Главная История Казахстана Казахстан в составе Советского Союза Казахстан в послевоенные годы (1946-1970 гг.) Освобождение депортированных народов со спецпоселений в Казахстане в 50-е годы XX века

Освобождение депортированных народов со спецпоселений в Казахстане в 50-е годы XX века

27 Ноября 2016
231
0

Одним из важных  направлений научной деятельности М. К. Козыбаева было изучение проблем депортаций народов на территорию Казахстана. Увеличение количества публикаций, посвященных массовым репрессиям, происходило с конца 1980-х гг. в связи с демократизацией государства и общества. Пионерами в восполнении источниковой базы и разработке различных аспектов истории многих депортированных народов и социальных групп стали такие ученые, как М.К. Козыбаев, Ж.Б. Абылхожин, К.С.Алдажуманов, Г.В. Кан и др. Их плодотворная научная работа сыграла значительную роль в развитии дальнейших исследований. В целом исследования М.К. Козыбаева стали определенным теоретико-методологическим посылом в разработке учеными проблем истории массовых репрессий.

Одним из малоизученных аспектов в истории депортации народов является проблема их освобождения со спецпоселения. К началу 1950-х гг. система спецпоселения в СССР стала изживать себя. Причинами этого стало то, что массовые репрессии в стране прекратились, так как после кровопролитной войны проводить их было невозможно. В итоге спецпоселения перестали пополняться новыми контингентами, что отражалось на экономических показателях системы, которая росла и развивалась за счет экстенсивного труда репрессированных.

Запреты, сохранявшиеся на спецпоселении, усугубляли положение не только депортированных народов, но и становились препонами в реализации хозяйственных проблем страны. Анализ экономической ситуации в стране, политических настроений депортированных народов и начало освоения целинных и залежных земель указывали на то, что без либерализации системы спецпоселения сохранять прежнее положение небезопасно для государства. Правящие круги понимали, что необходимо сокращать численность людей, находящихся на спецпоселении, однако произвести  эти перемены стало возможным лишь после смерти И.В. Сталина.  Указ Президиума Верховного Совета СССР от 27 марта 1953 г. «Об амнистии», арест Л.П. Берии пробудили у основной массы спецпоселенцев надежды и даже уверенность в скором освобождении [1, с. 225].

Однако правительство СССР не торопилось с освобождением людей. Процесс освобождения депортированных народов из спецпоселения был сложен и длителен. К принятию мер по освобождению народов в определенной степени подталкивала складывающаяся  международная обстановка. «13 декабря 1953 г. калмыцкая делегация, возглавляемая калмыком Д. Бурхиновым, была принята в Организацию объединенных наций, где она вручила Меморандум на имя Генерального секретаря Дага Хаммершальда. В Меморандуме предлагалось, чтобы комиссия по защите прав человека при Организации объединенных наций добилась от советского правительства сведений относительно местонахождения и нынешнего состояния калмыков, чеченцев, крымских татар, карачаевцев, ингушей и балкарцев, ставшими жертвами массовых депортаций [2, с. 283].Таким образом, судьба депортированных народов и их освобождение становились одной из острых проблем на международной арене.

Проекты и категории лиц, попадающих в списки на освобождение, обсуждались в различных ведомствах и правящих кругах СССР, так как освобождение несло за собой экономические и политические последствия [1, с. 225-280].Перед властями вставала непростая задача освободить миллионы людей и провести это освобождение таким образом, чтобы понести как можно меньше потерь.

В отличие от постановлений, по которым депортировалось зачастую все население того или иного народа, власти не решились прибегнуть к таким же действиям при их освобождении. Государство решило провести освобождение спецпоселенцев избирательно и дозировано. Одним из первых оснований для освобождения спецпоселенцев стали возраст спецпоселенцев, сроки их пребывания на спецпоселении, заслуги перед родиной и  лишь потом признание выселения ошибочным.

Освобождение спецпоселенцев в Северном Казахстане проводилось в рамках тех постановлений, которые были приняты высшими органами власти СССР с 1954 по 1956 гг. Первыми освобождения удостоились дети спецпоселенцев. По постановлению Совета Министров СССР от 5 июля 1954 г. «О снятии некоторых ограничений в правовом положении спецпосе­ленцев» с учета спецпоселений снимались: а) дети спецпоселенцев, не достигшие 16-летнего возраста; б) дети спецпоселенцев старше 16 лет, обучающиеся в учебных заведениях[3, с. 182-183].Освобождая с учета спецпоселения детей и немногочисленных студентов, власти последовательно готовили более широкомасштабные акты по освобождению основной массы депортированных.

