Ойсылкара, являющейся левым притоком р.Ори, располагается древний рудник Кудуксай, приуроченный к зоне окисления медно-колчеданных руд в риолит-базальтовых комплексах. Пока он является единственным памятником горной археологии в пределах Верхне-Орского рудного района.

Перспективным районом распространения колчеданных проявлений является Иргизская металлогеническая зона. Она охватывает обширные пространства пенеплена Восточных Мугалжар. Здесь выделяются два обособленных рудных района – Кналыколь-Каракумский и Баксайский. В северной части Орь-Иргизской возвышенности, в верхнем течении р.Иргиз, на правобережье ее правого притока р.Баксайс располагается одноименный рудник, приуроченный к базальтовым рудоносным зонам.

В центральной части Восточных Мугалжар на левом берегу р.Токбура, являющейся левым притоком р.Кайракты, находится древний рудник Кенгияк. Он относится к другому более редкому типу рудников в гранитоидах и контактовых зонах. К этой же категории близок еще один меднорудный объект, локализующийся уже в Южных Мугалжарах на правобережье р.Шуулдак. Это группа карьеров в зонах окисления сульфидно-кварцевых и сульфидно-карбонатно-кварцевых жил и штокверков, сопровождающих гранитоидные массивы. С выработками связаны обогатительные площадки, образуя в целом единый геоархеологический производственный объект – рудник Шуулдак.

Таким образом, можно констатировать, что в настоящее время мы располагаем вполне репрезентативной выборкой, позволяющей на основе анализа солидной источниковой базы обратиться к вопросам организации горно-металлургического производства в Мугалжарах в эпоху поздней бронзы.

В целом, в структуре Мугалжарского ГМЦ выделяются крупные археологические микрорайоны, в которых сочетаются рудники, специальные производственные обогатительные площадки, поселения и погребальные комплексы горняков. На сегодняшний день в Мугалжарском ГМЦ проведено исследование шестнадцать меднорудных объектов, на которых в древности происходила добыча и обогащение сырья.

К настоящему времени в результате работ Казахстанско-Российской комплексной экспедиции получены новые данные о древних рудниках региона и произведена попытка подсчета количества добытых руд. При проведении работ решались следующие задачи:

1. Определение морфологии и параметров рудных тел – массивов горных пород с видимой медной минерализацией;

2. Характеристика типов добываемых руд, их минерального и геохимического состава;

3. Характеристика древних горных орудий;

4. Предварительный расчет количества извлеченной руды и выплавленного металла.

В зависимости от геодинамического положения месторождений и приуроченности их к определенным структурно-формационным комплексам выделяют три основных типа меднорудных объектов. Они отличаются геологической позицией, петрографическим составом горных пород, строением рудных тел, запасами полезного компонента, минеральными и химическими особенностями руд:

1. Рудники в гипербазитах и тальк-карбонатных породах составляют примерно четверть от общего количества рудных объектов (27 %). Они сгруппированы на северо-западном фланге Мугалжарского ГМЦ;

2. Рудники в базальтах и яшмах. Наиболее распространены среди древних рудных объектов (55 % от общего числа). Встречаются на всем протяжении Мугалжар;

3. Рудники в гранитоидах и контактных зонах. Данный тип объектов и тяготеет к восточному флангу Мугалжарского ГМЦ. К нему относятся около 15% древних рудников.

Медные руды, разрабатывавшиеся в бронзовом веке, представлены продуктами окисления сульфидных залежей. Они состоят из малахита, азурита, борнита, халькозина, лимонита (бурого железняка) и примеси нерудных минералов (кварца, карбонатов, барита, глинистых и других минералов). Содержание меди в добываемых рудах составляет 5–10%, в среднем – чуть более 6,5%. Последующее обогащение руд позволяло поднять концентрацию меди в 1,5-2 раза.