Сразу после выхода постановления Совета Министров СССР «О снятии некоторых ограничений в правовом положении спецпереселенцев» надзорными органами МВД осуществлялась специальная разъяснительная работа, направленная на закрепления спецпоселенцев в местах их настоящего проживания. Следует отметить, что органы милиции на совещаниях заявляли о том, что если раньше они имели административные права и могли призвать спецпоселенцев к порядку, то теперь после выхода постановления  они не могут проводить среди спецпоселенцев серьезную работу и оказывать на них соответствующее влияние [4, л. 15]. 

Ослабление позиций спецкомендатур и снятие некоторых ограничений по спецпоселению сразу отразились на настроениях спецпоселенцев, которые стали мигрировать как внутри области, так и пределах республики. В справке «О состоянии политико-воспитательной работы среди спецпоселенцев Кокчетавской области» отмечалось, что после принятия постановления от 5 июля 1954 г. в течение 5 месяцев из колхозов, МТС, промпредприятий области убыло 4035 спецпоселенцев, из них - 2500 чел. трудоспособных. Из общего числа выбывших: 2726 чел. чеченцы и ингуши, 564 - немцев, 479 - таджиков (басмачей), 266 - поляков, 136 чел. уехали из области самовольно  [5, л. 1]. 

Как видно из приведенных цифр, больше всего возможностью покинуть область воспользовались чеченцы и ингуши. Именно эта категория спецпоселенцев сразу стала вынашивать планы по возвращению на родину. Старые протестные настроения, копившиеся все эти годы у чеченцев и ингушей, обсуждаемые в их узком кругу, были озвучены на собраниях и встречах с руководителями советских органов власти. Впервые их требования носили открытый политический характер. Членам бригады были предъявлены требования о переселении чеченцев и ингушей на Кавказ, о создании чечено-ингушской области и т. д. Так, например, участковый механик Лозовской МТС Х.Ш. Алироев заявил: «Народ требует автономии, требует выделить самостоятельную территорию для чеченцев и ингушей. Это мнение народа я прошу довести до сведения вышестоящих органов» [6, л. 4].  В духе того времени бригада ЦК КПК определила требования чеченцев и ингушей как факты национализма, стремление обособиться и отделиться от других народов.

Параллельно снятию ограничений со спецпоселения государство стремилось отменить ранее принятые постановления, на основании которых наказывали спецпоселенцев за нарушения трудовой дисциплины. Так, немаловажным событием стал указ Президиума Верховного Совета СССР от 25 ап­реля 1956 г. «Об отмене судебной ответственности рабочих и служа­щих за самовольный уход с предприятий и из учреждений и за про­гул без уважительной причины» [1, с. 242].  Этот указ имел негативные последствия для многих предприятий и колхозов и ослаблял  трудовую дисциплину среди спецпоселенцев. Однако главным последствием указа стало то, что он способствовал отмене принудительного труда на спецпоселении и вызвал новые миграции спецпоселенцев.

Одним из актов государства по возвращению гражданских прав депортированным народам стало постановление Совета Министров СССР № 449-272 с от 10 марта 1955 г. «О выдаче спецпоселенцам паспортов». В другом распоряжении Совета Министров СССР от 23 марта 1955 г. «О призыве некоторых категорий спецпоселенцев на военную службу» говорилось о призы­ве, начиная с 1955 г., на действительную военную службу в соответствии с Законом о всеобщей воинской обязанности граждан СССР из числа спецпоселенцев, родившихся в 1936 г., и о призыве в дальнейшем на общих основаниях лиц, родившихся после 1936 г., с кото­рых, согласно постановлению Совета Министров СССР от 5 июля 1954 г., сняты некоторые ограничения в правовом положении[1, с. 242].

Все эти постановления были благожелательно встречены спецпоселенцами, но большего всего они ждали своего освобождения и возможности вернуться на родину. Возвращение на родину уже дебатировалось в верхах. В период интенсивной подготовки к XX съезду партии последовало новое постановление Совета Министров СССР, вызванное непрекращаю­щимся и все растущим нажимом со стороны спецпоселенцев и желанием группы Н.С. Хру­щева нравственно оправдать свои претензии на власть. 24 ноября 1955 г. постановление Совета Министров СССР «О снятии с учета некоторых категорий спецпоселенцев» освобождало следующие категории лиц: участников Великой Отечествен­ной войны и лиц, награжденных орденами и медалями СССР; жен­щин, вступивших в брак с местными жителями, а также женщин русской, украинской и других национальностей, выселенных вместе с крымскими татарами, чеченцами и другими по признакам супруже­ских отношений, которые позднее прекратились; преподавателей учебных заведений. Как видно из этого постановления, снятие со спецучета некоторых категорий выселенных не распространялось на  их семьи. Среди спецпоселенцев бурлило недовольство [7, с. 111-112]. Таким образом, запоздало был решен вопрос в отношении участников Великой Отечественной войны, которые сражались с врагом. 