Весь добытый материал перерабатывался в рудный концентрат непосредственно на рудниках. Небольшая часть руд отбраковывалась и отправлялась в отвал. Для оценки масштаба добычи меди на древних карьерах была использована оригинальная методика подсчета. На основании инструментальной съемки составлялись крупномасштабные (1:100; 1:200) ситуационные планы рудников, на которых определялась площадь каждого карьера. На отдельных объектах проводились магнитометрические исследования и георадарная съемка. Это позволило выявить морфологию выработки, скрытой под современными наносами, и точно рассчитать объем извлеченного грунта. Уровень древнего горизонта выработок определялся по положению погребенной почвы. Истинная глубина древнего карьера устанавливалась либо по данным геологических отчетов организаций, проводивших разведку месторождения, либо производилось частичное вскрытие техногенных отложений ложа карьера. В отдельных случаях делался перерасчет с использованием формулы соотношения площади глубины выработки. Объем разрабатываемого рудного тела в среднем составлял около 20% от общего объема выработки. Масса добытой руды рассчитывалась с учетом удельного веса окисленной руды (2,9–3,1 т/м3). Среднее содержание меди в рудах по каждому руднику определялось серией химических анализов в объединенных пробах и отдельных штуфах.

Количество добытой руды рассчитывалось по формуле

Р = Пл × Гл × Ув,

где Р– примерный вес добытой руды; Пл – площадь рудного тела; Гл – глубина карьера; Ув – удельный вес руды.

Данные для расчетов по каждому объекту приведены в таблице1.

Таблица 1

Расчет предполагаемого количества добытой руды на древних рудниках Мугалжарского ГМЦ

 

Примечания: а) звездочкой в таблице обозначены рудники, имеющие два и более карьера; б) принцип расчета изложен в тексте.

Суммарная добыча на древних рудниках составила порядка 13,5 тысячи тонн медной руды. Одним из наиболее крупных рудников был Сарлыбайский (около 2,7 тыс. т руды). Там же отмечено использование технологии «мокрого» обогащения руд.

Таким образом, установлено, что источниками медных руд Мугалжарского ГМЦ, добываемых в бронзовом веке, являлись разнотипные месторождения меди. Разработке подвергались зоны окисления сульфидных руд с преобладанием малахита и азурита. Руду добывали открытым способом. Карьеры раскапывалидо уровня грунтовых вод и в зависимости от горно-геологических условий имели глубину от 2 до 10 м.

Практика геолого-археологических исследований показывает, что в Мугалжарах можно выявить ранее неизвестные рудники, эксплуатировавшиеся в древности.

Сведения, накопленные к сегодняшнему времени в ходе архивно-библиографических изысканий, междисциплинарных полевых исследований и аналитических процедур, позволяют надежно обосновать выделение Мугалжарского ГМЦ эпохи поздней бронзы. Это историко-металлургическое образование функционировало как обособленная производственная система, организованная по сегментарному принципу. Ее исходными структурными элементами являлись компактные археологические микрорайоны, группирующиеся вокруг геоархеологических производственных объектов, представленных горными выработками (рудниками), располагавшимися на площади месторождений и рудопроявлений меди различных типов. Такого рода горно-металлургические комплексы можно рассматривать как локальные центры металлопроизводства. Их пространственная локализация характеризуется ярко выраженной дискретностью. Основу указанных производственных структур с горно-металлургической специализацией составлял рудник или группа горных выработок и связанные с ними поселения и могильники. К стационарным бытовым и погребальным памятникам тяготеют единичные объекты культового назначения и значительное число местонахождений. Последние могут интерпретироваться как пункты регулярных кратковременных посещений родственных групп населения, связанных с особенностями организации скотоводческого хозяйства и торгово-обменной деятельностью в районах добычи меднорудного сырья.

Культурная атрибуция и хронологическая позиция археологических памятников, сосредоточенных в окрестностях синхронных им медных рудников, доказывают, что функционирование Мугалжарского ГМЦ в ПБВ связано с кожумбердынской культурной группой алакульской линии развития. Благодаря активизации археометаллургических исследований географический ареал распространения памятников этого круга удалось расширить в южном направлении до южной оконечности Мугалжарских гор, то есть практически до Северного Приаралья.

Имеющиеся в настоящее время в нашем распоряжении данные свидетельствуют о достаточно скромных масштабах металлургии и металлообработки. Вероятно, технологические операции, связанные с металлургическим переделом и производством готовой продукции, производившиеся в местах добычи медной руды, были ориентированы преимущественно на удовлетворение внутренних потребностей палеопопуляций. Явно избыточное количество извлеченной рудной массы на большинстве горных выработок определенно указывает на то, что обогащенная руда (медный концентрат) могла выступать объектом торгово-обменной деятельности. Более того, локализация крупных геоархеологических производственных объектов в районах с экстремальными природно-климатическими условиями может указывать на возможность организации горных работ в ходе сезонных производственных экспедиций с последующей транспортировкой обогащенной руды на стационарные поселения, выполнявшие функции металлургических центров.