С середины 1950-х годов освобождение наступало и для депортированных народов. Несмотря на активное давление на власти со стороны чеченцев и ингушей, первым из народов освобождение получили немцы. Указ Президиума Верховного Совета СССР от 13 декабря 1955 г. снимал правовые ограничения  с оставшихся немцев, однако без права возвращаться к прежним местам жительства и без возвращения конфискованного имущества [8, с. 177]. В первоочередном освобождении именно немцев определенную роль сыграл состоявшийся 8-14 сентября 1955 г. визит канцлера ФРГ К. Аденауэра в СССР [1, с. 251]. 

Своей очереди освобождения дождались и поляки, выселенные с Западной Украины в 1936 г. Освобождены были поляки по Постановлению Совета Министров СССР от 17 января 1956 г. № 62-41 сс. Как и немцам, им объявлялось, что они не имеют права возвращаться в места прежнего жительства, и освобождение не влечет за собой  возвращения конфискованного имущества [9, с. 93-94]. Освобождение немцев, затем поляков вызвало острый резонанс среди остальных народов, все еще находящихся в статусе спецпоселенцев. В период с марта по июль 1956 г. снятие ограничений по спецпоселению уже носило массовый характер. Были освобождены калмыки, греки, болгары, армяне, крымские татары, балкарцы, турки. Чеченцы и ингуши, а вместе с ними и карачаевцы были освобождены по Указу № 139/19 Президиума Верховного Совета СССР от 16 июля 1956 г. [1, с. 252]. 

Указы об отмене режима спецпоселения в отношении спецпоселенцев не подвергали критике политику насильственных переселений, объясняя ее «обстоятельствами военного времени». Ничего, кроме свободы передвижения, бывшие спецпоселенцы не получали: ни имущества, ни права на денежную компенсацию, более того им запретили возвращаться на родину. Таким образом, никакой реабилитации по отношению к спецпоселенцам не проводилось, по меткому замечанию В.Н. Земскова, они переводились в статус «помилованных» [10, с. 13-16]. 

Освобождение чеченцев и ингушей по Указу Президиума Верховного Совета СССР от 16 июля 1956 г. сопровождалось тем, что спецкомендатуры, зная настроения народов Кавказа, брали с данных депортированных  расписки о том, что они ознакомлены с текстом указанного документа, чтобы избежать массового оттока этих народов на родину. Большинство чеченцев и ингушей, несмотря на запреты, продолжали самовольно уезжать на Кавказ. Уже в 1954 г. в Чечню начали «прорываться» выселен­ные в Среднюю Азию чеченцы. Их изгоняли, арестовывали, но приезжали другие, и все начиналось снова [7, с. 113]. Самовольное возвращение народов Кавказа на родину стало принимать массовый характер, что приводило к беспорядкам и имущественным претензиям с их  стороны по прибытию назад. В Казахстане этот процесс также негативно сказывался на работе колхозов и предприятий, усиливал беспорядочную миграцию народов Северного Кавказа.

Выступление Н.С. Хрущева на ХХ съезде ЦК КПСС вызвало новый резонанс среди чеченцев  и ингушей, которые  были уверены, что после съезда им разрешат выехать на Кавказ. В одной из многочисленных бесед, проводимых властями  с чеченцами и ингушами, ими предъявлялись подобные требования: «Если мы на сегодня равноправны, значит надо объявить об этом во всеуслышание всему населению, сказать об этом, чтоб они не относились с презрением. Ровно 12 лет к нам так и относились, и не будь ХХ съезда, может быть,  до сих пор так бы и относились к нашей нации,  относились как к изменникам и предателям. Эта ненависть еще не изжита» [11, л. 15]. 