В целом следует отметить, что памятники алакульской культуры Урала и Казахстана демонстрируют высокий уровень интеграции в сфере горно-металлургического производства. Морфологические особенности рудников и орудий горного промысла, конструктивные детали теплотехнических сооружений, связанных с металлургией и металлообработкой на поселениях, рецептура бронзовых сплавов, технология производства металлических изделий и их типология свидетельствуют о единстве традиций горно-металлургического производства в пределах всего ареала алакульской культуры Урало-Казахстанского региона и их соответствие стандартам ЕАМП.

Примечание

Работа подготовлена при поддержке гранта Министерства образования и науки Республики Казахстан № 2585/ГФ4 «Горно-металлургические центры древнего Казахстана: междисциплинарное исследование проблем освоения природных ресурсов в эпоху палеометалла».

В.В. Ткачев

Институт степи УрО РАН Оренбург, Россия

Д.А. Байтлеу

Институт археологии им. А. Х. Маргулана КН МОН РК Алматы, Казахстан

А.М. Юминов

Институт минералогии УрО РАН Миасс, Россия

Литература

1 Бочкарев В.С. Волго-Уральский очаг культурогенеза эпохи поздней бронзы // Социогенез и культурогенез в историческом аспекте: Материалы семинара. – СПб., 1991. – С. 24–27.

2 Бочкарев В.С. Карпато-Дунайский и Волго-Уральский очаги культурогенеза эпохи бронзы (опыт сравнительной характеристики) // Конвергенция и дивергенция в развитии культур эпохи энеолита – бронзы Средней и Восточной Европы. – СПб., 1995. – С. 18–29.

3 Черных Е.Н. Металлургические провинции и периодизация эпохи раннего металла на территории СССР // СА. – 1978. – № 4. – С. 53–82.

4 Кузьмина О.В. Керамика абашевской культуры // Вопросы археологии Поволжья. – Самара: Изд-во СамГПУ, 1999. – Вып. 1. – С. 154–205.

5 Ткачев В.В. Памятники абашевской культуры в степномПриуралье // Абашево: истоки, развитие, наследие: Матер. Международной научной конференции (Чебоксары, 26–30 мая 2003 г.). –Чебоксары: Чувашский гос. институт гуманитарных наук, 2003. – С. 208–221.

6 Мимоход Р.А. Лолинская культура. Северо-западный Прикаспий на рубеже среднего и позднего периодов бронзового века // Материалы охранных археологических исследований. – М.: ИА РАН, 2013. – Т. 16. – 568 с.

7 Кузьмина Е.Е. Откуда пришли индоарии? Материальная культура племен андроновской общности и происхождение индоиранцев. – М.: Калина, 1994. – 463 с.

8 Кузьмина Е.Е. Классификация и периодизация памятников андроновской культурной общности. –Актобе: ПринтА, 2008. – 358 с.

9 Ткачев В.В. Западная периферия алакульской культуры // Этнические взаимодействия на Южном Урале. – Челябинск: Изд. центр ЮУрГУ, 2009а. – С. 53–59.

10 Чибилев А.А., Чибилев Ант.А. Природное районирование Урала с учетом широтной зональности, высотной поясности и вертикальной дифференциации ландшафтов // Известия Самарского научного центра РАН. – Самара, 2012. – Т. 14. – № 1 (6). – С. 1660–1665.

11 Археологическая карта Казахстана. Реестр. – Алма-Ата: Изд-во АН КазССР, 1960. – 449 с.

12 Петров Н.П., Родионов В.В. Отчет об археологической разведке в Актюбинской области летом 1976 года // Фонды АОИКМ. Б/н.

13 Парфенов В.Т., Романюк Я.И. О новых находках медистых песчаников в Актюбинском Приуралье // Вопросы геологии и меденосности Мугоджар (Западный Казахстан). – Алма-Ата: Изд-во АНССР КазССР, 1963. – С. 173. 

Для копирования и публикации материалов необходимо письменное либо устное разрешение редакции или автора. Гиперссылка на портал National Digital History обязательна. Все права защищены Законом РК «Об авторском праве и смежных правах». kaz.ehistory@gmail.com 8(7172) 79 82 06 (внутр. – 111)

Комментарии

Для того, чтобы оставить комментарий войдите или зарегистрируйтесь
Опрос

Интересуетесь ли Вы историей Независимого Казахстана?