9 января 1957 г. последовали Указы Президиум» Верховного Совета СССР: «О преобразовании Кабардинской АССР в Кабардино-Балкарскую АССР», «О восстановлении Чечено-Ингушской АССР в составе РСФСР», «Об образовании Калмыцкой автономной области в составе РСФСР», «О преобразовании Черкесской автономной области в Карачаево-Черкес­скую автономную область». 11 февраля 1957 г. эти указы обрели силу законов [7, с. 114].  Выход этих постановлений о восстановлении национальных автономий положил начало процессу массового переезда чеченцев и ингушей.

Таким образом, в 1957 г. был произведен демонтаж системы спецпоселения, который выразился в ликвидации системы спецкомендатур и жесткого контроля жизни депортированных народов. При освобождении народов, как и прежде государство проявляло дифференцированный подход, который позволил народам Северного Кавказа покинуть место своей ссылки, другие же народы немцы, крымские татары, поляки - закреплялись на месте своего проживания в Казахстане под давлением властей. Представители депортированных народов с большим трудом возвращали себе элементарные гражданские права, утраченные ими за долгие годы спецпоселения. Различные органы власти создавали всевозможные препоны в ходе реализации прав представителей депортированных народов. Факт освобождения спецпоселенцев без полной их реабилитации приводил к консервации сложившихся моделей отношений между властью и представителями депортированных народов. Ярлык «неблагонадежный народ» еще длительное время преследовал целые поколения этих этносов, что осложняло их включение в нормальную, полноценную жизнь. Попытки руководства СССР провести отдельные акты реабилитации в последующее время носили декларативный характер и не принесли  ни морального, ни материального удовлетворения.

В тоже время в процессе переселений в республике накапливался богатый опыт мирного сосуществования народов. Депортация народов, превратила территорию республики в «лабораторию народов», и продемонстрировала толерантность к другим этносам.

В современном Казахстане проживают представители более 100 этносов, которые составляют единый казахстанский народ. Консолидации этого народа способствуют исторически сложившиеся добрососедские отношения, которые служат основой для национальной политики современного независимого Казахстана. По этому поводу Президентом Казахстана Н.А.Назарбаевым была выдвинута идея о единстве и согласии казахстанцев: «У казахстанского народа, выдержавшего испытание временем, богатая и сложная история. Сегодня она должна помочь всем народам, живущим в Казахстане, лучше понять корни нашего единства и исключить любые исторические упреки, либо заглядывая в прошлое, нужно видеть будущее» [12]. Так, трагическая история депортации народов позволила стать одной из основ консолидации многонационального казахстанского общества.

Абуов Н.А., Аманжолова А.Д.

(СКГУ им. М. Козыбаева, Многопрофильный гуманитарно-технический университет)

Литература:

1.  Земсков В.Н. Спецпоселенцы в СССР, 1930-1960. - М.: Наука. - 2003. - 306 с. 

2.  Бугай Н.Ф., Гонов А.М. Кавказ: народы в эшелонах (20-60 -е годы). - М.: Инсан, 1998. - 368 с.

3.  От депортации к интеграции: документы и материалы, посвященные 60-летию депортации чеченцев и ингушей в Казахстан: Международный фонд гуманитарной помощи «Нур» / Составители: Е.М. Грибанова, А.А. Гунашев, А.С. Зулкашева, Л.Н. Сапонова. – А: Дәуір, 2004 – 256 с. 

4.  АП РК, - Ф. 708, Оп. 28, - д. 1339 А,  л. 15 

5.  АП РК, - Ф. 812, Оп. 19, - д. 349, л. 1 

6.  АП РК, - Ф. 708, Оп. 28, -д. 1370 А, л. 4

7.  Некрич А.М. Наказанные народы. / А.М. Некрич. – Нью-Йорк: Хроника, 1978. - 170 с.

8.  История российских немцев в документах (1763-1992). Сост. В.Ауман, В.Чеботарева. - М. Международный институт гуманитарных программ, 1993. - 448 с.

9.  Из истории поляков в Казахстане (1936-1956гг.). Сборник документов: Архив Президента Республики Казахстан // Отв. редактор Л.Д. Дегитаева. – Алматы: «Издательский дом «Қазақстан», 2000. – 344 с.

10.  Земсков В.Н. Массовое освобождение спецпоселенцев и ссыльных (1954-1960 гг.) // Социологические исследования. - 1991. - № 1 - С. 5-26.

11.  АП РК, - Ф. 708, Оп. 29, - д. 1344 а, л. 15

12.  Назарбаев Н. А. Пять лет независимости. Алматы: Казахстан. - 1996. -251с.

Комментарии

Для того, чтобы оставить комментарий войдите или зарегистрируйтесь